Отец по ошибке

Глава 19

Ночью на море был шторм и утро выдалось пасмурным, но после вчерашнего пекла такая погода казалась едва ли не благословением.

Прохладный морской воздух, пах йодом, солью и немного сероводородом от водорослей, выброшенных на камни у волнорезов. Кто-то наверно скривил бы нос, но мне нравилось это сочетание запахов. Для меня так пахло беспечное детство… так пахло то время, когда мы с отцом каждое утро приходили сюда чтобы поплавать.

Я сидела на низком заборчике, отделявшем набережную от необорудованного пляжа. Здесь практически не было людей, зато было много чаек. Они прилетели поживиться тем, что сегодня море щедро выбросило для них на берег. Как бы это не прозвучало, но и я тоже пришла сюда, чтобы подкрепиться.

Метрах в тридцати отсюда, перед входом на частный насыпной пляж вот уже пару дней караулил голодных отдыхающих ларгус с логотипом «Хорошее место». Демид по секрету поделился со мной тем, что всю неделю он будет стоять там круглосуточно, чтобы измерить спрос и определить наилучшие часы для работы. Грех было не воспользоваться возможностью посидеть на любимом месте, наслаждаясь горячим вкусным гирос и кофе. Однако, доставать свой завтрак из пакета я не спешила.

Чайки. Не зря несколько хитрых крикуний то и дело пролетали надо мной. Они явно что-то подозревали. И все же есть очень хотелось. Счастливо обойдясь без утреннего токсикоза беременных, вместо него я стала обладательницей чудовищного утреннего жора. В остальное время голод меня не донимал больше обычного, но утром я, кажется, могла съесть даже чайку.

Я думала, что позавтракаю у Марины, но кроме пары печенек ничего в меня за время нашего разговора не влезло. А потом и вовсе… Домой, между тем, не хотелось. Сегодня суббота, а значит у Коли не может быть сделок, только показы. А это в свою очередь значит, что домой он мог вернуться в любое время, мне же его видеть сейчас совершенно не хотелось. Оставался только мой офис, в котором кроме кофе с печеньем ничего нет, и набережная, на которой точно нес круглосуточную вахту передвижной ларек «Хорошего места». Выбор был очевиден.

Внимательно следя за полетом белокрылых воришек, я осторожно открыла бумажный пакет и откусила от вкуснейшей лепешки с начинкой из мяса, зелени и картофеля фри, щедро сдобренных секретным сливочно-чесночным соусом. Знаю, знаю… совершенно не полезно для беременных… до, Боже, до чего же вкусно!

— Эй, красивая! Вкусно тебе?

Я обернулась. Недалеко от меня привалившись к белому заборчику стояла цыганка, блестевшая на всю округу золотыми зубами. На вид ей было не больше сорока лет, но кто знает точно? Золотые зубы сильно добавляли ей возраста, также как цветастые платки на голове и плечах, и старомодная блузка с рюшами, заправленная в длинную черную юбку.

Женщина вынула руку из кармана и что-то подкинула на ладони.

— Что у тебя там? Шаурма? А у меня вот тут… не хватает на такую же. Может, добавишь? Погадаю тебе за это?

Я шумно сглотнула плохо пережеванный кусок из-за чего чуть не подавилась. Закашлялась, но, на свою беду, столкнула с заборчика стаканчик с кофе вместо того, чтобы взять его и запить застрявший в горле кусок.

Женщина, шурша юбками, подошла и, не говоря ни слова, пару раз хлопнула мне ладонью по спине. Вышло грубо и больновато, но зато кусок куда надо провалился.

— Спа… спасибо…

— Ерунда. С кем не бывает. — Улыбнулась она еще шире и тут же, как бы между прочим добавила, — И от кофе тоже не откажусь. Черный, без сахара.

Я посмотрела на нее внимательнее и мне сразу стало не по себе. От этой женщины словно веяло опасностью. И я сразу, но поняла почему — она не улыбалась глазами. В то время, как с ее губ не сходила улыбка, маленькие карие глаза оставались словно мертвыми. Они не щурились, в их уголках не образовывались морщинки, не женщина, а удав… а ну как возьмет и загипнотизирует меня!

Но я быстро себя успокоила: несмотря на пасмурную погоду, народ вокруг все равно был. Вот и сейчас на нас с интересом обернулась шедшая мимо пожилая пара – уж как-нибудь я не пропаду. Да и что с меня взять? Наличные я с собой не носила, а из золота на мне было только обручальное кольцо... которому, после всех недавних событий, кажется, и вовсе грош была цена.

— Знаете… не надо гадать. Давайте я вам просто так все куплю? Вы хотите шаурму?

Цыганка не заставила себя упрашивать и тут же ткнула пальцем, на котором блестел пузатый золотой перстень, в пакет с гирос в моей руке.

— Мне все то же, что и тебе. Только кофе черный, без…

— Да, да. Без сливок и сахара, я поняла.

Чувствуя, что пожалею о своей доброте, через пару минут я уже шла обратно.

— Эх, хорошо! – заявила цыганка, вглядываясь в морской горизонт, после того, как гирос и кофе были уничтожены до крошки.

— Ну… кому как… – пробурчала я себе под нос, пыталась оттереть пятно соуса с джинсов.

Что сказать? Кривые руки — это не приговор, это скорее образ жизни.

Цыганка не очень-то вежливо провела ладонью по моему плечу, привлекая к себе внимание.

— А что, тебе нет? Смотри как красиво вокруг! Мне хорошо. Вот, была голодной - плохо было. Но тут тебя, добрую-красивую встретила, вкусно поела и мне снова хорошо. А тебе чего, плохо что ли?

— Да так. — Уклончиво ответила я.

Про свою жизнь, ставшую похожей на мексиканский сериал, мне не то, что говорить – вспоминать не хотелось.

Женщина хитро прищурилась.

— Так значит? А ну, давай сюда свою левую ручку. Давай-давай!

Цыганка отобрала у меня салфетку, которой я пыталась справиться с очередным последствием своей неловкости, и беспечно выкинула ее прямо на валуны за заборчиком. Секунды не прошло, как в испачканную соусом бумажку, словно в свежий стейк лосося, вцепились две чайки и, самая шустрая из них, взмыла ввысь, унося добычу под недовольные вопли своей соперницы.

— Да не нужно мне от вас ничего, я же сказала!

— Ша! Не нужно тебе дрянь всякую кушать, когда ребенка под сердцем носишь, и переживать о том, что изменить уже не сможешь. А то, что Харуме тебе скажет, очень нужно.