Отец по ошибке

Глава 29

Вера

Я не знаю, как ему удалось уговорить меня на это! Хотя… может быть, я не сильно-то и сопротивлялась после всего, что произошло со мной за последние сутки. В конце концов, ведь Арсений буквально спас нашего ребёнка. Кто знает, не случился бы выкидыш, если бы мы стали дожидаться скорую?

А потом, то, как он искренне радовался, когда узнал, что у нас будет сын — просто растопило моё сердце. Когда-то мне так хотелось, чтобы мой муж также радовался… но даже в тот, первый раз, когда я сообщила ему о беременности, всё, что он сделал, это чмокнул меня в щеку и сухо сказал «поздравляю, я очень рад».

А мне же всегда так хотелось увидеть его безумство радости! Чтобы он разделил её со мной, чтобы пустился в пляс, заорал что-нибудь на весь мир, подхватил меня на руки и закружил по комнате, в конце концов! Но всего этого не было с Колей… и всё же, хитросплетениями судьбы случилось. С мужчиной, которого я едва знала.

И вот теперь мы ехали в мою квартиру собирать вещи для моего переезда.

Для моего переезда к Арсению.

К слову, согласилась я не сразу. Кажется, что он привёл больше сотни доводов, почему я должна немедленно съехать от Коли, и сдалась я только на последнем: мне сейчас никак нельзя оставаться одной. Нужно, чтобы по крайней мере первое время со мной постоянно находился рядом близкий человек.

Надо сказать, что Арсений предлагал и другие варианты, как обеспечить моё нахождение под присмотром, когда я напрочь отвергла его первое предложение — переехать жить к нему; предлагал лечь в специальную клинику с санаторным уходом, но я сказала, что ненавижу больницы, и уже одной этой ночи на больничной кровати мне хватило с головой. Предлагал снять мне просторную квартиру в любом районе города и нанять сиделку, но от одного только слова «сиделка» мне стало нехорошо. Предложил даже отправить самолёт за моей мамой во Владивосток, но я подчёркнуто отказалась. Совсем не потому, что не люблю свою маму или не хочу её видеть, а по тому, что просто не смогу ей сейчас спокойно объяснить, почему за ней через всю страну прилетел частный джет и с какой стати я развожусь с мужем.

Не сейчас… я, разумеется, всё-всё ей расскажу, но только когда сама смогу осмыслить всё произошедшее со мной за эти несколько дней и говорить об этом без слёз на глазах. Ведь за последнее время со мной случилось столько переживаний, столько открытий, что я даже удивлена, как до сих пор не расклеилась и не провела пару дней, уткнувшись лицом в подушку. В конце концов, гормоны повысили уровень моей обычной сентиментальности практически до 100%!

Ох, помню, как сидела как-то раз в парке после очередного похода в женскую консультацию и разревелась, от того, что две бабочки сели на цветок и начали одновременно собирать из него нектар. Да… о таком обычно не рассказывают малознакомым мужчинам, от которых собираются родить ребёнка…

До моего дома, несмотря на утренние пробки, доехали быстро. Я попыталась уговорить Арсения не идти со мной, ведь там, в квартире, наверняка был Коля, а они вчера очень плохо расстались. Но отец ребёнка моим увещеваниям не внял, безапелляционно поднялся со мной в лифте на этаж, однако согласился подождать возле квартиры. С одним условием — что я оставлю дверь в квартиру открытой, чтобы, если что, проконтролировать ситуацию с моим агрессивным бывшим.

Вот только я Колю таким не считала. За всё наше время вместе он никогда не поднимал на меня руку. Да, мы ругались, иногда, очень громко ругались, но до рукоприкладства никогда не доходило. Когда я размышляла об этом вчера ночью, я пришла к выводу, что в этой его прямой агрессии было что-то ещё… что-то, чего я не замечала. Может быть, он не справился с эмоциями, потому что что-то ещё происходило в его жизни, на что он никак не мог повлиять?

Это что-то ещё явилось мне в тот же миг, когда я открыла дверь нашей квартиры. Я остановилась на пороге, словно врезавшись в стену, и вдохнула это «что-то» полной грудью. После чего улыбнулась Арсению, чтобы не подумал, чего лишнего.

— Всё в порядке? Может, я всё-таки зайду с тобой? Не волнуйся, руки свои буду держать в карманах и пальцем твоего Колю не трону.

— Нет-нет, не переживай. Все под контролем. — Сказала я, закрыв дверь прямо перед носом Арсения.

А вот и не под контролем! Маринины духи — Киллиан «Роллин ин лав». Сто процентов тот самый злосчастный флакон, который я пару дней назад обнаружила в её ванной! Моя квартира насквозь пропахла этим душным сочетанием засохшего в вазе букета и магазинчика восточных пряностей. Она была здесь… или она ещё здесь?

Я с досадой пнула Колины ботинки, второпях сброшенные на входном коврике, и на мгновение присела на банкетку у двери, чтобы успокоиться. Сцена ревности — это явно не то, что стоит разыгрывать перед человеком, с которым самолично приняла решение развестись. Но я быстро поняла, что это не ревность — это была обида. Самая настоящая, почти детская, если учитывать яркость и болезненность эмоций. Обида за хладнокровное предательство подруги с моим мужем прямо за моей спиной! По отдельности предательство я бы, может, им и простила, но вместе… Буквально, стоило мне отвернуться, как Маринка тут же прыгнула к Коле в постель, а он и рад был. Может быть, он даже сам ей позвонил!

Как бы там ни было, я собрала все моральные силы в кулак и шагнула в квартиру, стараясь шуметь нарочито громко, чтобы, не дай боже не застать любовников за их грязными делами. Ведь я же потом не смогу этого раза видеть!

Однако, почти бывший муж нашёлся не в спальне, а на диване в гостиной. Вокруг него валялось с десяток бутылок от пива и куча окровавленных бумажных салфеток. Кое-как со стонами, разлепив заплывшие глаза, Коля сел на месте и окинул меня недовольным, затуманенным взглядом.

— А… пришла…

Я промолчала. Просто прошла мимо него в спальню, прямиком к шкафу. Достала чемодан с нижней полки, который использовала лишь раз, для поездки к маме во Владивосток, потому что все наши намеченные с Колей совместные отпуска постоянно срывались из-за каких-то непонятных командировок и внезапной срочной работы. Начала быстро скидывать в серое нутро чемодана вещи, практически не перебирая, точно ли они мне пригодятся.