Отказать вампиру, или Клыки Убрал!

5

Всегда относилась с уважением к людям труда, таким, как тот кузнец. Мне казалось, что они являются носителями неких особых знаний и талантов, недоступных большинству. И эти таланты куда полезней, чем, к примеру, способность обращаться в волков. Таир и ему подобные могли играючи придавать нужную форму настоящему металлу! Казалось бы, непоколебимая твердыня, ан нет. Хочешь обоюдоострый клинок, или даже подкову? Да запросто! Причём я этот его молоток даже с места не сдвину. А он легко перебрасывал тот из руки в руку, напоминая легендарного бога небесного пламени с горящими, отражающими яркий огонь его горнила, глазами. Без восторга не взглянешь.

К тому же чаще всего подобные люди достаточно неподкупны, они без труда обличают ложь и коварство, всегда становясь на сторону правого. Наверное, это тоже их особый талант. Думается, имея дело по душе, которое к тому же и приносит пользу людям, человек незаметно становится лучше, морально возвышаясь над остальными, теми, кому пока не повезло найти себя. Править ли металл, печь вкусную сдобу или же варить зелья, не важно. Вкладывая душу в плоды своего труда, люди улучшают и мир вокруг.

Так я рассуждала, с самого утра методично натирая пони зеленым порошком, который, вопреки логике, должен был окрасить его в темно рыжий. Животное, уже привыкшее к подобной процедуре, флегматично пощипывало траву и щурилось на яркое солнце. День выдался чудный.

Я приехала к лесной избушке сразу же после кузницы, решив последовать доброму совету Таира. Ведь расслабляться всё же не следовало, в городке я чужая, так или иначе. И стоит только местным узнать правду, так те с той же радостью вываляют меня в саже и выкинут за околицу, с какой сейчас улыбаются при встрече. Да, иллюзий я не питала. Занятие это крайне бесполезное.

Справившись с покраской и вытерев взмокший от усердия лоб, я поднялась с травы, снимая защитные перчатки. В планах было перекусить, вымыть пони от краски и возвращаться обратно. Конечно, хорошо иметь достаточно свободного времени и алиби в виде поездок за необходимыми ингредиентами, но испытывать терпение нуждающихся клиентов все же не стоило.

Достав из котомки хлеб и фляжку с морсом, я уселась на крыльце, с удовольствием вдыхая прохладный лесной воздух. Осень подкралась незаметно. Хотя днём ещё было по-летнему тепло, но листья уже подернулись редкой желтизной, а к ночи в доме приходилось затапливать камин.

Нагретые солнцем доски крыльца приятно согревали мои босые ноги, а ветер играл слегка отросшими волосами. Если бы не перманентно поселившееся в душе беспокойство, то вполне можно было чувствовать себя по-настоящему счастливой. Допив морс, я отставила фляжку и прислушалась. За эти прошедшие месяцы я привыкла, что никому до меня нет больше дела, и потому перестала ездить окольными путями или брать с собой тяжёлый арбалет. Однако сейчас подумалось, что всё-таки зря. Где-то неподалёку отчётливо слышались чужие шаги...

И не то, чтобы я кого-то боялась. Как сам городок, так и окрестности не кишели бродягами или преступными элементами. То ли стражники отлично выполняли свою работу, то ли просто не водилось в округе подобных людей. Но кто мог слоняться по лесу в середине дня? Грибники?

За всё это время никакие слухи их замка не достигали моих ушей. Казалось бы, такое событие, побег старшей наследницы… Но нет, тишина. Иначе местные кумушки разнесли весть по всей округе, дофантазировав до безобразия и вывернув на свой лад. А так, даже те объявления не привлекли особого внимания. Наверное привыкли, что местные наследницы периодически сбегают, так что это даже уже нечто вроде нормы. Меня не искали и не переживали о судьбе, а нерадивые сваты, скорее всего, давным-давно сгинули восвояси. Так что, кого мне бояться?

Между тем шаги звучали все ближе. Очевидно, человек прицельно шел именно к моей избушке. Я напряглась в ожидании.

– Здравствуй, дочь, – приветствовал меня отец, выходя на полянку из-за деревьев, – как поживаешь?

Ну что я могла сказать… Так и сидела на крыльце, разинув рот, пока родственник не притулился напротив, подставив колоду, чтобы присесть. Он ничуть не изменился, лишь самую малость ссутулился и чуть больше поседел. Если бы я не видела его несколько месяцев, то наверняка и не заметила бы метаморфоз. Он замолк, разглядывая меня в ответ, и воздух между нами словно бы заледенел.

– К-как ты меня нашел?

Неужели все старания насмарку, и меня сейчас волоком потащат домой?!

Отец чуть пожал плечами.

– Я не искал. Я всегда знал где ты и что с тобой.

Даже так… М-да, шифровальщик из меня никакой. Хотя, с другой стороны, это многое объясняло.

– И что же, ты пришел уговаривать меня вернуться?

Он мрачно покачал головой.

– Наоборот. Я хочу, чтобы ты оставалась здесь как можно дольше.

Увидев мой изумленный взгляд, он печально улыбнулся.

– Да, ты всё правильно поняла, но это долгий разговор. Что ж, постараюсь объяснить…

Он вытащил из-за пазухи небольшую книгу в мягком кожаном переплете. Такую мелочь я в библиотеке точно бы не заметила. «О таинственных кланах и их тёмных секретах» многообещающее красовалась на обложке извилистая надпись. Очевидно, меня ждет кое-что действительно интересное. Донельзя заинтригованная, я подняла глаза на отца.

*

– Ещё на свадьбе твоей сестры шаман намекнул, что совсем скоро мне придется попрощаться и со второй дочерью. Тогда я не придал его словам хоть сколько-нибудь негативного значения, представив лишь очередную свадьбу. Но, когда спустя какое-то время, мне на стол положили чёрный конверт с незнакомой клановой эмблемой, я понял его истинный посыл.

Клан Белой Ночи. Никто не знает, что именно послужило причиной их опалы в далёком прошлом, но известно одно: Мглистые острова – проклятое место. Это своеобразная зона отчуждения, печально знаменитая своими ядовитыми болотами, в которых не выжить обычному человеку. Многие века острова являлись пристанищем для беглых преступников и тех, кому было от чего скрываться. Белый клан привечал на своих землях всех без исключения, предоставляя клановую защиту в обмен на определённые услуги. И многие из беглецов вскоре возвращались в Подлунные земли хорошо подготовленными шпионами и диверсантами. Негласным кредо Клана Белой ночи стала тихая война с кланом правящим. Это превратилось в своеобразную месть за изгнание из насиженных родовых земель. Провокации, диверсии, сеяние вражды и розни между союзниками, дискредитация правящего клана привели к его ослаблению. И, когда правящие допустили роковую ошибку, похитив женщину из соседнего клана, их легко смогли сместить. Ты прекрасно помнишь эту историю. Но Белых это не остановило, они продолжили свою подрывную деятельность, несмотря на смену правящего клана. Очевидно, нашли в этом свою истинную стезю.