Отбор невест Инферно

Глава 4

Техника зрительного контакта срабатывает не всегда, особенно если у объекта имеется специальная защита от ментальной гипно-техники вроде тех же наушников. Насколько она помнила, за три дня в заключении ей не удалось пробить техномагическую защиту тех, кого видела. Но среди них костлявого коротышки точно не было, он впервые попал в ее поле зрения.

Неприятный вопрос, как вообще врагам удалось поймать ее, она отложила до лучших времен. Всех подробностей она не помнила, но это пока не так уж важно.

Терять сейчас время на размышления она не хотела. Как и на двух амбалов — попробуй-ка поймай взгляд этих маленьких поросячьих глазок, заплывших жиром. По словам отца Ионы выходило, что при всех недостатках, у братьев Грум весьма устойчивая психика. Насчет слабой устойчивости психики глуповатого на вид коротышки она почти не сомневалась. Большие круглые глаза — один из верных признаков, что у него имеется повышенная склонность к внушению. Два других верных признака дополняли этот вывод — он все время чесал локти и у него подергивалось левое веко. Интересно, как он попал на столь ответственную работу? Наверное, по большому блату. Палач же должен быть холодным и расчетливым.

Или она чего-то не понимает в таких делах?

Внутренний голос зловеще расхохотался. Он-то знал, кто тут холодная и расчетливая.

В общем, она надеялась, что наушники не помогут этому дерганому типу при прямом и акцентированном зрительном контакте.

Так и вышло. Он на секунду замер с приоткрытым ртом, пойманный ее пристальным взглядом, как заяц от вспышки яркого света в темноте. Получив команду, коротышка дважды моргнул и повиновался, но вышел из ступора не до конца — как сомнамбула, сделал шаг к стоящим возле нее на коленях толстякам и несильным ударом дубинки ловко сбил наушники с головы Удо.

Как точно она рассчитала расстояние и траекторию! Самостоятельно коротышка не смог бы ударить лучше.

— Что?! — возопил Гнус, увидев, как наушники брата отлетели к окну. — С дуба рухнул?! Твою…

Закончить ему не дал правый кулак Удо, по ее мысленной команде со страшной силой вонзившийся Гнусу в зубы. Левым кулаком Удо тут же со всего размаху в прыжке ударил коротышку в висок. Тот стоял, опустив руки, полностью парализованный внушенной мыслью о тщетности сопротивления. От мощного удара он отлетел к стене и врезался головой в тяжелую скамейку. Громко хрустнула шея, ноги коротышки два раза дернулись в агонии и его тело замерло в неестественной позе.

Гнус, мешком осев на коленях с выбитыми зубами и двумя струйками крови из раззявленного рта, начал приходить в себя. Он закрыл ладонями лицо и попытался подняться с колен.

Она встала во весь рост, обратным хватом аккуратно взяла за холодную ручку железный прут, который быстро принес из камина и с поклоном подал ей Удо. Коротко размахнулась и резко ударила Гнуса оранжевым от жара острием в горло. Раскаленная арматура легко вошла в плоть, пробив шею насквозь. Завоняло паленым.

Она сразу же выдернула прут обратно.

Гнус захрипел и повалился на спину, заливая грязный каменный пол фонтанчиком темной крови.

Его брат застыл рядом со смешанным выражением ужаса и удивления на лице, но полностью порабощенный ее волей, даже не подумал оказать сопротивление или позвать на помощь.

— Хороший мальчик, Удо, — сипло сказала она пересохшим губами. — Теперь принеси мне кружку воды.

Что ни говори, а голосовые команды работают лучше всего. Удо пулей метнулся к незамеченной ею раковине за фанерной перегородкой и отвернул кран на полную, подставив под холодную струю деревянную кружку с резной ручкой. А она-то думала черпнуть водички из ржавого ведра.

Она присела на скамью рядом с костлявым телом палача и вытянула ноги, чтобы Удо было удобнее освободить ее от нижних кандалов.

Вода на вкус оказалась так себе, но за неимением лучшего пришлось выпить всю кружку. От радости закружилась голова и слегка перехватило дыхание. Рано себя хоронить. Она еще не все счета оплатила.

Утолив жажду, сразу же поняла, что жутко голодна. И эти шлейфы запахов жареного мяса и горячего хлеба с улицы сводили с ума. Она огляделась, но ничего съестного в помещении не обнаружила.

Удо расторопно снял с нее кандалы и наручники, и теперь сидел на корточках, обхватив руками колени, и преданно смотрел снизу, как верный пёс. Или точнее, как верный поросенок.

— Живая? — спросила она, кивком показав на распятую женщину.

— Не. Часа два как преставилась. Сердце слабое оказалось, — с виноватым видом ответил Удо и громко сглотнул комок в горле.

— Тебя если сильно прижечь раз десять, как ее, сердчишко тоже остановится, — жестко сказала она. — Ладно, не плачь. Ты мне еще пригодишься.

Собравшись с силами, встала и подошла к пыточных станкам, стараясь не наступить в засохшие лужи крови и прочие выделения. Отвела прядь волос с лица женщины и всмотрелась в ее остекленевшие глаза и посиневшие губы. Она не знала эту несчастную, и ее одежда, лежащая кучей на полу тоже выглядела незнакомо. Перебрав всё, она убедилась, что размер маловат. Впрочем, это и так было понятно, при одном взгляде на мертвое тело.

Она не торопилась, помня о том, что до южных ворот в крепостной стене от зданий казарм, где находился этот подвал, далековато, а Марта и святой отец, скорее всего, застрянут в замке у графа надолго. Минут сорок у нее точно есть в запасе. Прошла к раковине, чтобы ополоснуть лицо и помыть руки с мылом.

Зеркал нигде не было.

Здесь тебе не дворец.

Зато на вешалке у двери обнаружился черный прорезиненный плащ с капюшоном, который пришелся ей впору, разве что рукава могли быть подлиннее. Наверное, дождевик принадлежал старику Ионе. В карманах лежали видавшая виды курительная трубка, новое огниво, крупные четки из гладких костяшек, похожих на фаланги человеческих пальцев и десять медных монет.

Точно! Вот что ей нужно в первую очередь.

— Собери по карманам покойников все деньги, какие найдешь, — приказала она Удо. — И где вы с Гнусом собирались меня закопать? Мне нужно за стену.