Открывая сердце

Пролог

Риен

День выдался настолько тяжелым и жарким, что вечерняя прохлада воспринималась с облегчением и благодарностью, открывая второе дыхание.

В наступающих сумерках, все чего мне хотелось - это смыть с себя пот, покрывавший уставшее тело таким плотным слоем, что я чувствовал его тяжесть.

Направляясь к небольшому озеру, расположенному совсем недалеко от разбитого нами лагеря, я предвкушал как чистая вода коснется разгоряченной кожи, даря ощущение свежести.

Представлял как с разбегу нырну в самую глубину и буду плыть под водой настолько долго, насколько хватит дыхания. Пульс сначала ускорится, а затем постепенно замедлится, экономя кислород.

А когда, подчиняясь древним инстинктам, мозг начнет давать сигнал об опасности, я усилием воли заставлю себя плыть дальше. В крови появится особая эйфория, вызванная специфическими реакциями организма.

Зачем я так поступал?

Только в тот момент, когда я поднимался на поверхность и с жадностью вдыхал первый глоток воздуха, я чувствовал радость от того, что жив!

Это был один из моих способов, хоть не надолго, но выдернуть себя из сожалений и той вины, которая грызла меня после того, как не стало моей Мирты.

Время, которое я мог провести под водой, постепенно увеличивалось и достигало практически пятнадцати минут, что много даже для Древнего.

На ходу снимая одежду, я просканировал дно, определяясь заранее с местом, которое лучше всего подходило для моих целей и, легко оттолкнувшись, оторвался от земли.

Вода встретила живительной прохладой, выбив из головы все мысли. Тусклый свет все еще пробивался через ее толщу, делая подводный мир сумрачным и таинственным.

Я плыл, внимательно вслушиваясь в свои ощущения. Биение сердца замедлялось, становясь слишком редким для обычного человека, но не для меня. Тренированный организм был готов к таким нагрузкам, но об этом знал только я.

Когда внутри забилась тревога я не сразу понял, что она не моя и это ощущение напугало, сбивая сердцебиение. Поспешно всплыв, откашлялся и, жадно вдыхая воздух, стал озираться по сторонам.

Я почувствовал чьи-то эмоции как свои и этот кто-то явно переживал за меня, не понимая, что я не собирался тонуть. Но как это могло произойти? Так могут чувствовать друг друга только истинные!

И тут я увидел ее!

Моя пропавшая серая лисица, которую я назвал Лисуней, зайдя немного в воду, тревожно перебирала лапками и тихо поскуливала. Она готова была нырнуть за мной следом, но, увидев живым, замерла, пристально вглядываясь, словно проверяя все ли со мной в порядке.

Я весело рассмеялся. Впервые за столько лет! Мне почему-то было невероятно хорошо и недостаток кислорода тут ни при чем.

Неужели я так обрадовался ее возвращению?

Выйдя на берег, продолжал улыбаться. Наблюдая как она сердито фыркает, я протянул к ней руку, хотя мне хотелось затискать ее всю, но упрямица отвернулась, словно обиженная.

- Малышка, ты испугалась за меня? Прости! Я просто нырял, - оправдывался я.

А еще мне показалось, что эта лиса стесняется моей наготы! Но она же зверь! Просто зверь! Ведь так?

И как объяснить, что я чувствую зверя?

Алисия

Моя лиса взвыла, требуя внимания. Я слышала ее тревожный зов внутри себя. Вздохнув, я почему-то не сомневалась, что ее состояние связано с этим голубоглазым Древним, к которому она излишне сильно привязалась.

Мы, Запечатленные, были настолько связаны со своими зверями, что чувствовали их инстинкты и часто они могли влиять на эмоции людей, включая выбор пары.

Но почему моя лиса так привязалась к человеку, пусть и Древнему, но не имеющему парного зверя, для меня было непонятно.

Сначала я думала, это просто благодарность за спасение, признательность за заступничество. Но все оказалось куда сложнее.

Лиска постоянно устремлялась к Риену и если бы я ее не сдерживала, то ходила б за ним по пятам, готовая не расставаться вовсе.

Это надо было прекращать, потому что её тоска по объекту обожания передавалась и мне, что не могло меня радовать.

Никогда мы, Запечатленные, не создавали пары с простыми людьми. Как показывала история это всегда оборачивалось трагедиями.

Поместив часть сознания в Лиску, я обнаружила ее скулящей около небольшого озера. Она, боящаяся воды, уже намочила лапы, готовая броситься в темную гладь.

С трудом заставив ее стоять на месте, не понимала что ее так встревожило.

И тут я догадалась! Риен там, под водой и, судя по времени, в течении которого Лиска тревожится, он там слишком долго.

Страх.

Он пронзил меня, не считаясь с разумом. Когда мысль о том, что в мире больше не будет этого Древнего пронеслась в голове, меня буквально затрясло.

Как бы я не пыталась себе внушать, что он мне безразличен, но эта ложь вскрылась за секунду.

Но что я могла сделать?