Отец с обложки

Глава 15

Я переодеваюсь и возвращаюсь в офис. Мое возмущение ни капли не остыло. Наоборот, только подогрелось еще больше. Сначала сам просил очаровать и свести с ума Ярового, а теперь смеет упрекать меня за мой внешний вид! Зря я сменила топ на блузку. Стоило выразить протест и вернуться на работу, в чем была.

Я вхожу в приемную Леона, решительно направляюсь в наш кабинет.

— Ксения, Лео… — Нина пытается мне что-то сказать, но я останавливаю ее:

— Потом.

Дергаю за ручку, решительно вхожу внутрь и застываю на месте, забывая, как дышать. Пытаюсь понять, что здесь происходит.

— Какого черта? — вырывается удивленное из моего рта.

Леон вальяжно сидит за своим рабочим столом. Без рубашки. Светит своими накачанными мышцами и ни капли не смущается.

В отличие от меня.

Меня жаром обдает от его вида. Все же он слишком хорош собой. Сразу о нашей ночи вспомнила. Ох, нельзя о таком думать.

— Надеюсь, штаны-то ты хоть надел, — прочищая горло, говорю я, но голос меня предает. Становится тихим, хриплым. Сама же по кабинету взглядом шарю, пытаясь найти следы женщины. Вдруг он здесь не один был? Не прервала ли я что-то интересное?

От этой догадки так неприятно становится. И в сердце почему-то больно защемило.

— К счастью, чистые выглаженные брюки я нашел. Чего не скажешь о рубашках, — он смотрит на меня с упреком и недовольством. Словно в этом есть моя вина. — Но не волнуйся, Нина уже заказала мне чистую рубашку, скоро прибудет курьер.

Он прожигает меня взглядом, потом возвращает все свое внимание документам. От него исходит холод, вообще создается ощущение, что Леон с трудом удерживает себя от того, чтобы не начать на меня орать.

А до меня наконец-то доходит смысл сказанных им слов. Я же его костюмы в химчистку в пятницу не отнесла.

Но я тактично об этом молчу. Не люблю признавать свою вину. Тем более перед Вересовым. Включаю свой ноутбук, опускаюсь в кресло и просматриваю документы, которые появились на моем столе в мое отсутствие.

В помещении между нами двумя сплошное напряжение. Взгляд то и дело цепляется за мужчину. Дрожащими пальцами постукиваю по клавиатуре и снова тайком поглядываю на него.

Ох, так работать невозможно. Жарко становится, и мысли далеко не о работе в голове кружат.

— Что с твоей рубашкой случилось? — все же не выдерживаю я и разрываю первая образовавшуюся молчанку.

— Какая-то девица, споткнувшись, кофе облила, — раздраженно цедит Леон.

— Ясно, — и снова делаю вид, что очень сильно занята изучением документов.

Курьер с новой белоснежной рубашкой прибывает спустя двадцать минут моих мучений. Наконец-то Леон приводит себя в порядок, а температура в кабинете опускается, и я могу нормально дышать.

— Я взял на себя смелость заказать столик в ресторане на вечер. Чтобы отпраздновать твои первые переговоры, которые прошли удачно, — как бы между прочим заявляет он.

— О, неужели меня хвалят? — иронизирую я, поворачиваясь в кресле в сторону Вересова.

— Только не зазнайся, — он поднимает на меня взгляд всего на мгновенье и снова утыкается в монитор. У меня сложилось впечатление, что он всеми силами пытается игнорировать меня.

— Отлично, тогда я принимаю твое приглашение. От бесплатной еды я не в силах отказаться.

Я поднимаюсь с кресла, беру со стола документы.

— Отнесу это в финотдел, — на самом деле это может сделать Нина, и вообще это совсем не срочно, но мне нужна пуза. Расслабиться рядом с Леоном сегодня не получается. — Тебе взять чего-нибудь? Кофе там, например? Или у тебя теперь фобия перед девушками с кофе?

— Буду благодарен, но учти, что больше рубашек у меня нет.

— А точно… это… сегодня отвезу. То есть завтра, — быстро исправляюсь. — Сегодня ведь у нас ужин.

— Спасибо, но Нина уже все организовала. Но впредь не забывай о своих прямых обязанностях, чтобы не возникало таких вот ситуаций. Хорошо, что у меня на сегодня не назначено больше встреч, — отчитывает меня он.

— Клянусь, шеф, с этого дня все ваши рубашечки и штаны будут чистенькими. Лично этим займусь! — задираю подбородок и смеюсь.

Потом выхожу из кабинета и под любопытным взглядом Нины направляюсь в финансовый отдел. Максимально оттягиваю возвращение, крутясь на первом этаже бизнес-центра и разглядывая людей в кафетерии. Но как только вижу знакомое лицо того самого заносчивого мужчины, который нагло подсел ко мне за столик, почти бегу к лифту. Лучше уж на недовольного Вересова глядеть, чем спорить с этим любителем содержать девушек.

В руках у меня латте в картонном стаканчике, но я беру из буфета чашку и переливаю напиток в нее. Пахнет ароматно, но почему-то меня начинает мутить. Особенно когда думаю о том, что в нем молоко.

Я захожу в кабинет и с каждым шагом чувствую, как тошнота подходит к горлу. Ускоряю шаг и избавляюсь от чашки, с грохотом поставив ее на стол Вересова, тем самым вызвав его недоумение. Кофе выплеснулся, и несколько капель разлилось по столу.

— Прости, — я закрываю ладонью рот и спешу в уборную, которая примыкает к кабинету. Опускаюсь коленями на холодный пол и познаю все прелести беременности, пока отец ребенка где-то там, за дверью.