Отбор. Мечтать о Главном

Глава 17

Наследная Рау села в кресло, правящий неоген расположился напротив, и сложив пальцы домиком, поднес к губам. Он рассматривал притихшую девушку слишком пристально, слишком откровенно, она же боялась поднять взгляд от его начищенных до блеска ботинок. В леденящей душу тишине отчетливо слышалось мужское размеренное дыхание, шумным водопадом звенящее в ушах триасы.

Минута, в течение которой Вэлл изучал Дашу, показалась вечностью, наконец, он заговорил.

– Вы достойно прошли все фации, – низкий холодный голос рубанул по натянутым нервам, – и заслужили поддержку многих семигорцев, думаю, не секрет, что на завтрашней церемонии большинство жемчужин окажется в ваших руках.

Дариана схватилась за татуировку на запястье и наконец-то подняла взгляд: медленно, от сомкнутых возле четко очерченных губ пальцев до синих ледяных глаз. Вздрогнула, но продолжила смотреть прямо.

Вэлл приподнял уголок рта в легкой улыбке. Он видел, что девушке неуютно, и неожиданно для самого себя нагнулся и взял ее ладонь в свои руки.

Даша невольно открыла рот, но не проронила ни звука, дыхание сперло, кровь быстрее побежала по венам. Крепкая рука с мозолями на кончиках пальцев оказалась жесткой, но на удивление теплой, в ней чувствовалась негаданная поддержка.

– Может, вы хотите мне что-то сказать? Камер нет, свидетелей тоже. – Веллингтон желал разговора начистоту, хотел подбодрить перепуганную Дариану и пытался разрядить обстановку, как умел. Все же общение с девушками не его конек, если это не касается боевых действий.

– Почему у вас мозоли на пальцах? – Даша сама не поняла, к чему это спросила, но в голове оказалось совершенно пусто. Спонтанное прикосновение окончательно заставило потерять контроль над собой, и мозг просто отключился, защищая себя от возможного взрыва.

– Это после войны никак не сойдут, а возможно, останутся и навсегда. Когда долго выпускаешь разряды через руки, кожа на кончиках пальцев деревенеет, как от любой работы. – Он печально улыбнулся, чуть пожав плечами, и Дариана увидела настоящего Вэлла без маски. Мужчину, которому пришлось мальчишкой встать на защиту родного континента и повести за собой народ, видеть, как калечатся жизни, как гибнут его подданные. С каждым днем, с каждым боем его душа леденела в попытке защититься от происходящего ужаса.

Даше захотелось обнять его, прижать к груди и убедить, что все будет хорошо, он молодец, что справился, и континент они восстановят, и вдохнут в него новую жизнь, и все-все у них получится.

Вэлл, будто почувствовав ее душевный порыв, погладил девичью ладонь большим пальцем и с непривычной теплотой и надеждой посмотрел в серые глаза.

Сердце Дарианы сжалось до размера жемчужной бусины, и навернулись слезы. Она чувствовала его боль, его одиночество, его желание быть любимым, догадывалась, что через эти прикосновения он передает ей все то, что не может выразить словами. Не навязываясь, не заставляя, просто показывая, как ему нужна поддержка. Сейчас в полной тишине, он без слов раскрывал свою душу, и Даша знала, что делал он это только для нее.

Триаса как будто оказалась в одном потоке с его чувствами и мыслями, и знала: пока Вэлл держит ее за руку, между ними будет эта незримая связь.

Вот он поворотный момент! Либо она сейчас откажет ему и больно ранит этот дышащий теплом и жизнью организм, доверчиво показавший свою слабость, либо согласится и обречет себя на вечные страдания.

– Я…– прошептала Даша, глядя в потеплевшие глаза, – я…думаю… что Кралина – самая достойная из всех. – В горле пересохло, скупая слеза медленно скатилась по правой щеке.

На лице Вэлла тут же застыла холодная маска, синева взгляда подернулась дымчатой пеленой, руки выпустили ладонь. Он выпрямился в кресле и, поджав губы, кивнул.

– Я вас понял, – повеяло холодом.

Дариана судорожно сглотнула, пытаясь протолкнуть образовавший в горле ком, руки дрожали.

– Она действительно лучшая… а вы достойны только лучшего… вы замечательный… – приложив ладони к щекам, начала оправдываться Дариана.

– Я. Вас. Понял, – четко проговаривая каждое слово, повторил неоген и поднялся из кресла. – Спасибо за участие и за честность. – Он подал руку, помогая триасе встать, только в этот раз прикосновение было сухим и жестким.

Строго по этикету Веллингтон проводил девушку на место и пригласил Марилену, которая никак не могла сфокусировать взгляд на протянутой ладони. Неоген удивленно вскинул бровь, и недовольно посмотрела на Трейвана. Тот лишь еле заметно развел руками, втягивая шею в напряженные плечи.

– Думаю, эта беседа не состоится, – недовольно раздул ноздри старший Эрг, – Светлейшая Кей, прошу. – Он повернулся к хищно улыбнувшейся Кралине.

Дариана, совершенно опустошенная, села на стул, обхватив ладонями щеки, и невидящим взглядом смотрела вслед удаляющимся Вэллингтону и Кралине. Это конец или начало?

По залу гулял веселый гомон и смех, смешивавшийся с ненавязчивой музыкой. Трейван, продолжая заученно улыбаться, слишком поспешно встал с места и пошел проверять подносы у официантов. Младшему Эргу невыносимо было видеть отрешенное состояние Дарианы и не прийти на помощь. Он волновался все время, пока она находилась с Вэллом за закрытой дверью, беспокоился и сейчас, постоянно вытирая взмокшие ладони о темно-серые брюки, так хотелось ее обнять и утешить, сердце щемило от беспомощности, но нарушить этикет Трей не мог.

– Ты такая бледная! Как прошел разговор? – Над ухом Дарианы раздался заботливый грудной голос Валинты. – Ты же победишь? Он ведь наверняка сказал тебе о своих предпочтениях? Мне сразу сказал, – зашептала триаса, склонившись над подругой так, чтобы их больше никто не слышал.