Отец с обложки

Глава 17

Мы поднимаемся на лифте в полном молчании. К счастью, Леон не спрашивает меня о Толе и о причине нашего с ним расставания. Это точно не то, о чем мне хотелось бы говорить с ним.

Лифт щелкает и останавливается. Дверцы распахиваются, и Леон пропускает меня первой. Я суетливо копошусь в сумочке перед входной дверью своей квартиры. Пытаюсь найти ключи, но те, как назло, куда-то запропастились. Проверяю боковой карманчик и наконец-то нахожу их. Вересов все это время стоит у меня за спиной. Не уходит. Дышит прямо в затылок.

Не с первого раза я попадаю в замочную скважину. Присутствие Леона слегка нервирует. Он отбирает у меня ключи и сам отпирает замок. Нажимает на ручку и открывает передо мной дверь.

— Спасибо, — произношу, повернув к нему голову. Он внимательно за мной следит, замерев на месте. Кивает в ответ.

Я переступаю порог, ожидаю, что он уйдет, хочу попрощаться, но Вересов неожиданно и бесцеремонно проходит в квартиру и закрывает за собой дверь.

— Я тебя не приглашала, — смотрю на него ошарашенно, не понимая, что делать в такой ситуации. Принимать гостей я совершенно не готова.

— Знаю. Но решил, что чашечку кофе за помощь с бывшим я заслужил, — заявляет он, усмехаясь.

— Это чем ты мне таким помог?

— Если бы не я, твой бывший так просто от тебя не отстал бы. Кстати, о чем он хотел с тобой поговорить? И, насколько я понял, он и утром тебя поджидал? Я могу помочь с этой проблемой, если он беспокоит тебя.

Пока я снимаю обувь, Леон как ни в чем не бывало делает несколько шагов вперед и с интересом рассматривает мою гостиную.

— Нет никакой проблемы, Леон. Есть просто бывший, который вдруг остепенился и решил, что я с радостью приму его обратно, — цежу сквозь зубы я. — Господи, не смотри на этот бардак, я не успела убраться.

Я быстро проскальзываю мимо него, сгребаю с дивана свою одежду и мчу к гардеробной. Сбрасываю ее там на полку и закрываю двери. Пытаюсь вспомнить, есть ли в квартире что-то еще, чего не должны видеть глаза мужчины. Прихожу к выводу, что в остальные комнаты ему лучше даже не заглядывать.

— Присаживайся, раз пришел, я сейчас сделаю кофе. Минутку. Или… или ты, может, спешишь, и у тебя нет времени? — спрашиваю с надеждой, но он ее не оправдывает.

— У меня полно времени, за это не волнуйся, — на его лице растягивается хитрая улыбка. — Я и сам могу заварить кофе, а тебе лучше прилечь. Ты и в самом деле, Ксюш, выглядишь очень бледной. Я бы все же настоял на посещение врача.

— Все в порядке, — заверяю его. — И мне не сложно сделать тебе кофе. Минутку.

Я скрываюсь за дверью кухни и молюсь, чтобы он не вздумал за мной пойти. Грязная посуда в раковине, разбросанные обертки от шоколада и конфет, несколько пустых упаковок от сока на столе и куча распечаток по работе — совсем не то, что привык видеть Леон, который во всем перфекционист.

Я достаю из шкафчика чашку, включаю кофемашину. Нетерпеливо слежу за тем, как горячий напиток наконец-то начинает литься. Хватаю конфетницу, беру чашку и возвращаюсь в гостиную. Вот только мужчину там не застаю.

— Вот черт, — я ставлю поднос на стол, понимая, что вряд ли он ушел, не попрощавшись.

Дверь в комнату, которую я использую как кабинет, открыта, и я спешу туда.

— Эй, я не разрешала тебе шастать по дому, — зло говорю я, застыв в дверном проеме.

Леон поворачивается ко мне, его взгляд изменился. Он изучает меня несколько секунд, потом возвращается к моему настенному планеру и внимательно его изучает, чем нервирует меня еще больше.

Я преодолеваю между нами расстояние и хватаю его за локоть. Тяну к себе.

— Выходи отсюда. Здесь не убрано, и вообще… — я задыхаюсь от возмущения, не знаю, что еще сказать. Мне очень стыдно перед мужчиной, на самом деле. За то, какой у меня в квартире беспорядок. И он это все видит.

В кабинете все разбросано в буквальном смысле. У меня ведь в последнее время вообще ни на что нет времени, а из-за беременности я стала настоящей соней. Кусок недоеденной засохшей пиццы на рабочем столе, которую замечает Леон, становится последней каплей.

Мне хочется плакать. Серьезно. Из-за такой мелочи, как этот кусок пиццы! Потому что мне в его глазах хотелось быть идеальной, без единого изъяна, а теперь он решит, что я жуткая неряха.

— Ты все еще работаешь где-то в рекламном отделе? — он поворачивается ко мне, опускает взгляд на руку, которую я все еще сжимаю. Я делаю шаг назад.

— Я последний год на себя работала. Набирала много небольших заказов и занималась раскруткой брендов в соцсетях, — признаюсь нехотя. Смотрю куда угодно, только не на него.

— Почему тогда резюме подавала на вакансию, которая далека от твоей специализации?

— Потому что устала. И опыта нового захотелось, — нахожусь с ответом. — Здесь нет ничего интересного. Пойдем, твой кофе стынет.

Леон в последний раз обводит мой кабинет взглядом, излишне долго задержавшись на стеллаже, где лежат купленные мной грызунки и погремушки малышу.

— В подарок подруге купила, — спешу оправдаться, а потом выхожу из комнаты, надеясь, что и он последует за мной.