Отдана на троих. Приказ Пахана.

Глава 1: Последний день

Глава 1: Последний день

Телефонный звонок разорвал тишину моей идеально устроенной жизни, как хищник, врывающийся в курятник. Я стояла у панорамного окна своей квартиры на двадцать пятом этаже, глядя на то, как Москва зажигает свои вечерние огни, и лениво помешивала ложечкой остывающий латте. Последний день нормальной жизни. Конечно, тогда я этого еще не знала. Для меня это был просто очередной вторник. Вторник, пахнущий дорогими духами, успехом и легкой скукой.

Номер на экране был незнакомый, но что-то внутри, какая-то ледяная игла под сердцем, заставила меня ответить.

— Слушаю, — мой голос прозвучал спокойно, даже чуть высокомерно. Голос девушки, у которой всё есть и которая уверена, что так будет всегда.

— Алина Игоревна? — мужской голос на том конце был хриплым, прокуренным. Таким голосом не сообщают о выигрыше в лотерею. Таким голосом сообщают о смерти. — Мои соболезнования. Ваш отец… несчастный случай.

Мир качнулся. Латте в чашке пошел рябью. Несчастный случай. Какое удобное, какое лживое слово. Мой отец, Игорь Вересаев, был человеком, с которым несчастные случаи не происходили. Он их создавал для других. Владелец строительной империи, хищник в костюме от Brioni, человек, который мог перешагнуть через любого, чтобы достичь цели. И я была его единственной, обожаемой дочкой, его маленькой принцессой, для которой он строил эту империю.

— Что вы несете? — прошипела я, чувствуя, как холод расползается от кончиков пальцев по всему телу. — Он час назад звонил мне.

— Сейчас он уже никому не позвонит, — в голосе незнакомца не было ни капли сочувствия. — У вас есть полчаса, чтобы собрать одну сумку. Только самое необходимое. За вами приедут.

— Кто приедет? Кто вы такой? Я никуда не поеду!

В трубке послышался короткий, неприятный смешок.

— Девочка, ты еще не поняла. Твой папа проигрался. По-крупному. И поставил на кон единственное, что у него еще оставалось. Тебя. Так что будь умницей. Полчаса.

Короткие гудки.

Телефон выпал из моей руки и с глухим стуком ударился о мраморный пол. Ноги подкосились, и я сползла по стеклу, глядя на город невидящими глазами. Проиграл. Меня. Это было настолько абсурдно, настолько чудовищно, что мозг отказывался верить. Мой отец, который сдувал с меня пылинки, который выполнял любой мой каприз, отсыпал на кредитку суммы с шестью нулями просто на булавки… проиграл меня? Кому?

Паника подступала к горлу ледяной волной. Я вскочила, заметалась по квартире, как птица в клетке. Полиция? Кому я позвоню? Что я скажу? Что папа-полукриминальный авторитет проиграл меня в карты другим авторитетам? Меня поднимут на смех. Охрана? Вся его охрана подчинялась не ему, а человеку, который стоял над ним. Пахану. Старому, безжалостному вору в законе, чье имя боялись произносить вслух. И если это его люди… бежать было некуда.

Полчаса. Я открыла гардеробную, размером с иную квартиру. Сотни платьев, туфель, сумок. Моя жизнь, моя скорлупа. Что из этого — самое необходимое? Я схватила первые попавшиеся джинсы, кашемировый свитер, кеды. Зубная щетка, паспорт. Руки дрожали. В голове стучала одна мысль: это ошибка, недоразумение. Сейчас папа позвонит, рассмеется и скажет, что это был чей-то дурацкий розыгрыш.

Но он не звонил.

Ровно через тридцать минут в дверь позвонили. Коротко, властно. Не как гости, а как те, кто пришел забирать свое. Я посмотрела в глазок. Два огромных молчаливых силуэта в черных костюмах. Лиц не разобрать.

Дрожащей рукой я повернула замок.