Отец жениха. Отпусти...

Глава 1.

– Сегодня приедешь ко мне, – мягким, но все же приказным тоном сообщил мне мой жених Рустам. – Не хочу, чтобы ты еще куда-нибудь вляпалась до нашей свадьбы.

– К тебе... – замялась я, инстинктивно желая потянуть время словно это могло меня спасти. – На вечер?

Я дико боялась момента, когда между нами все произойдет. Как будто после этого для меня уже не будет шансов на спасение. Не будет путей отступления и планов Б. Останется только мой муж, который будет иметь на меня все права.

– На ночь, – притворно сладко ответил он. – Ты переедешь ко мне и все. Собирай вещи. Через час я вызову тебе такси.

– Рустам... моя мама еще не совсем восстановилась, – неуверенно заговорила я. – Можно я перееду к тебе завтра утром?

– Может быть ты вообще не хочешь переезжать ко мне? – на этот раз в его голосе послышалась уязвленность. – Тогда оставайся у себя. Вместе со всеми своими проблемами.

Он подчеркнул каждое последнее слово, мгновенно вогнав меня в панику.

– Рустам, прости... – от страха я стала сбиваться на каждом слове. – Да, я приеду сегодня. Через час. И я сама приеду. Не нужно такси. Мне почти нечего собирать. Прости, пожалуйста.

В трубке повисла тяжелая, осязаемая тишина. Сквозь нее я почти физически почувствовала, как Рустам упивается моей секундной беспомощностью и тем безграничным контролем, который он так легко надо мной получил.

Его уязвленность мгновенно сменилась холодной, снисходительной властью, и он глухо произнес:

– Тебе следует проявлять больше благодарности к человеку, который спас твою семью. И если тебе это неинтересно, то...

– Рустам, прости, – мой голос сорвался от подступивших к горлу слез. – Пожалуйста. Я сказал это не подумав. Пожалуйста...

Я вся ссутулилась от усталости. Эта печальная покорность окончательно лишила меня остатков воли. В очередной раз я напомнила себе: я не имею права ослушаться. Я добровольно надела этот ошейник ради спасения тех, кого люблю, и теперь должна нести свой крест безропотно и молча.

– Через час жду, – бросил Рустам и завершил разговор.

Я же опустила телефон и еще пару минут просто стояла посреди комнаты, глядя в никуда.

Потом насильно встряхнула себя и замотала головой. Это вытряхнуло все мысли из головы и я смогла начать собираться.

Пока я укладывала свои вещи в рюкзак, то услышала шаркающие шаги в коридоре. Это была мама, которая в последнее время двигалась словно тень. Она едва оправилась от бесконечных допросов и того леденящего ужаса, что сковал наш дом после ареста двух моих братьев.

Мама остановилась в дверном проеме: бледная, осунувшаяся, с темными кругами под глазами, и ее взгляд, устремленный на мой наполняющийся рюкзак, был наполнен такой невыносимой безмолвной болью, что у меня сердце сжалось.

– Ты уезжаешь? – тихо, почти беззвучно спросила она.

В этом единственном вопросе крылось столько невысказанного отчаяния, что воздух в комнате сразу стал слишком густым.

– Да, – ответила я, стараясь не смотреть ей в глаза и продолжая судорожно укладывать одежду.

– К нему? – спросила она еще тише.

– Да, – выдохнула я.

– Адель... ты можешь не ехать? – в ее надломленном голосе послышалась робкая, почти детская мольба.

Она понимала что у меня нет выбора, но все равно как будто надеялась на чудо.

– Нет, мам, не могу, – я выпрямилась, заставила себя глубоко вздохнуть и подошла к ней.

Мягко сжав ее холодные дрожащие ладони в своих, я попыталась подарить ей ту уверенность, которой во мне самой не осталось ни капли.

– Мам, все будет хорошо. Честно, – я слабо улыбнулась. – Рустам – хороший парень. Ты ведь и сама это знаешь. Просто... немного строгий и решительный.

Мама медленно кивнула, но в ее глазах была глубокая тревога, и я ее прекрасно понимала.

Рустам действительно был очень хорошим. Ему было двадцать пять и он был старше меня на шесть лет. Он был успешным адвокатом и действительно хорошо ко мне относился, хотя я бы сравнила его отношение ко мне как отношение отца, которого у меня никогда не было.

Он был строг. Воспитывал меня. Но при этом с недавнего времени полностью обеспечивал нашу семью. Между нами не было романтических отношений. Все было завязано на его заботе и каком-то странном контроле надо мной.

Я не понимала наши отношения, но утешала себя тем, что он приземленный деловой человек, и ему просто некогда ухаживать за мной.

Но все же что-то в нем пугало. Я не понимала что.

Он не оскорблял меня. Не унижал. Но было что-то, отчего я не чувствовала себя в безопасности рядом с ним. Что-то, отчего хотелось закрыться и защититься. И что-то, что причиняло боль между строк.

Мама как будто тоже это чувствовала, хотя Рустам общался с ней уважительно и без надменности. Но что-то точно было, и мы обе никак не могли понять что.

Может это просто из-за стресса? Моих братьев чуть не посадили в тюрьму. И даже сейчас их дело пока в подвешенном состоянии. Конечно, мы с мамой не чувствуем себя в безопасности потому что ее просто нет.