Отцы-матери

ПРОЛОГ и ГЛАВА ПЕРВАЯ Как у девчонки

(Бес-)конечная. Часть пятая

ОТЦЫ-МАТЕРИ

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

Пескоструйка

Время: утро

Пролог

тогда, в тот самый момент

Кати...

Ка-ати-и...

Не лети.

Она подумает: скомандовал... потребовал...

А он просто сказал, как мог.

Ка-а-а-ати-и-и-и-и... Не ле-ти-и-и-и-и...

Сказал ей, как самому себе.

Но бесполезно, ее нет и двадцать раз по «нет».

Улетела, блять.

Во-он летит. Это ж она летит?

Она летит, а он идет. Идет смотреть, когда она прилетит.

И че – довольна?

Довольна…

Вот же с…

С-с-с…

С-сладкая… коза.

Летит…

Он ищет, когда она прилетит, но скачут цифры на табло – попутали. Прилет ее отодвигают. Сбой в электронике.

И все взрывается в башке… Башку ломит, кувалдой – еблысь... Зря бухал вчера...

Не то. Взрыв... Взрывание объекта упростить... ослабить несущие конструкции... ослабить предварительно... всю ебнутую предвариловку... все прошедшее время с ней и без нее...

Ослаблены несущие конструкции – и вот он, взрыв... И вот так вот, пыльным облаком в ебало – в нос, в рот, в глаза... В мозги твои ебнутые – чух-х...

Не хочется расчищать это теперь. Хочется, чтоб отвернуться, повернуться – а оно само уже расчистилось.

Но он смотрит на черный флаг, на череп с белыми костями – фудкорт, МакДональдс, «Пиратский островок» – и... похуй.

Катька коза запарила лети домой

Пусть бесполезно, ее нет, хоть двадцать раз по «нет» – а хера ты все еще тут. А ну, пошел.

И он ломит к машине, а там уже – дальше.

Вперед и не оборачиваться.

И НИКОГДА, никогда больше ни на что не покупаться. И не долбаться больше.

Понял?

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Как у девчонки

прошло пять лет, почти шесть.

сейчас

- Эля...

- М-м...

- Эль...

- М-м-м...

- Яэль...

- М-м-м-м-м!!!!

- Я-эля!

- М-м-м-ме-е-е-е!!!

Яэлька упорно «спит». Упрямо трясет спутанными каштановыми волосиками, сжимает кулачки.

- Дочь, вставай...

- Не-е-е...

- В садик пора...

- Нет!!!

Она, тем не менее, молниеносно подскакивает на кроватке, стреляет вверх, моя маленькая ракета. Она сказала «нет», она в ярости и... она бодрая, что твой будильник.

Терпеть не могу поднимать их, что старшую, что младшего...

Терпеть не могу, но приходится...

- Валюх, вставай... Валь...

Хоть он-то не то, что сестра. У той что на уме, то на языке – этот страдает-терпит молча.

Мне их жалко – вчера опять легли поздно. Я не доглядела – не смогла. Домой вернулась поздно, а нянька – вот хорошая она у нас, но вчера что-то протупила, и они еще не спали. Отца, бывает, на раннее ставят после позднего – вот и вчера-сегодня так...

Но Валя – я же говорю – истязания побудкой терпит молча, будто в себя проглатывает. И это ведь она, эта «звезда-комета» вчера его перед сном забалтывала, а он вот так же вот терпел. И уснули поздно. Э-эх-х...

Сын начинает одеваться первым и даром, что младше – наверняка первее закончит.

- Молодцяга... на – носочки... Вот – первый начал, первый будешь готов...

Да только зря я это ему – у нас такое не проходит безнаказанно:

- МАМА! Ты че!!!

- Эль, я просто Валю похвалила... – поясняю спокойно. – Разве он не молодец? Смотри – сам носки надел, даже L на левую ножку, а R на правую.

Она у меня огонь, но я ее, конечно, не боюсь. Кроме того, Яэлька очень умная. А еще она больше всех на свете, разве что, сразу после мамы, любит Валю. Брата. А он – ее. Причем, в его случае насчет порядка очередности я не уверена. Если судить по себе: сестры-то у меня есть, всякие. И я их – ну… Да нет, люблю, конечно.