Открой глаза

Глава четвёртая

Извиняясь, кое-как протискиваюсь в раздевалку, с грандиозным вздохом (словно с моего лба отвалился пень) сняв толстенную куртку. Слово толстенная — идеально подходит под описание. Она толстая и делает иллюзию толстой меня.

Такой, какой меня видят в этой куртке, я скорее всего никогда не буду. Полной!

Покидаю это зловонное местечко, бегу по лестнице вверх и вхожу в кабинет.

— Извинюсь за опоздание, — говорю я, подхватываю спавшую с плеча сумку.

— Ничего, — учитель машет рукой, — сегодня можно. Сегодня хороший день.

Вы тоже заметили, миссис Грин? Утром я проснулась со странной мыслью, что весь сегодняшний день будут нормальным.

Бросаю взгляд на парты, нахожу Бена и сажусь рядом с ним, опасаясь взгляда Руби. Было такое ощущение, что каждый мой шаг — для моей подруги инициатива для удара ножом мне в ляжку.

— Здравствуй, — как по традиции выпаливает Бен, наклоняясь ко моему лицу.

Я отклонилась, похлопав его по колену.

— Бен, ты чего? Не целуй меня, — очень очень тихо сказала я, смущаясь.

— Что?

— Ты слышал.

— Виви, я не вижу, где твоё лицо, — эта улыбка и ямочки опять влюбили меня в него. — Я просто поудобнее сел.

Я ещё не привыкла, и влюбляюсь в Бена несколько раз на дню.

— Вчера было здорово, — шепчет он, и меня опять снова в воду головой.

Прерываю изучение красивой обложки тетради, со страхом в глазах вонзив взгляд сначала на щеку, а затем на мочку ухо Бена.

— Не говори так! — кричу шёпотом.

Бен смеётся, но очень скромно. То есть, как обычно. Как всегда. Как Бен Леман.

Гудит мой телефон. Достаю. Сообщение от... Господи, как же мне хотелось, чтобы у меня, как и у Бена, стало неладно со зрением, и имя, сверкающее на экране телефона было глупым ведением.

Ллойд! Ллойд! Ллойд!

Это был он. Я бы не так непомерно запаниковала, если бы заранее не прочитала само сообщение, прежде чем узнать имя отправителя.

«Сегодня вечером приеду в Прескотт! Я ужасно и жадно по тебе соскучился!» — было написано там.

— Можно выйти? — подняла руку, встав без согласия учителя. Таким образом я создала предчувствие, будто ещё пару секунд и подо мной будет лужица.

— Сегодня можно все! — игриво говорит учитель, отодвигая журнал в сторону.

Сжимаю телефон в кулаке, собираю волосы в хвост и выхожу в коридор.

Мне хотелось прыгать от ужаса, прочем как я и поступила — начала как больная скакать от подоконника к подоконнику.

Этот самый ужас и шок охватил каждую крупицу тела. А мозг не хотел думать ни о чем, кроме как о внешности Ллойда: о его зелёных глазах, русых волосах, руках вечно побитых, лукавой белозубой улыбке.

Все шесть месяцев, — два из которых на расстоянии, — наших отношений прошмыгнули перед глазами. Как он целовал меня. Как обнимал. Как смеялся над моими шутками. Снова как целовал.

— Почему так? Почему сейчас? — я чуть было не разревелась. От беспомощности отскабливала краску со старого подоконника, вся разбитая уперевшись лбом о леденящее окно.

— Что, тоже подло поступили?

Оборачиваюсь.

Девушка в синей жакетке скрутила длинные волосы в канат, сидя под самой дверью кабинета истории и общества.

— А ты откуда знаешь?

Её лицо озарилось удивлением:

— А как ещё это называется? Ты особо ничего плохого не делала, и именно тебя вышвыривают за дверь, — она подняла локоть и захотела ударить по двери.

С неким облегчением выдыхаю.

— А, ты об выгоне за поведение? — закатываю глаза и блокирую телефон, где до сих пор горело непрочитанное смс от моего бывшего, но все ещё нынешнего парня.

— А ты по другой причине здесь? — густые брови вмиг поднялись на лоб.

— По этой, — я решила упростить ответ и всю ситуацию в целом.

Брюнетка рассмеялась, даже не опасаясь, если бы сейчас кто-нибудь из учителей выскочил в коридор и наорал во весь голос на неё за непозволительно громкий в стенах школы смех.

— А вот теперь кались, дорогуша!

— Ты о чем?

Сунула телефон в карман и сползла по стене. Села точно также, как она. Только она сидела под дверью, что даже выйти на минутку никто не сможет, а я сидела под подоконником, прижитая грудью к коленям.

— Ты как на рентгене! Я вижу, что ты врешь мне. А истина очень жутка.

Скрючила губы, задумавшись над её словами: жуткая истина или не очень.

— Я полюбила парня, — изрекла я.

— И... что?

— И сейчас мне написал мой бывший парень, который вообще-то до сих пор является нынешним, но это лишь чертова формальность! Формальность! Пыль!

— Да я поняла тебя, спокойно! Это все пыль. И это ничего. И все же нормально.

Вперилась в дверную ручку кабинета, где давно уже меня заждались. За ней Бен, дожидающийся меня. И Руби, жаждущая новой информации. Ханна, чья заветная мечта станет — убить меня за такое.

— Ладно, дам тебе совет, — миловидно одетая, но ведущая себя как мальчик брюнетка сжала в руках мячик для тенниса. — Пошли к чёрту все, что тебе не нравится. И оставь все, что на данный момент доставляет тебе кайф. Освободи жизнь от кэша, дорогая!

Я только-только начала думать, что эти слова до жути банальны и говорили их до неё ещё пару миллионов человек, как её язык развязался и сказал так: