Отдам маму в добрые руки

Глава 21. Сюрприз!

Лариса любила зиму. Любила снег, лёгкий морозец, ощущение чуда, которым были наполнены эти дни. Протянув раскрытую ладонь в перчатке, она поймала несколько снежинок, полюбовалась их кристально-чётким узором. Неужели на свете в самом деле нет ни одной одинаковой снежинки? Их ведь так много!

Запрокинув голову, Лара открыла рот и схватила на лету одну из уникальных красавиц.

— Вкусно?

— Ой, — Прежде чем обернуться на голос, Лариса придала лицу серьёзное выражение.

Василий стоял привалившись спиной к дверце машины. Изо рта мужчины вырывались клубочки пара, пальто распахнуто. Лариса поморщилась от вида его оголённой шеи. Машина машиной, но так же нельзя! Мороз всё-таки.

— Здрасьте, тёть Ларис! А мы к вам, — звонко объявила, подбежавшая к ним Альбина. — Хотим пригласить вас с Ваней на Рождество.

— Не знаю, — растерялась Лариса. — Не удобно как-то.

— Ничего подобного, — прервал её Василий. — Мы же к вам приходили. Считайте, что с вашей стороны это будет визитом вежливости.

— Пожалуйста! — состроила умильные глазки Альбина. — И Лаки с собой возьмите.

— Мы на дачу поедем, — уточнил Василий. — Там сейчас столько снега намело. Пусть дети повеселятся.

— Хорошо, — кивнула Лара.

— Тогда мы за вами двадцать четвёртого заедем.

— Вы отмечаете католическое Рождество? — удивилась Лара.

— Просто, мы считаем, что праздников много не бывает. Правда, Алька?

Девочка с готовностью подтвердила слова отца.

— Пожалуй, тут вы правы, — рассмеялась Лариса. — А сейчас вы разве не зайдёте?

— Так нас никто не приглашал пока.

— Пф, — фыркнула Лариса. — Идёмте. Ванька рад будет.

Альбина покосилась на Лару. Интересно, а она сама-то им рада?

***

— И это вы называете дачей? — Лариса скептически разглядывала двухэтажный особняк. Не слишком большой, но и называть его дачей как-то язык не поворачивался.

— Мы не живём здесь постоянно. Выбираемся из города на выходные. Так что да, формально это дача.

Пока хозяин выгружал из багажника вещи и продукты, Лариса с любопытством оглядывалась вокруг. Дом ей нравился. Казался уютным и тёплый. В нём хотелось жить, хотелось усесться на мягкий ковёр, расстеленный перед камином, с интересной книгой в руках и временами сквозь панорамное окно поглядывать на веселящихся детей, чей смех и визг перекрывал лай совершенно ошалевшего от свежего воздуха и простора Лаки.

Лариса прошла вслед за Василием на кухню. Неудобно как-то получится, если она останется сидеть на месте. Хотя помощи от неё в общем-то никакой. Но Василий же об этом не знает!

— Скажите, а вы умеете готовить? — осторожно спросила она мужчину.

— Яичница считается?

— Считается, — вздохнула Лариса.

— Не волнуйтесь, — засмеялся Василий. — Я помню, что вы прекрасно завариваете чай.

— Честно говоря, — призналась Лариса. — Ванька тут хорошо приукрасил. Наверное, не захотел, чтобы его мать выглядела полной неумехой.

— Но бутерброды-то вы нарезать способны? — поддел её Василий. — Вот вам хлеб, вот нож и вперёд. Всё остальное для нас приготовила Нина. Нужно только разогреть. Давайте смотреть, что у нас сегодня на ужин.

— Нина ваша помощница по дому?

— И это тоже, — кивнул Василий. — И помощница, и повар и, главное, няня. Я долго не мог найти подходящего человека. Альбина с неохотой принимала посторонних, а с Ниной дочь подружилась сразу. Она может женщина и простая, но Альку любит как родную. Ларис, это не честно. Вы знаете даже имя няни моей дочери, а я о вас не знаю почти ничего. Расскажите мне о себе.

— Например?

— Что вы любите?

— Книги и фарфор.

Лариса могла бы добавить в этот список стихи, но с некоторых пор её любовь к поэзии сильно пошатнулась.

— Видите, какая я скучная. Лучше скажите, что любите вы?

— Машины и путешествия, — в тон ей ответил Василий. — Особенно люблю Африку и Сибирь. Это если я один. С Альбиной мы всё больше у моря загораем.

— А я только в Праге была, — вырвалось у Ларисы. — Один раз. По работе. Но больше ни за что туда не поеду.

— Неужели не понравилось?

— Я города и не видела почти, — призналась Лара. — Но снова сесть в самолёт? Брр! Нет, я на это не готова. Я высоты боюсь, — пояснила она Василию.

— Правильно, — кивнул мужчина. — Не надо самолёта. Зачем себя испытывать? Но, Лар, открою тебе один секрет, — Василий приблизился к Ларисе и почти касаясь губами её уха прошептал: — Из Москвы, с Белорусского вокзала до Праги идёт поезд. Чуть больше суток и ты там. Всё готово? Тогда накрывайте на стол, посуда в этом шкафу. Я за детьми.

Когда с ужином было покончено Василий встал из-за стола и вернулся держа в руках несколько коробочек завёрнутых в блестящую бумагу.

Один из них он протянул дочери — в нём оказалось нарядное платье принцессы, второй — Ваньке.

Мальчик быстро сорвал бумагу со своего подарка и глаза его загорелись:

— Корабль! Как настоящий!

— Макет крейсера «Варяг», — пояснил Василий. — Я тебе потом про него расскажу. Мне его отец на восьмилетие подарил, а теперь, пусть вот у тебя будет.

— А это вам, — Василий отдал Ларисе последнюю коробочку.

Лара аккуратно развязала ленточки, сняла обёрточную бумагу и тихо ахнула. Внутри находилась статуэтка девушки кормящей голубей.

Лариса легонько провела по ней чуть подрагивающими пальцами:

— Она прекрасна!

Подыскивая сюрприз для Лары, Василий наведался в пару дорогих галерей, где обычно покупал подарки для матери, но на подходящую вещь набрёл в старой антикварной лавке, куда заглянул совершенно случайно. Там-то он и увидел её — фарфоровую девушку так похожую на саму Ларису.

— У нас для вас тоже есть кое-что, — спохватилась Лара. — Вань, ты Альбине сам подаришь или как?

— Сам, — кивнул мальчик.

Сбегав в коридор и порывшись в карманах куртки, он протянул девочке коробочку, внутри которой лежала серебряная снежинка на цепочке.