Отбор для лорда, или Медовница не желает замуж

Глава 12 "Он принесет тебе счастье"

— Наконец-то, Джеремиан, я думал погибну в твоем доме в огне прекрасных глаз, — развернулся гость и поприветствовал Джера.

— Эти глаза не для тебя, как и все остальное, охолонь, мятежный.

Я заметила, как Джер окинул меня быстрым взглядом и снова вернулся к собеседнику.

Кулаки вот только у него сжались, и заиграли желваки на порозовевших щеках.

Не к добру это, когда с мужчинами такое происходит, ох, не к добру. Уж я-то знала, не раз в драки между братьями встревала. И получала трепку, и синяки на моем теле появлялись.

Хорошо, что я умела ставить правильные примочки, и на утро следов не оставалось от драки. А еще знала парочку хитрых приемчиков, неприличных для девушек, но очень действенных с му…жчинами.

Правда, Диран просил применять их только в самых крайних случаях, когда уже больше ничего не помогало.

Я быстро натянула платье на мокрое белье и искала случая проскользнуть в дом мимо Джера. Мои манипуляции были такими наглядными, что он сразу разгадал мои метания и сошел со ступенек, отвлекая внимание гостя на себя.

О Улий! Как же я была благодарна ему за это! Мой джентльмен!

Я тут же взлетела на террасу и нырнула в дом. Но не пошла к себе в комнату, а затаилась за шторкой, подслушивая.

Да, согласна, подслушивать некрасиво, но такова жизнь — не подслушаешь, не узнаешь правды.

Звук шагов приблизился, они поднялись на террасу. Кажется, заскрипели кресла, значит, они присели.

— Так что привело тебя в мой дом, Алес? Что случилось? — спросил Джер.

— Решил проведать старого друга, давненько я не был в родовом поместье семейства…

— Мы виделись с тобой час назад, спрашиваю еще раз, что ты здесь делаешь? — перебил его Джер.

— Я сегодня утром разговаривал с Эбетой, и она жаловалась, что ты стал мало уделять ей время. Да я сам заметил, что ты пропустил две наши холостяцкие вечеринки, хотя последние недели не пропустил ни одной.

— Я посещал эти сборища, потому что так просил старший брат, и ты это знаешь. Давай продолжим наш разговор в другом месте. — заскрипело кресло, видимо, Джер поднялся. — Пройдем в дом, раз уж явился, выпьем чего-нибудь.

— Погоди, Джер, а кто эта девушка? Не из-за нее ли ты охладел к моей сестре?

— Не бери дурного в голову, Алес, Эбета это Эбета, а эта девушка простая прислуга.

От этих слов слезы из моих глаз брызнули, не спросясь, а ладони сжались в кулаки. Вот не знала, что могу быть такой обидчивой. Или Джер специально так сказал, чтобы унизить меня?

Щелкнули пружины второго кресла. Я на носочках устремилась в свою комнату, слыша шаги двух мужчин за спиной.

Не знаю, сколько времени прошло после того, как я ушла к себе. Первые минуты я металась от двери к окну и обратно, забыв про мокрое платье. Обида и злость полыхали, не давая вздохнуть полной грудью.

“Не плакать, не буду плакать”, — уговаривала я себя, сжимая кулаки и шмыгая носом. Но слезы все же нашли дорогу сами, и в зеркале вскоре отразилось мое зареванное лицо с распухшим носом. Выплакав обиду, я взяла себя в руки, успокоилась и присела на кровать.

“Нужно поскорее убираться из этого дома, пока совсем не раскисла. А что я хотела? Кто я для него?” — спрашивала я себя мысленно и тут же отвечала: “Гость на три дня, а заодно кухарка во временном пользовании, пока его повариха в гостях нянчит внуков. Согласилась сама, теперь не жалуйся”.

Но почему же тогда меня так рвет от его “простая служанка”.

Противоречивость мое всё. Это я знала и никогда не отрицала. Как говорил старший брат: “Ты сама не знаешь, чего хочешь, и тебе от этого тошно, и нам от этого тошно, и всем от этого тошно”.

Я с этим не спорила. Но я точно знала, чего хочу! И сегодня моя последняя ночевка в этом доме, и завтра я отправлюсь в столицу осуществлять свою мечту. Пешком или через портал, неважно. Но завтра ноги моей в этом доме не будет. И точка.

Естественно, никаких рекомендательных писем я просить не собиралась, обойдусь. Но от быстрого перехода в город я бы не отказалась.

Я достала из шкафа свой дорожный рюкзачок, вытащила кошель с монетами.

“Нужно посчитать деньги, это меня успокоит, — решила я, — всегда успокаивало”. Хоть я и так знала, сколько у меня монет и каких.

Во всяком случае, когда в отцовском доме меня обижали, ну или я обижалась, моя маленькая тайна лечила мое сердце.

Пересчитывая монетки, я представляла себя хозяйкой маленького, но довольно популярного ателье, где шьют эксклюзивную, самую модную одежду и изготавливают “чумачедшие” головные уборы. Я мысленно представляла уютную комнатку, где клиенты в ожидании моего внимания сидят на диванчике и пьют сок из красной смородины, или какао, почти такое же, как варила крестная. Или я бы, когда немного разбогатела, купила кулинарный магический кристалл, и мои клиенты сами заказывали бы себе напитки и угощение.

Я высыпала из кошелька на постель свое “несметное богатство”, разложив по стопкам монеты с разным достоинством.

Отложила в сторонку одну, с самым крупным номиналом. Эту монету мне подарила крестная. До сих пор помню, как она подмигнула и, вложив в ладошку золотой дукат, шепнула: “Он принесет тебе счастье”.