Отец-одиночка желает познакомиться, или мама-попаданка

2

Дни тянулись медленно, словно вязкий сироп. Работа, которая раньше приносила мне удовлетворение и стабильный доход, осталась в прошлом. Я ушел с высокооплачиваемого места, где меня ценили как хорошего работника, и теперь пытался найти себя в мире временных заработков. Каждый день был похож на предыдущий: ранние подъемы, спешка, поиски нового источника дохода. Я разрывался между работой и воспитанием дочери, стараясь не упустить ни одной важной минуты с ней.

Друзья и веселые вечера канули в прошлое, как и все мои подруги. Остался только Морт — верный друг, который всегда был рядом, подбадривая меня в самые трудные моменты моей тихой семейной жизни. Хотя, если честно, назвать её тихой и спокойной было бы явным преувеличением. Моя Сью, моя маленькая радость, развивалась с невероятной скоростью, словно ураган. Она постоянно куда-то лезла, её чудесный носик то и дело появлялся там, где ему совсем не следовало быть.

— Апчхи! Апчхи! — раздавался громкий чих за дверью, когда я возвращался домой после временного заработка.

Сегодня я оставил с моей Сью очередную няньку, такую же временную, как и моя работа, и вот снова у них что-то там не заладилось. Тем временем за дверью продолжались раздаваться громкий чих вперемешку с бранной речью:

— Паршивка! Апчхи! Да как ты посмела... Апчхи! Заменить мою... Апчхи! Нюхательную соль на эту дрянь... Апчхи!

«Не понял, эта «классная дама» высшей категории совсем берега попутала, назвать мою малышку паршивкой?!» — и так находился не в лучшем расположении духа, а теперь и вовсе был разъярен, поэтому я распахнул деревянную дверь с таким грохотом, что, кажется, весь дом вздрогнул.

Быстрым шагом направился на кухню, откуда и раздавались все эти нелицеприятные звуки. В углу сжалась моя Сью, ее губки дрожали, а на глаза наворачивались слезы. Над ней, словно коршун, склонилась госпожа Линэль — эльфийка в почтенном возрасте, которой я с чего-то решил доверить свое сокровище. И вот к чему все привело. Эта сумасшедшая трясла перед носом моей девочки какую-то серебряную коробочку, и чем больше она ее трясла, тем больше из нее сыпался красный порошек, и эта обезумевшая старуха чихала.

— Так, всё, хватит! — решил остановить этот балаган и быстрым движением отодвинул не ожидавшую меня женщину в сторону, предварительно вырвав из ее рук коробку с самой проблемой, и положил ее на стол. А сам вытащил из угла напуганную Сью.

— Папуля! — дрожащим голосом дочь обвила своими маленькими ручками мою шею, и ее слезы покатились по розовым щекам. — Я случайно, честно-честно.

— Не волнуйся, моя радость, папа тебе верит. — Вытер слезы с ее щек. Не могу смотреть, как она плачет.

— Это просто возмутительно! Вместо того чтобы наказать ребенка, вы потакаете ей! — продолжала возмущаться пришедшая в себя нянька.

— Быстро рассказывай, что тут произошло, — шепнул на ушко непоседе, потому что знал, на что она была способна.

— Госпоже Линэль стало душно, она оставила свою нюхательную соль в гостиной. Я пошла ее забирать и упала. Споткнулась об мешок с мукой, оставленный на полу на кухне... — шмыгнула дочь носом.

— Ну... Что было дальше.

— Коробочка открылась, и соль рассыпалась на пол. Я как могла собрала все обратно.

«Странно. Что-то тут не сходиться. Я же видел красный цвет порошка. А так мука, даже если она смешалась с солью, не может выглядеть! Кто-то тут что-то не договаривает!» — промелькнули мысли у меня в голове, и мы снова услышали недовольное бурчание эльфийки.

— Да как же! — усмехнулась та. — Если бы соль смешалась с мукой, то я бы так не реагировала! Ты же мне подсыпала красный перец! — ультратонкий крик, который резал уши, заставил нас со Сью поморщиться.

— Это так? — пристально посмотрел на дочь, которая резко прекратила лить слезы и отвела взгляд.

— Ну-у-у, соль могла смешаться еще с перцем, — не стала она отрицать.

— Та-а-ак, уже ближе. — кивнул я. — А откуда у тебя взялся сухой перец, да и зачем?

— Вот-вот, видите! Я же говорила!

— Тихо вы! — шикнул на эльфийку. — Откуда у тебя взялся этот порошок? Я же его спрятал, — прищурил глаза. Ведь накануне собирался идти на рыбалку, а порошок из острого перца служит хорошей приманкой.

— Я случайно увидела, куда ты его прячешь, — Сью своими пальчиками начала стряхивать несуществующую грязь с моего плеча.

— Чего ожидать от дочери, если у нее отец такой безответственный, — снова вставила свою реплику эта «классная дама», которая мне уже хорошенько так надоела.

— Послушайте, госпожа Линэль... — начал я, выдохнув и усадив дочь на стул. В ее словах была частичная правда, поэтому не стал грубить. — Вы правы. Наша семья для вас слишком... — защелкал пальцами, подыскивая нужные слова.

— Трудная! — подсказала мне дочь.

— Да, — подмигнул я ей. — Трудная и весьма невоспитанная. И мы вам совсем не подходим.

— Да? — она приподняла бровь в недоумении.

— Да! — я выпрямился и взял женщину за плечи, мягко подталкивая её к двери. — Такому высокомыслящему педагогу, как вы, нужны ученицы, которые будут ценить ваши усилия и духовность.

— Я рада, что вы это понимаете, господин Джереми, — госпожа Линэль кивнула с лёгкой улыбкой и, подхватив свою сумочку, направилась к выходу.