Отдам маму в добрые руки

3.2

Всю дорогу Ванька бросал на маму загадочные взгляды и с трудом пытался удержать улыбку. Получалось у него плохо. Рот мальчика упорно расползался до ушей, и Лариса заволновалась ещё сильнее.

Что же за сюрприз такой? Может рисунок? «Нет», — отмела Лариса этот вариант. Иначе сын не удержался бы и показал ей его уже в аэропорту. Подделка? Хотелось бы надеяться.

— Я попробую угадать, — решила Лариса. — Ты хочешь мне что-то подарить? Я права, Вань?

— М-м, — мальчик с загадочным видом покрутил в воздухе пятернёй, потом коротко ответил: — Нет.

— Ты выучил стихотворение?

— Нет.

— Взялся за английский?

— Не-а.

— Тогда, тогда... Знаю! Ты научился считать до миллиона?

— Мама, — Ваня смотрел на неё осуждающе, — я давно умею считать. Сначала идёт единица, потом двойка, а потом все остальные цифры. Главное не запутаться.

Точно! Лариса едва не хлопнула себя по лбу, вспомнив как сын развлекал счётом приёмную комиссию в гимназии. Бедные проверяющие не знали как отделаться от упорного мальчишки.

— Если я скажу тебе сейчас, то это уже не будет сюрпризом, — справедливо заметил Ваня. — Но он нас очень-очень ждёт.

Лариса поймала в зеркальце заднего вида странный взгляд сестры. Карина состроила ей непонятную гримасу и снова сосредоточилась на дороге. И что это было? Кара смеётся над ней? Или за что-то извиняется?

В любом случае происходящее выглядит подозрительно. Слишком напряжена сестра, слишком ярко блестят глаза сына.

Час от часу не легче.

Лариса попыталась расслабиться. И почему она всегда ожидает худшего? Вдруг дома её ждёт торт? Специально испечённая к её приезду «Прага»?

Для Ларисы не было ничего вкуснее неё. Ни один торт изготовленный профессиональными кондитерами не мог соперничать с домашним деликатесом. Может есть какой-то семейный секрет приготовления? Хотя, ей он всё равно не пригодится.

Ирония судьбы. Её мать, бабка и сестра, постоянно сидящие на диете и не позволяющие себе съесть ничего калорийнее шпината, изумительно готовят, а она, знать не знающая про ограничения в еде, совершенно этого не умела. Макароны разваривались, пельмени слипались в комок, а каша... Но о каше лучше не думать. Прав Ванька. Только чай она и способна заваривать. Тот, что в пакетиках.

«Доченька, это же совсем не сложно, — учила ей мама. — Сначала ты доводишь воду до кипения, потом запускаешь спагетти, ждёшь десять минут и обед готов».

Лариса послушно делала всё по инструкции, сверялась с бумажкой, на которой скрупулёзно законспектировала мамин рецепт, караулила не отходя от плиты с секундомером в руках и всего лишь за тем, чтобы выложить на тарелку привычную раскиселившуюся массу.

«Это потому, — говорила сестра, — что ты варила наши, отечественные макароны, но нужно брать только итальянскую пасту и отваривать её до состояния аль денте в течение восьми, а лучше семи минут».

Лариса и купила, и варила. Старалась, между прочим.

Карина подцепила результат её усилий на вилку, брезгливо скривилась и посоветовала заказывать еду на дом из ресторана...

Лариса зажмурилась и мысленно положила в рот кусочек любимой «Праги». Конечно, она запрещает сыну есть сладкое, ведь оно жутко вредное для детского растущего организма и, пожалуй, неправильно показывать мальчику плохой пример, но сегодня, так и быть, она снимет все запрет. Ненадолго. Всего на один день.

Лара улыбнулась сыну, потрепала его по волосам и принялась мечтать о втором кусочке.