Отбор.Пламя в твоей крови

3

Я застыла посреди сарая, не в силах двинуться, словно ноги приросли к земляному полу. Шар, голоса на незнакомом языке, который я каким-то образом понимала... Словно бы реальность вдруг пошла трещинами, открывая под собой что-то пугающее и волшебное одновременно.

Мысли метались в голове, как птицы в клетке. Бежать за драконами? Требовать объяснений? Прямо сейчас схватить корзину дров и делать вид, что ничего не произошло?

«А как именно ты себе это представляешь, глупая? — мысленно одернула я себя. — Выскочишь из сарая и потребуешь у двух драконов-аристократов всё объяснить? Почему какой-то кристалл светится рядом с тобой? Почему ты вдруг понимаешь их язык? Не самоубийца же ты!»

И всё же... Любопытство, эта вечная моя слабость, взяло верх. Взмокшие от волнения ладони вытерла о подол платья. Осторожно, едва дыша, поставила дровяную корзину на землю и на цыпочках приблизилась к двери сарая.

Лорд Дарин и его спутник не успели далеко уйти. Они остановились шагах в пятнадцати от сарая, под старым дубом, чьи толстые ветви даже зимой создавали укрытие от посторонних взглядов. Я осторожно выглянула в щель между досками.

— Ты понимаешь, что это значит? — голос Нариса звучал яростно, хотя он старался говорить тихо. — Гильдия Хранителей будет в ярости!

Теперь, когда я знала, что каким-то непостижимым образом понимаю драконий язык, каждое слово звучало отчетливо и ясно. И страшно.

— К демонам Гильдию, — Дарин раздраженно оттолкнул руки Нариса, что я невольно вздрогнула. Он не кричал, но в его голосе слышалась сталь. — Они слишком долго диктуют нам условия. Шар выбрал девчонку, значит, так тому и быть.

Нарис покачал головой, в его глазах мелькнуло разочарование: — Посмотри на неё! Человеческая девка без роду без племени, служанка в захудалом постоялом дворе! — каждое слово падало как удар хлыста. — Да знатные драконицы растерзают её в первый же день!

Дракон говорил обо мне так, словно я была мусором, грязью под ногами. Моё сердце болезненно сжалось, и в груди разлилась горечь. Почему его слова так задевали? Разве не то же самое я слышала от дяди и тёти всю свою жизнь?

— Что мы скажем Тариусу? — Нарис запустил длинные пальцы в серебристые волосы, нервно отводя их от лица. — Он ждёт девять дракониц знатных домов, а мы приведём к нему... это.

Последнее слово он произнёс с таким откровенным презрением, с такой жгучей неприязнью, что я невольно вздрогнула. И тут же разозлилась на себя.

— Мой брат может быть упрямым, но он не дурак, — Дарин потёр подбородок, и я замерла, ошеломленная. Брат? Так этот Эшгард — брат принца? — Ладно. Даже если она девятая, на отбор это не повлияет. У нас еще восемь чистокровных дракониц, есть из чего выбрать будущую королеву.

Королеву?

Внезапно сухой тонкий прутик, на который я, оказывается, наступила, хрустнул под моей ногой. Резкий звук в тишине показался мне оглушительным. Я отпрянула от щели, прижимаясь к стене и боясь дышать. Обнаружили? Сейчас ворвутся сюда и...

Но голоса продолжали звучать. Они не услышали.

— Шар реагирует на кровь драконов, Нарис, — продолжал Дарин. — Если она избрана им, значит, в ней есть наша кровь. Возможно, она не знает о своём происхождении.

Я осторожно выглянула снова. Теперь между драконами было больше пространства. Нарис отошел от Дарина на пару шагов, и в его позе читалось недоверие.

— Или это какая-то ошибка, древняя магия даёт сбой. Неужели ты действительно веришь, что эта девчонка — потомок драконов? Посмотри на неё!

— Ты слепой, Нарис? — в голосе Дарина теперь звучало неприкрытое раздражение. — Эти волосы, белая кожа... Она не может быть обычным человеком. Как минимум полукровка.

Я прижала руку ко рту, с трудом сдерживая рвущийся наружу то ли смех, то ли всхлип. Боги, что они говорят? Я — потомок драконов? Невероятно. Невозможно!

Нарис шумно выдохнул, словно сдаваясь: — Ладно. Допустим, это правда. Что мы будем делать с этим «открытием»?

— Для начала поговорим с её семьёй, — Дарин посмотрел через двор на главное здание таверны, и я невольно сжалась, будто он мог видеть меня сквозь деревянные стены сарая. — Должна быть какая-то история. Кто ее родители? Почему ребёнок с кровью драконов оказался здесь?

— Согласен, — кивнул Нарис, его раздражение медленно уступило место какой-то деловитости. — Пойдём, поговорим с хозяином. — Он вдруг схватил Дарина за рукав, когда тот уже разворачивался к дому. — И помни, ни слова пока о настоящей цели нашего визита. Скажем, что ищем сведения о забытой родственной линии.

Драконы направились к главному зданию, а я осталась стоять, прижавшись к дверному косяку, с колотящимся сердцем и тысячей вопросов в голове.

Очнувшись от размышлений, я поспешно схватила тяжёлую корзину с дровами и почти бегом направилась к дому. Нужно было разжечь камин до того, как дядя заметит мою задержку. И хотя мысли метались в голове, как обезумевшие птицы, я знала, что должна казаться спокойной. Обычной. Незаметной.

Словно ничего не случилось. Словно моя жизнь не перевернулась с ног на голову за последние полчаса.

Я стиснула зубы, когда ручка корзины больно врезалась в ладонь. Плевать на боль. Плевать на всё. Если я и правда связана с драконами, то у меня появился шанс. Шанс на что-то большее, чем жизнь деревенской служанки, вечно оскорбляемой собственными опекунами.

Когда я подходила к черному входу, то увидела нечто, заставившее меня замереть. Дядя Эдмунд стоял на крыльце, его лицо раскраснелось от возбуждения, а глаза горели алчным огнем. Рядом с ним возвышались две фигуры в тёмных плащах. Лорд Дарин и лорд Нарис.

Драконы успели добраться до дома раньше. И теперь обсуждали... меня.

— И вы говорите, что она может быть... связана с древним родом? — дядя нервно облизывал губы, его маленькие глазки забегали. — Нет-нет, не может быть. Её мать была моей дальней родственницей, но никакой знатной крови в ней не было.

— Так значит, она была вашей родственницей? — спросил Дарин, и от его голоса, обманчиво спокойного, у меня мурашки побежали по спине. Я чувствовала скрытое напряжение в каждом слове.