Отчаянная сделка с исчезнувшим наследником. Гильдии Ронфэйда

Глава 4

“Какая из гильдий лучше?” — так заканчивается заголовок. А в самой статье журналист столкнулся с проблемой: его жена стала часто задерживаться и явно что-то ему недоговаривать. Но журналист, видимо, трудоголик, потому что из этой проблемы он сделал целую статью. Он обратился сразу в две информационные гильдии, чтобы сравнить результат.

Даже интересно стало. Иногда мне попадались статьи об одной из гильдий, и они были обличительные. Конкуренты продолжали вести свою войну. Информационную. Я даже как-то в ней поучаствовала, когда Джей попросил меня подкинуть безобидный, но запрещённый артефакт Шёпоту как раз перед тем, как их решил проверить сыск.

Ох и злилась же я, что глава Когтя использовал меня вслепую. Но долго на Джея злиться просто невозможно. Он оправдался тем, что мне ничего не грозило, а Шёпот действительно очень мутные ребята, у которых и без этого артефакта нашлись грешки.

Делаю глоток кофе, отгоняю воспоминания и читаю дальше. После краткой и довольно нейтральной характеристики гильдий, перечисления слухов о них, журналист переходит к сути.

Шёпот предоставил ему полную информацию о том, куда и с кем ходит его жена. Выяснилось, что она встречалась с тремя разными мужчинами: один был другом мужа, второй — приезжим, третий — владельцем ресторана. Со всеми тремя она уединялась. Выводов Шёпот не делал, но явно намекал на измену.

Коготь отвечал дольше, но зато информация была более полной. Выяснилось, что приезжий — старый друг мужа. А с владельцем ресторана жена встречалась для того, чтобы заказать столик. Она переписывалась с ещё несколькими друзьями мужа для того, чтобы сделать сюрприз ко дню рождения журналиста. Коготь даже узнал, какой подарок они собираются купить, что нашего журналиста скорее расстроило, чем обрадовало. Никакого сюрприза не вышло.

Вывод в статье был однозначный: если вам нужно узнать правду, лучше обращаться в Коготь. Шёпот работает быстро, но поверхностно. Надо будет показать статью Мэлу.

Но я-то знаю, что вывод такой потому, что журналист вряд ли заплатил Шёпоту много. Я же использовала чек отца и стала вип-клиентом. Но несмотря на то что Шёпот узнал слабости Райана и моего отца, у меня всё равно осталось неприятное впечатление от этой гильдии. У них нет никаких принципов, а значит, обо мне тоже вот так вот могут узнать. И воспользоваться.

Вздохнув, просматриваю газету. О смерти Райана Льюиса там пока ничего не написано. То ли специально, то ли мне нужны светские хроники, а не простенькая новостная газетка, которую выписывал мастер.

Ладно, пора к делам.

Я пишу письмо Тине, моей служанке, которая осталась в доме отца. Спрашиваю, как дела у матери и младшего брата, всё ли в порядке. Пусть я и ушла, но не хочу обрывать связи полностью из-за одного только жадного до власти архимага, использующего собственную семью. Даже отцом он не вправе быть, я скорее называю его так по привычке.

Второе письмо я отправляю подруге из прошлой жизни, с которой иногда вижусь. Диане Бетелл. Она каждый раз уговаривает меня пожить у неё, но я не хочу напрягать подругу.

Диана охотно соглашается встретиться, и уже к обеду я иду в центр Ронфэйда, чтобы впервые да долгое время поесть клубничного пирожного.

Меняю внешность на собственную, зайдя за угол подворотни. И выхожу на центральные улицы уже блондинкой, а не шатенкой. Диана не знает, под чьей личностью я скрываюсь, и это не из-за недоверия к подруге, а из соображений безопасности. Кто-то может воспользоваться Дианой, чтобы найти меня.

— Роула! — с улыбкой встречает меня подруга. — Ты похудела. И это не комплимент.

Диана придирчиво осматривает меня, моё простое платье из хорошей, но не самой лучшей ткани. Вздыхает и ведёт к столику, который уже заняла.

— Я заказала тебе как обычно. И я угощаю, ты не спорь в этот раз.

— Буду должна, — не спорю я.

После обычного обмена новостями и одного уничтоженного пирожного я перехожу к главному. Решаюсь спросить то, ради чего пришла.

— Диана… Что ты знаешь о смерти Райана Льюиса?

Подруга хмурится, потом поджимает губы. Знаю, что к Райану она относится плохо, особенно после того, что он сделал. Но открыто это Диана почти никогда не высказывает, старое не вспоминает, за что я ей благодарна.

— Что-что. Он был на званом вечере у Томпсонов, пришёл с одной дамой, танцевал и соблазнил другую. Потом схватился за сердце и потерял сознание. Его увезли в лучшую больницу, действовали быстро, но…

Она замолкает, разглядывая свою чашку с кофе. Я тоже молчу. Да уж, Райан, похоже, не изменился.

— Его труп ты не видела, да?

— Зачем мне это? — округляет глаза подруга. — Но я обратилась к спиритическому мастеру. Хотела связаться с душой бабушки, но она была недоступна. Оставалось время на ещё один сеанс, и я решила всё высказать этому Райану, но он тоже не ответил.

— Ты же знаешь, я в это не верю, — невольно улыбаюсь, видя, как глаза подруги загораются, когда она говорит о мистических вещах.

— Я знаю, что это ничего не значит. Может быть, он был занят. С какой-нибудь женщиной-привидением, — хмыкает она, не удержавшись от шпильки. — Но мне не сложно проверить ещё раз, или несколько раз. Если хочешь, я душу этого Льюиса достану!

— Спасибо, Диана, — моя улыбка становится шире. — Не стоит.

— Мне не сложно, — смеётся она.

Дома после тёплой дружеской встречи с Дианой я разбираю личные вещи мастера. Нужно принести ему сменную одежду, воду. Возможно, что-то ещё, чтобы занять время, например, карты. Заниматься артефактами ему вряд ли разрешат. Может быть, книгу?

На прикроватной тумбочке как раз лежит целая стопка. Он читал их все, видимо, под настроение. Или же забывал убирать? Решаю, что выберу одну из них, но оказывается, что это всё учебники. Эрик Калвер совершенствовал свои навыки и знания до конца.

Среди книг мне попадается толстый блокнот. Мне становится интересно, что за заметки вёл мастер, и я без раздумий открываю его. Но это оказываются не заметки. Личный дневник.