Отбор для дикой розы

Глава 6

Леонгард, Кристиан

Уже через три часа из дворца в разные стороны направились сразу несколько гонцов. Все они были верными людьми и, что самое главное – магически одарёнными. Этому поспособствовала леди Оливия.

На вопрос:

- А как же гонцы будут разыскивать девушек? Не собирать же всех дам с тем именем, что указала карта, чтобы они показали своё запястье?

Леди, заинтересованно вчитываясь в указания, начертанные чуть выше самого изображения карты, ровным тоном заправской учительницы заявила:

- Это ни к чему, займёт слишком много времени на организацию и, к тому же, всегда найдётся пара-другая дам, попытавшихся подделать браслет, чтобы таким образом попасть на отбор. Здесь же ясно указано, что браслет магический, он сам будет притягивать девушек к древу жизни. А раз он несёт в себе магию, то его очень просто отследить. Нужно отправить людей, способных уловить нужную нам магию, только и всего! – изящно поведя хрупким плечиком, леди Оливия отошла от стола, уступая место мужчинам.

Я сам ещё раз сходил к древу, собрав у его ствола двенадцать опавших листьев, бережно заворачивая каждый в шёлковый платок. Все гонцы получили по такому листику, чтобы у них была возможность сравнить магию древа жизни и ту, что будет исходить от нужного нам браслета.

Самый последний сверток я спрятал у себя за пазухой, ощущая от него слабые отголоски магии жизни. Пора и мне отправляться в путь, уже завтра я должен встретиться с одним из своих разведчиков, собиравших для меня информацию у самой границы пустынных земель.

Выехав из дворца, сразу заметил оживление на улицах Леонгарда. Глашатые уже оповестили жителей о начале проведения королевского отбора невест, люди собирались на улицах кучками, обсуждая эту новость. В некоторых местах даже образовались заторы, через которые можно было пробиться с большим трудом. Но завидев моего вороного жеребца и лицо, скрытое чёрной маской, люди замолкали, расступаясь. По столице уже не один год гуляли слухи о помощнике принца-консорта, его правой руке, именуемом в народе Чёрной молнией, быстрым и беспощадным. Меня боялись, и смею надеяться, уважали.

Выбравшись за городские стены, я направил своего Беркута на юг. Конь, привычный к дальним переходам, сразу перешёл на рысь.

Несколько раз приходилось останавливаться, чтобы напоить Беркута и дать ему небольшой отдых, затем я снова садился в седло, продолжая свой путь. Становилось заметно жарче, и лишь с наступлением ночи на землю опустилась спасительная прохлада. Решив этим воспользоваться, я продолжил путь и уже к утру оказался неподалёку от места встречи, значительно раньше назначенного времени.

Остановившись в одном из приграничных постоялых дворов, велел подать мне завтрак и приготовить комнату, намереваясь поспать те несколько часов, что у меня оставались в запасе.

Сидя за столом, выбрав место в углу, удачно скрытое лестницей, я прислушался к разговорам местных, забежавших выпить по кружке хмельного сидра.

Говорили о том, что урожай в этом году будет ещё хуже, чем в прошлом. За последний месяц не случилось ни одного дождя. Начало лета, а трава уже жухнет, а значит, кормить скот будет нечем. А ещё вместе с горячими ветрами из пустыни всё чаще приносит мошку, вызывающую лихорадку. Затем разговор плавно перешёл на обсуждение ярмарки, проводимой неподалёку.

Закончив трапезу, я поднялся, накинул на голову капюшон, скрывающий моё лицо, и держась полумрака дальнего конца зала, поднялся на второй этаж, где хозяин выделил мне комнату. Поставив несколько магических сторожей на дверь и окно, не раздеваясь, прямо в одежде, лёг поверх покрывала, накинутого на кровать, и сразу же заснул.

Проснулся словно от толчка, в дверь стучали. Я сам приказал хозяину постоялого двора разбудить меня, и сейчас в дверь едва слышно словно кто-то скрёбся, явно женщина. Если бы не мои магические сторожа я даже не услышал бы этот стук.

Соскочив с кровати, резко распахнул дверь. Вглубь коридора, испуганно охнув, отскочила совсем юная девушка. Видимо моя маска изрядно её напугала. Стараясь придать голосу более мягкий тон, чтобы ещё сильнее не пугать малышку, велел собрать мне обед с собой. Время встречи приближалось, пора было седлать Беркута, который сейчас отдыхал на местной конюшне.

Девушка, словно серая мышка, юркнула в сторону лестницы, а я, вернувшись в комнату, нашёл таз и стоящий рядом кувшин с водой. Проверив, что дверь надёжно закрыта, снял маску и умылся. Вода смыла остатки сна, возвращая ясность мысли.

Вернув маску на место, накинул капюшон, легко сбегая по ступеням, направляясь в конюшню. Когда я вывел оседланного Беркута на улицу, всё та же девушка, явно робея, вынесла мне плетёный короб с моим обедом.

Достав из кошеля, висевшего у меня на поясе, я кинул ей несколько медяшек, отчего она сначала испуганно дёрнулась, а затем её миловидное личико украсила робкая улыбка. Подозреваю, что сумма, оказавшаяся в её руках, намного превышает её недельный заработок.

От осознания того, что я сделал доброе дело, настроение моё значительно улучшилось, и я направил коня в сторону пустыни, к оговоренному месту. Мой информатор не желал, чтобы нас видели вместе.

Фариз ждал меня у старого дерева. Увидев мощный ствол и мёртвые ветви, полностью лишённые листвы, я ощутил укол в районе сердца – уж слишком это было похоже на теряющее силы древо жизни. Старый кочевник сам напоминал этот высохший, потрескавшийся карагач, в котором ещё угадывалась мощь прежних времён.

Поздоровавшись, я предложил разделить с ним свой обед. Словно по мановению руки прямо на песке была расстелена видавшая виды потрепанная циновка, куда я выложил содержимое короба, собранного для меня на постоялом дворе.

Фариз уселся, скрестив ноги, я опустился на песок, повторяя его позу. По долгу службы я много общался с кочевыми племенами и научился уважать их традиции, позволяя «гостю» выбрать самый первый кусок.

Только насытившись и вытерев пальцы прямо об одежду, старый кочевник заговорил. Вести не утешительные – Пустошь надвигается всё быстрее. Уже многие приграничные деревеньки стоят пустыми, заброшенные своими жителями. Оставаться в них становилось всё опаснее. Но Фариз заметил одну странность – в нескольких часах езды от границы расположилась совсем небольшая деревня. И ладно бы её жители были слишком упрямы и не желали покидать насиженное место, как уже давно сделали все их соседи, странность заключалось в том, что посреди безжизненных песков, между трёх холмов, расположился оазис с зелёной травой, на которой пасутся стада лошадей. Да там даже деревья имеются!