Отдам маму в добрые руки

22.3

— Я с Вероникой на какой-то вечеринке познакомился, — говорил Василий. — Она уже тогда успешной моделью была. Все мужчины от неё с ума сходили, но Вероника меня выбрала. Казалось, из нас получилась отличная пара. Возможно так бы и жили, если бы не мой спор с отцом.

В то время я был настоящим оболтусом. Отец хотел приобщить меня к семейному делу. Я упорно избегал любой ответственности. Мы тогда прилично разругались из-за этого со стариком. В конце концов отец пригрозил лишить меня денег. Я обиделся, заявил, что справлюсь сам и заключил с ним пари. После этого в тот же день съехал вместе с женой из отцовского особняка в съёмную однушку.

Такая перемена оказалась неприятным сюрпризом для Вероники. Она привыкла к лучшим условиям, да и уровень жизни резко снизился. Вторым сюрпризом стала Альбина. Мы не планировали детей. Нике пришлось уйти в декрет оставив карьеру. Я много работал, жена сидела дома и копила обиды. Оба были на взводе.

После рождения дочери Вероника, наконец, смогла вновь вырваться на свободу, вернулась в модельный бизнес. Потом увлеклась идеей стать актрисой. Её почти никогда не было дома. Отношения совсем разладились.

Закончилось всё банально, в один прекрасный день жена объявила, что уходит к режиссеру, тот обещал ей роль в своём новом фильме. Ну, а я остался объяснять трёхлетней Альбине, куда так внезапно исчезла её мама и велел адвокатам собирать документы на развод.

Дочь Вероника без проблем оставила мне. Всё равно с её графиком и ночными вечеринками девочка чаще видела няньку чем мать. С тех пор Ника почти не появляется в жизни Альбины, а её фанаты, кажется, даже не знают о ребёнке.

— Как это не появляется? — прервала монолог Лариса. — Она же вернулась?

— За деньгами, — усмехнулся мужчина. — Спонсоры отказали ей в нужной сумме для нового проекта. Деньги она от меня в итоге получила, но это произошло в последний раз. До сих пор мне было проще откупаться от неё, но всему приходит конец. Я дал ей то, что она просила, взамен Ника написала расписку с отказом от ребёнка. Теперь, если она вновь попробует заявиться за деньгами, я могу обнародовать запись. Ника никогда не станет так рисковать своим имиджем. Обменять дочь на новую роль? Нет, зрители такой жертвы с её стороны не оценят. Вероника и без того получает от меня приличные алименты. И этого вполне достаточно.

— Но это же жестоко! — воскликнула Лариса. — Лишать мать права видеть собственного ребёнка.

— Нет, Лариса. Я не запрещаю им видится. Пожалуйста, сколько угодно. Но я должен быть уверен, что встречи эти продиктованы чувствами, а не расчётом. Альбина любит Веронику и каким-то образом всегда понимает, пришла та за деньгами или потому что действительно соскучилась по дочери. Ника на самом деле не плохая мать, если перестает играть и искать выгоду.

И вот вроде всё предельно ясно, можно свернуть эту тему, но Лариса никак не могла успокоиться. Вспомнив кое о чём, она вновь нахохлилась:

— А ведь ты всё ещё любишь её. Свою бывшую жену. Стоило ей появиться, и ты сразу про меня забыл. Конечно! Она звезда, а я вообще не в твоём вкусе.

— Ошибаешься, Лар, — Василий обнял Ларису. Уткнулся носом в её шею. — Как раз в моём. К сожалению, мне всегда нравились именно такие женщины — красивые и с невыносимым характером. Ты снова делаешь неправильные выводы. Не хотел тебя обидеть, но в тот момент у меня все мысли занимала Альбина. И да, моя жена. Я пытался понять зачем она явилась, и что с ней делать, если она и в самом деле настроена вернуться в семью. У меня знаешь ли, с некоторых пор, совершенно другие планы на жизнь. И нет, предупреждая твой вопрос — Ника в них не входит.

— Правда? — выдохнула Лариса, уже зная ответ на этот вопрос. Какое счастье, что она снова ошиблась. Напридумывала себе Бог знает что! А на самом деле… Вот он, рядом с ней. Обнимает так крепко. По-настоящему.

— Наконец-то! — из детской выглянули Альбина и Ванька. — Новый год скоро, вообще-то. А у нас ещё на столе пусто.

— Точно, — спохватилась Лариса.

— Марш все на кухню! — скомандовал Василий.

— Кто быстрее, тому шоколадка, — крикнул Ванька и первым помчался по коридору.

— Ну парень, нигде не пропадёт, — поразился Василий.

Однако первым на кухне оказался Лаки, а поскольку шоколад собакам не полагается даже в честь праздника, пса угостили котлетой.

Благодаря общим усилиям стол накрыли быстро. Василий с детьми прилипли к телевизору, а Лариса тихонько выскользнула в другую комнату.

Она открыла шкаф и достала своё пражское платье. Неуверенно прикинула его перед зеркалом. Каждый раз, когда она пыталась его надеть случалось, что-нибудь нехорошее, да и Карина сказала, что такое давно не модно. Но ведь у неё ничего больше нет!

Лариса надела платье, распустила волосы, мазнула по губам светлым блеском и чуть подкрасила ресницы.

Когда она вышла в гостиную все трое синхронно повернули к ней головы. От такого пристального внимания щёки Ларисы порозовели.

— Вау! — выдохнул Ванька.

— Вы прямо как Барби! — восхитилась Альбина.

— Нет, Аля, она не Барби, — Васили заворожённо глядел на Ларису. — Она фарфоровая статуэтка.

— Пап, — подёргала Альбина отца за рукав. — Хватит глазеть. Давай подарок.

— Действительно, — усмехнулся Василий. Он ушёл, но почти сразу вернулся держа в руках белый конверт. — Здесь две путёвки в Прагу.

— Поездом? — не верила своим глазам Лариса, разглядывая цветные буклеты.

— Конечно. Не заставлю же я тебя лететь этим ужасным самолётом.

— Вань, на этот раз мы вместе поедем, — Лариса обернулась к сыну.

— Нет, Лариса. Эти билеты для нас с тобой — возразил Василий. — Должны же мы наконец нормально узнать друг друга. Надеюсь, хотя бы в Чехии ты от меня не сбежишь?

— А как же дети?

— Они без нас прекрасно неделю проживут. Отдохнут без родительских нотаций. Правда?

— Проживём, — подтвердил Ванька. — Вы целоваться-то будете? Уже часы бьют. Мы так и Новый год весь пропустим.