Отец подруги. Мой босс

Глава 1

(Александр)

Мой кабинет. Моя крепость. Сейчас он пахнет моим лучшим одеколоном и предвкушением свободы. Собираюсь сменить душный деловой костюм на мягкие джинсы и просторную футболку. А из динамика телефона на столе гремит раскатистый бас Сергея.

— ...ну так я и говорю, Сань, всё завезли уже: и пиво ледяное, и баньку истопили до парадизского состояния. Ребята уже подъехали. Только тебя не хватает, а то девочки уже тут скучают.

Я натягиваю носки и усмехаюсь. Громкая связь — гениальное изобретение. Можно свободно передвигаться по кабинету.

— Серега, я через пятнадцать минут выезжаю. Пробок быть не должно. Ты только смотри, чтобы та, блондинка... Катя, что ли? Чтобы таких не было, как в прошлый раз. Этакая худосочная манекенщица. Сломаешь нечаянно.

Подхожу к шкафу-купе, ловлю своё отражение в зеркале и на секунду задерживаю взгляд. Недурно. Совсем недурно. Сорок два года, а тело всё ещё слушается на раз-два: рельефный пресс, прорезанные кубики, упругие мускулы плеч, налитые регулярными тренировками.

Грудь и плечи мощные, настоящая мужская стать, о которую так любят опираться женщины во время близости. Даже щетина сегодня идеальна: двухдневная, колючая, дерзкая, подчёркивает сильную линию подбородка. Ловлю свой собственный взгляд в зеркале: уверенный, с хитринкой. Да, я в полном порядке.

— О, про наших ценителей знаю! — заливается смехом Сергей. — Небось, опять про своих «пышечек» рассказывать будешь?

— А что? — я с наслаждением потягиваюсь, чувствуя, как приятно ноют мышцы после долгого дня в кресле. — Я не понимаю этих костей, обтянутых кожей. Женщина должна быть женщиной. Чтоб формы были, чтоб мягкая, чтоб за что подержаться, понимаешь? Чтоб объятия были как в перину утонуть…

Снимаю дорогие отутюженные брюки, аккуратно вешаю на вешалку. Беру свои «выездные», поношенные и самые удобные джинсы. Надеваю их, одной рукой привычным, отработанным движением тяну за молнию.

И тут мой мир взрывается.

Адская, огненная, ослепляющая боль где-то в паху. Точная, как укол раскаленной иглой. Чёрт возьми, да это же волос! Попал под зацеп молнии!

Образ нежной, мягкой «перины» мгновенно испаряется, сменяясь одной-единственной мыслью: «А-а-а-а!»

Не крик, а какой-то хриплый, животный стон вырывается из меня. Я сгибаюсь пополам, хватаюсь за предательскую молнию, лицо перекашивает гримаса агонии.

И в этот самый миг дверь в кабинет с грохотом распахивается.

— Александр Петрович! Я забыла папку с… — звонкий, до боли знакомый голос обрывается на полуслове.

На пороге застыла Кристина. Моя новая стажёрка из маркетинга. Круглая отличница. И подруга моей дочери. Та самая, на которую я иногда поглядываю украдкой. Та самая, которую мой пошлый внутренний голос иногда называет «пышечкой». Та самая, у которой есть те самые формы, «чтобы за что подержаться».

Её глаза становятся просто огромными. Она замирает, сканируя картину: её солидный, всегда собранный босс, багровый, с перекошенным от боли лицом, согнувшийся в три погибели и держащийся за ширинку. А из телефона на столе весело и громко несётся:

— Сань? Ты чего там завис? Чего орёшь? Уже смотришь на тех, кого я тебе на фото скидывал? Говорил же — просто огонь! Настоящие женщины, а не тощие палки! В теле, аппетитные! Ты там уже готовься, мужик, нас ждёт дикая ночь!

Я медленно, преодолевая дикую боль и дикий стыд, поднимаю взгляд на Кристину. В нём вся моя паника и немая мольба о пощаде. Голос Сергея кажется мне оглушительно громким, будто он здесь, в кабинете.

Кристина стоит несколько секунд, и по её лицу разливается яркий румянец. Но затем происходит неожиданное. Вместо того чтобы броситься наутек, она шагает внутрь, притворяет за собой дверь, отрезая меня от всего остального офиса.

Она не уходит. Она остаётся.