Отблески купальского костра

Глава 28

«Удивительные ощущения! Действительно этот затерянный в глубине оврага лесок пропитан подлинной мистикой. Мистическим очарованием. Очаровательной загадочностью. Наверняка тому виною праздник. Из-за него и благодаря нему эта ночь совершенно не похожа ни на одну из тех, что уже давно миновали и вряд ли похожа она на любую из тех, которые еще будут. Сегодня все не так, все по-другому, все по-новому. Даже непроглядная тьма и та не столь густа, темна, мрачна, какой казалась бы где-нибудь в другом месте, не говоря уже о другом времени. Все вокруг уникальное, все странное, непонятное. Куда ни глянь, на что ни посмотри. Все удивляет: и необычайно яркие светлячки, озаряющие лес своим волшебным светом, и на удивление отчетливо видимые средь темноты стволы деревьев, а особенно бездонное, исполненное звезд небо над головой…»

Первым делом Саша внимательно осмотрел землю вокруг огромного дерева, перевернул каждый сухой листик, передвинул каждую веточку, коих много притаилось в густой траве. Смотрел внимательно, но никаких следов присутствия Анатолия Константиновича не видел. Единственное прямое доказательство того, что был здесь начальник экспедиции и был совсем недавно – отпечаток ботинка на свободном от травы участке рядом с телефонным аппаратом. Живописно вписанный в простенький узор протектора, ярко-оранжевым пятном на общем сером фоне красовался окурок, растоптанный тем же ботинком. Наверняка Константиныч сам нарушил свое же указание, не удержался и закурил.

Стоило убедиться в том, что под деревом никого нет, как нет и намека на то, что начальник экспедиции пробирался куда-то через густые заросли подлеска, Саша растерялся, благо ненадолго. Он серьезно задумался и удивительно быстро решил предложенную задачку. Биолог понял, что единственный маршрут, который надо внимательно изучить – тропинка, ведущая от места дислокации начальника экспедиции, к его, Сашиной, ели. Воображение тут-таки ухватилось за некое подобие ниточки. Саша ярко представил, как он отправляется на поиски товарища, а тот, по известным лишь одному ему причинам, направляется разыскивать его, Сашу. «Вполне вероятно! Пусть тропа и не особо широкая, но ночь. Темно, а коль так, все может быть – мы разминулись, это же в свою очередь означает…» – мелькнула мысль и тут-таки переросла в сказанную вслух фразу:

– А это означает, что надо внимательно все осмотреть…

Погас фонарь. Выключился. Сам, не спрашивая на том мнения биолога. Саша печально пожал плечами и непроизвольно поднял голову вверх. Посмотрел, мигнул глазами и удивился. Разве тут не удивишься, если небо просто-таки усыпано звездами! Странное дело, если раньше лесок, строй деревьев, густые ветви которых даже в летний полдень практически не пропускали солнечный свет, жил в вечной полутьме, то теперь он сиял, озаренный звездным свечением! «Это же просто отлично! Достаточно взглянуть наверх и вот она Большая медведица, кажется, даже средь чистого поля ее так хорошо не разглядеть. А если чуточку повернуть голову, покажется и младшая ее сестренка. Теперь же надо вернуться к медведице старшей, да проведя условную линию, отыскать ту самую Полярную звезду! Страшно подумать, сколько поколений путешественников, что сухопутных, что мореплавателей, уходили в странствия, доверив свои жизни этой маленькой, тусклой звездочке!»

Не считая себя знатоком звездного неба, Саша искренне обрадовался, когда оказалось, что время, проведенное в стенах школы, не было прожитым зря. Вот, оказывается, даже из курса астрономии что-то отложилось в голове! Правда, медведицы были единственными обитателями ночного неба, познания о которых хранились в сосудах вместилища памяти, именуемого мозгом, но это гораздо лучше, чем вообще ничего! Еще бы, ведь теперь, зная направление, удастся без труда отыскать Константиныча! «Как? Легко! – на удивление быстро выстроилась логическая цепочка. – Он же пошел в направлении, что указывает путеводная звезда, разве может быть иначе?!»

Уверенность переполняла биолога. Ему захотелось как можно быстрее идти в указанном звездой направлении. Спешить, ведь все может быть, погода она как женщина, такая непостоянная. Все может случиться, достаточно одного единственного облачка…

Дерн, покрытый слоем прошлогодних листьев, приятно пружинил под ногами. Деревья тихо перешептывались, желая удачи забравшемуся в их мирок путнику. Покачивали они верхушками, отодвигали ветви, дабы помочь путешественнику, человеку, ведомому путеводной звездой, Альфой Малой медведицы…

– Теперь и я, точно как многие путешественники прошлого, вверил ей свою судьбу. До чего же это здорово, как же это хорошо, что ее можно увидеть из любой точки северного полушария, что с горных вершин, что из глубин оврагов…

На минуту биолог задумался: «А как такое может быть? Овраг, он ведь глубокий. Высокие деревья, густая листва». Он так серьезно задумался, что звезда не иначе как, испугавшись его мыслей, померкла, казалось, еще немного и вовсе погаснет.

– Вот какая мне разница! К чему сомнения? Видно и все тут! – услышав не очень-то и научный вердикт ученого, звезда вспыхнула и засияла особенно ярко.

На очередном шаге нога уперлась во что-то мягкое. Повинуясь мысленной команде, вспыхнул луч фонарика. Он высветил мох, траву, ствол дерева, прислоненный к нему рюкзак. Сашин рюкзак.

– Отлично! Как я раньше об этом не подумал, разве можно идти в дальний поход, не прихватив с собой рюкзак! В нем же столько всего полезного! Фонарик, не мешай, выключайся…

Теперь уже полностью экипированный Саша резво зашагал туда, куда звала его она, Полярная звезда. Цель похода потихоньку отходила на задний план, а скоро и вовсе забылась. Благородное стремление спасти начальника экспедиции уступило место радости от путешествия, удовольствию от самого похода. Минута-другая и он уже просто шел, шел прямо, периодически сверяя свой маршрут с путеводной звездой. Не разбирал он дороги, не нужно было это, зачем, ведь она сама стелилась перед ним, расталкивала зазевавшиеся деревья, отодвигала непроходимые кусты. Шел он, обласканный природой. Получал удовольствие от самого движения, наслаждался удивительными неизведанными ранее ощущениями.