Отчим и сводный брат. Игра на троих

Глава 1

Всё летело из рук. Я металась между плитой, холодильником и столом, сметая пыль, переставляя вазочки и лихорадочно проверяя, достаточно ли закусок. Лев, мой отчим, человек строгий и основательный, скоро должен приехать. А сообщил-то мне об этом не он, а этот наглец.

Денис, мой сводный брат, развалился на диване, будто у себя дома, и смотрел на мою суету с той самой лукавой ухмылкой, что всегда меня выводила из себя.

— Да не суетись ты так, сестрёнка, — подначивал он, щурясь. — Или ты специально решила немного веса сбавить? Так можно это делать более правильно.

Как же он бесил! С этой важной усмешкой, будто он — центр вселенной.

— Ну вот, приедет Лев, всё ему про тебя расскажу, — проворчала я, хлопая дверцей духовки. — И где это я, по-твоему, толстая?

Я резко развернулась к нему с половником в руке, стараясь выглядеть как можно более грозной. Хотелось найти уязвимое место, добраться до его самодовольства, но... Куда там. Он сидел подтянутый, уверенный в себе, с этой... красивой мордочкой, которую только расхваливать можно. До харизмы Льва ему, конечно, ещё расти, но я знала — со временем и это придёт.

— В нижней области, — не моргнув глазом, сказал он, и ухмылка стала ещё шире.

Я уже привыкла к его пошлым шуточкам, потому только хмыкнула.

— Всё у меня в порядке, а тебе вот уж точно не стоит даже туда смотреть.

— Ну, она слишком большая, чтобы не обратить внимания, — продолжал он, явно получая удовольствие.

— Господи, и этот человек — мой брат. Как мы дожили до такого? — вздохнула я, но в мыслях невольно пронеслись воспоминания. А ведь я и сама заглядывалась на него, когда мы все ещё жили вместе. Особенно когда он делал упражнения в своей комнате на самодельном турнике. Подтягивался, полуголый, спиной к двери…

Помню, как натягивались мышцы на его спине и плечах, будто тугие канаты под гладкой кожей. Капельки пота, рождаясь у линии волос, медленно стекали вниз, прокладывая блестящие дорожки вдоль позвоночника, задерживаясь в углублениях лопаток, а потом скатывались ниже, к пояснице, под резинку спортивных шорт. Шорты почему-то, несмотря на его внушительную, тяжелую мускулатуру, всегда потихоньку сползали вниз, открывая взгляду начало... Да, его попа — это было то ещё зрелище. Твердая, упругая, идеально очерченная…

«Так и о чём это я? — спохватилась я, чувствуя, как к щекам подступает жар. — А, да, нужно нарезать огурцы».

— Ты думаешь пырнуть меня или нет? — раздался голос Дениса.

— Ты о чём? — непонимающе спросила я, замирая с ножом в руке.

— Ну, ты уже минуту стоишь с ножом и слюни пускаешь на огурцы, — усмехнулся он.

— Ой, иди ты куда следует! — фыркнула я, стараясь скрыть смущение. — И вообще, действительно, не стоит дерзить человеку с ножом. Мало ли что.

— Валькирия Ольга готова расправиться со своим любимым и единственным братом, — с пафосом провозгласил он, прижимая руку к груди. — Какие же жестокие всё-таки женщины.

Я решительно отвернулась и с удвоенной энергией набросилась на овощи. Дальше нельзя было отвлекаться ни на секунду. Если не успею, всё пропало. А мне так хотелось показать Льву, что я взрослая, самостоятельная, что он был не прав, отговаривая меня от переезда. «Зачем утруждать себя всеми тяготами одинокой жизни?» — говорил он. Но у меня была своя причина съехать, своя тайна, ради которой я даже поступила в университет в другом городе. И сегодняшний ужин должен был стать моим маленьким, но весомым доказательством

— Слушай, может, ты всё-таки скажешь, почему решила-то переехать? — спросил Денис.

Он что, мысли читает? Я буквально секунду назад сама про это думала, а он тут же, будто подслушав, задаёт вопрос.

— Ну какая разница, — ответила я не отвлекаясь от нарезки. — Просто мне нравится жить самостоятельно. Чего и тебе желаю.

— Ну, так я и так самостоятельный, — ответил он, слегка покачивая ногой. — Я работаю, на прекрасной должности, с большой зарплатой. А то, что я живу в нашем особняке до сих пор, — так мне так проще. Я спокойно коплю на квартиру и при этом живу и помогаю отцу. И я не пользуюсь его деньгами и возможностями.

Он говорил правду. В отличие от многих Денис действительно всё строил сам. И получалось у него отлично.

— Да знаю я, что ты молодец, — ответила я уже мягче, перекладывая огурцы в салатник.

Денис и правда молодец. Это я, можно сказать, сама же и усложнила себе жизнь. Но на то была причина. Тайная и очень важная.

— Значит, не хочешь говорить, — сказал он, и в его голосе вдруг пропала привычная насмешливость. — Это после смерти Инны Сергеевны ты нас как будто избегаешь.

— Давай не будем про маму, ладно? — сказала я уже менее дружелюбно, стукнув ножом по разделочной доске.

Он притих, секунду понаблюдав за мной. Потом изобразил жест «рот на замок» и выкинул воображаемый ключик.

— Без проблем, — сказал он тихо.

В этот момент раздался звонкий, настойчивый трель его телефона. Денис взглянул на экран, и его лицо стало совершенно другим — сосредоточенным, взрослым.

— Отец звонит, — бросил он мне, поднимаясь с дивана, и вышел в маленький коридор, прикрыв за собой дверь в гостиную.

Я перевела дух. Тишина, наступившая после его ухода, была гулкой. Я слышала только приглушённые обрывки его фраз за дверью: «Да, Лев… Уже почти… Встретим, конечно… Я схожу… Хорошо».

Через пару минут дверь приоткрылась. Денис стоял на пороге, уже в куртке.

— Скоро подъедет. Пойду встречу у ворот, — сказал он. Его взгляд скользнул по накрытому столу, по мне. На секунду в его глазах мелькнуло что-то сложное.

И, развернувшись, он вышел, тихо закрыв за собой входную дверь.