Отбор невест для мужа

2. Чердачный ритуал прошел не по плану

– Графиня Роузвуд-Андинская прибыла, – провозгласила женщина, проходя вперёд.

– Андинская? – встречавший нас пожилой мужчина с сомнением поднял брови и смерил меня с головы до пят изучающим взглядом.

– Графиня желает остаться в этом поместье, подготовьте для неё покои, – женщина явно успокоилась и незаметно кивнула мне, показывая, что всё в порядке.

Так это управляющий? Какая-то недружелюбная встреча. Или это Эмилию тут не любят?

Мой носильщик последовал за странным, полицейского вида управляющим в дом. Из высоких окон, задёрнутых плотными шторами, едва пробивался свет, так что толком рассмотреть холл не удалось. Следуя за прямой, как жердь, спиной старика, мы прошли к лестнице и поднялись на второй этаж.

– Вот здесь, – управляющий, не входя, указал на дверь.

Войдя в комнату, парень опустил меня на кровать – прямо в одежде и обуви – и, оглянувшись на мою служанку, пробормотал:

– Я принесу вещи.

Когда мужчины вышли, женщина подошла ко мне и со вздохом сняла с меня обувь, потом верхнее платье, развязала корсет. Ну наконец-то. Впервые с тех пор, как я оказалась здесь, удалось сделать нормальный вдох полной грудью.

– Сейчас вам надо поспать, а завтра попробуем снять побочное действие зелья, – устало произнесла женщина и, укутав меня в одеяло, вышла.

– Мне бы надо проснуться, – мысленно проворчала я, закрывая глаза.

В этот раз сон уж слишком правдоподобен. Как бы очнуться у себя дома?

Вчера мы провожали последних студенток на зимние каникулы и решили собраться с коллегами в уютном ресторанчике. Руководство корпоративами нас баловать не любит, так что мы сами устроили себе праздник.Видимо, организм, непривычный к веселью, вот так неспецифично и среагировал.

Эти красочные сны с фэнтезийным миром снились мне с завидной регулярностью. Если поначалу они вызывали недоумение, то со временем стали чем-то вроде ночного сериала и прекрасно отвлекали от серых будней.

Главную героиню моих снов звали так же, как и меня – Эмилия. Вообще она была моей точной копией, если не считать отсутствия здравого смысла в этой завитой и украшенной диадемой голове. Ну и моложе меня раза в два, а то и больше, но даже в её возрасте такой взбалмошной я не была.

Обычно сны бывали не такими яркими: во всяком случае, что бы ни происходило с Эмилией, никаких телесных ощущений я не испытывала. Ни тогда, когда она, пытаясь привлечь внимание будущего короля, упала с лошади и вывихнула лодыжку, ни тогда, когда готовила зелье для приворота, а в итоге сама им и отравилась, ни в ту зимнюю ночь, когда она проводила ритуал на чердаке почти голышом – тонкая рубашка до пола не в счёт. Я просто наблюдала за её действиями как сторонний зритель, поражаясь целеустремлённости этой девушки.

Похоже, прямо сейчас всё изменилось, и все побочные эффекты мистических ритуалов и её поистине магической глупости проявляются в полной мере. Надеюсь, уснув здесь, проснусь дома, в своей уютной однушке в пригороде. Много ли одинокой пятидесятилетней женщине надо? Впереди неделя каникул после сессии: можно полежать на диване, похрустеть орехами и семечками за просмотром сериалов.

– Говоришь о себе как старуха какая-то! – возмутилась бы Сабина, моя давняя подруга, но её больше нет.

В голове сумбур, по телу в который раз пробежали полчища мурашек, в пальцах рук и ног закололо тысячами иголок.

Кажется, скоро усну, – мелькнула последняя мысль перед тем, как уплыть в царство Морфея.

* * * Воспоминание* * *

– Леди, это опасно! Даже если приворот удастся, дракон, тем более будущий король, не женится ни на ком, кроме истинной! – шипит нянюшка Инна, испуганно кивая на шпили королевского дворца, сверкающие в лучах заходящего солнца.

– Не мешай, Инка, – раздражённо повторяет Эмилия, упрямо рисуя на полу древние руны. – Он признает во мне истинную! Во мне есть кровь драконов, легенды не лгут! Я это чувствую!

– Мы – люди, – почти плачет няня. – Мы никогда не поймём, как именно чувствуют своих истинных драконы. Можно сымитировать запах, внешность, голос – да что угодно! Но имитировать ауру? У них же особые чувства, неведомые нам. Прошу вас, леди, одумайтесь!

Закончив с рисунком, девушка отходит, удовлетворённо рассматривая своё творение, и, взяв стеклянную колбу с переливающейся всеми цветами радуги густой жидкостью, льёт на некоторые руны. Время от времени проверяет свои действия по книге, лежащей на небольшом столе, и довольно кивает своим мыслям, не отвлекаясь на бесконечные причитания няни. Отступив на шаг, девушка оборачивается к женщине.

– Если сейчас ты меня прервёшь или отвлечёшь, я могу умереть прямо во время ритуала. Или уйди, или просто молчи!

Няня сдавленно всхлипывает и оседает на пол, для верности зажав рот обеими руками.
Эмилия же, подняв книгу, решительно проходит в центр нарисованной рунической композиции, зачитывает несколько слов на странном, грубоватом языке и замирает, прикрыв глаза и расставив руки.

Языки пламени свеч, расставленных на полу по краям рисунка, эффектно вспыхивают и поднимаются до самого потолка. Воздух в комнате словно вибрирует. Тонкие, длинные струи пламени вертятся и сплетаются в странный узор. Теперь няня с ужасом смотрит на стену из огня, за которой уже не видно девушку.