Отец по ошибке

Глава 27

Сев по другую сторону стола, Арсений тепло улыбнулся мне, а я ответила на его улыбку самым колючим из всех возможных взглядов. После чего молча обернулась к Коле.

— Это твоих рук дело, да? За этим мы сюда пришли?

Мой муж смущённо рассмеялся и опасливо скосил взгляд на неожиданного гостя нашего столика. Мол, давай потише, не при людях.

— О чём ты? Ты что, не знаешь, кто это? Это же…

— Всё я знаю, Коля. Не строй из меня дуру, пожалуйста.

— Вер, я ещё раз…

— Ты не брала трубку, что мне ещё оставалось?

Мы оба обернулись к Арсению. Коля, прикусив язык, а я с ощущением, что ещё секунда — и точно бы вцепилась мужу в волосы.

— И что, даже не станешь притворяться, что это случайная встреча и вы не в сговоре?

Арсений грустно улыбнулся и чуть придвинул стул к столу, словно попытавшись стать ко мне ближе.

— Зачем, если всё и так ясно. Я не сомневаюсь в том, что ты умная девушка, Вера. Именно поэтому со вчерашнего дня ты решила держаться от меня подальше. Это, может, и логически правильный, но, поверь, совсем неверный выбор.

На лице Коли было написано полное недоумение. Ещё бы… как иначе, если твой суперглавныйбосс внезапно оказывается с твоей женой «на ты», а ты сам при этом ни слухом, ни духом.

— И какой же он, верный выбор?

— Позволить мне высказаться открыто, выслушать меня, а потом уже что-то решать. — Спокойно ответил он и, опустив руку в небольшой кожаный портфель, который принёс с собой, извлёк из него чёрную папку, после чего протянул мне её через стол. — Вот. Возьми.

— Что это? — Спросила я, даже не подумав к ней прикоснуться.

От меня не укрылось то, как Арсений задержал дыхание перед ответом.

— Мои гарантии для твоего светлого будущего. Твоего и нашего будущего ребёнка.

У меня внутри всё словно оборвалось и полетело в пропасть, а Коля, проявив неожиданную прыткость, выхватил папку из руки Арсения и тут же принялся её изучать, словно предназначалась она именно ему. Я заметила, с каким едва сдерживаемым раздражением в тот момент Арсений посмотрел на моего мужа. Впрочем, лично я в тот момент испытывала ещё более сильные чувства.

— Коля? Что всё это значит?!

— Именно то, что я и сказал тебе утром. — Ответил он, не отрываясь от бумаг. — Нам нужно очень серьёзно поговорить обо всём случившемся. Нам, это не только тебе и мне. Согласись, в сложившейся ситуации этот разговор не может состояться без Арсения Викторовича.

Коля на миг поднял на меня взгляд, перелистнув очередную страницу в чёрной папке.

— Я предупреждал тебя, что, когда он узнает о ребёнке, мы не сможем не учитывать его мнение. Всё так и случилось.

Я с ужасом посмотрела на мужа.

— Только не говори, что это ты ему всё рассказал?!

— Нет. — Арсений ответил за него, вновь вернув себе моё внимание. — Николаю я позвонил сам. Вчера. Когда ты меня заблокировала.

Коля на секунду удивлённо посмотрел на меня, но тут же снова вернулся к чтению.

— Я тебя не блокировала. Я симку выкинула. И телефон. — Мстительно добавила я, секунду подумав. — Потому что мне ничего от тебя не нужно… Нам ничего от тебя не нужно!

Желая поставить жирную точку в этом бессмысленном разговоре, я потянулась, чтобы забрать у Коли проклятую папку и швырнуть её Арсению, но муж остановил меня, развернувшись ко мне спиной. Да что такого было в ней, что он так увлечённо читал её содержимое?!

— Возможно, если ты позволишь мне высказаться, то изменишь своё мнение, Вера. — Осторожно сказал Арсений, смерив моего мужа таким взглядом, каким приличный горожанин мог бы проводить подвыпившего туриста, гуляющего по городу со спущенными штанами.

— В таком случае у тебя есть пять минут. — Я сложила на груди руки, твёрдо решив, что уйду отсюда в ту же секунду, неважно с Колей или без. — И учти — твои деньги нам даром не нужны! Если ты считаешь, что всё в этом мире покупается и продаётся, то извини, но это совсем не так!

Арсений откинулся на мягкую спинку стула и устало вздохнул, вмиг сделавшись будто старше. Словно на самом деле он всё это время был тем самым Атлантом, державшим на плечах целый мир, но умело скрывал это за горделивой осанкой и самоуверенной белозубой улыбкой. А сейчас вдруг решил открыться…

— Раз так, то мне хватит и минуты. — Арсений поймал мой взгляд и буквально заставил меня смотреть в свои яркие светло-голубые глаза. — Я умираю. У меня неоперабельная опухоль головного мозга. Врачи говорят, что мне осталось года полтора, но приступы в последнее время участились, так что я думаю, что на полгодика-год они точно ошиблись.

Я подпрыгнула на месте от резкого металлического звона за своей спиной.

— Ох, простите! — Официант, уронивший приборы с подноса, виновато рассыпался в извинениях. — Я… я, наверно, чуть позже подойду. Когда все блюда будут готовы.

Если бы не неловкость официанта, я бы, наверно, решила, что время вокруг меня остановилось. Даже Коля оторвался от изучения папки и молча уставился на Арсения. Тот же смотрел только на меня. Как-то странно, напряжённо… с отчаянной надеждой.

— Ты, должно быть, шутишь?

Мои губы против воли растянулись в дурацкой болезненной улыбке.

— Так не бывает. Зачем ты говоришь такое? Как тебе не стыдно пытаться манипулировать мной, придумывая такую жуткую ложь?

— Это правда, Вера.

И я знала, что это правда. По глазам его видела, по вибрациям его низкого голоса чувствовала, но как же сильно мне сейчас хотелось, чтобы он солгал! Чтобы с криком «Ха! Попалась!» — выстрелил в воздух конфетти из хлопушки…

Как же так? Ведь Арсений выглядел совсем здоровым… максимум утомлённым… Хотя вот сейчас, приглядевшись, я заметила и тёмные круги под его глазами, словно от недосыпа. Да и сухая, обветренная кожа рук, наверно, была такой совсем не из-за увлечённости яхтингом…

Из размышлений меня вывел глухой шлепок чёрной папки, приземлившейся на деревянном столе возле Арсения.