Отмеченная Смертью

Глава 1.

Как бы раздольно ни гулял корабль по морям,

его всегда возвращает к берегу.

Яркий луч пробился сквозь расшитые красными оленями занавески, щекоча нос. Только он и торчал из-под шерстяного покрывала. Хоть картус был одним из самых тёплых месяцев, а по утрам всё равно холодные ветра проникали в щели дома, выстужая тепло тлеющего в печи огня.

- Птенчик, вставай, - раздался мягкий голос из-за перегородки. В маленькую комнатку, где едва помещалась кровать, заглянула приятная женщина в летах. Она смахнула с лица светлые пряди, оправляя на ходу широкий фартук, местами покрытый мукой. С собой женщина принесла запах свежеиспечённого хлеба, гречишного мёда и лесного ореха.

Ворох одеял ожил, кто-то там завозился, разбуженный больше не окриком, а запахом выпечки. На лице женщины появилась ласковая улыбка матери к своему ребёнку, наполненная любовью и заботой.

- Птенчик, вылезай, а то всё остынет! – наигранно сурово проговорила та, хмуря лоб. Но в серых глазах высунувшая наружу голову девочка заметила смешинки.

- Уже встаю, - потягиваясь с широким зевком, ответила девочка. Ото сна её волосы, цвета выгоревшей на солнце ржи, спутались и взъерошено топорщились, придавая той истинное сходство с неоперившимся птенцом. Худенькое тельце в ночной сорочке спрыгнуло с кровати и приблизилось к женщине. Та нежно обняла девочку.

- С днём рождения, Тельза. Тринадцать лет! Ты уже такая у меня взрослая, детка.

Тельза обняла мать в ответ, утыкаясь носом в мягкий живот. В объятиях матери отыскалось самое безопасное и уютное место в мире. Но настойчивый аромат пробивался в ноздри, пробуждая аппетит, который вернулся совсем недавно. Ведь четыре дня назад она упала на реке, когда полоскала бельё и крепко приложилась о камень головой. Тошнота и головокружение отступили только вчера. Девочка выпуталась из объятий и уверенно направилась к столу. По традиции мама всегда пекла на дни рождения детей что-нибудь сладенькое. Вот и сегодня Тельзу ждала на столе огромная пышка с мёдом и орехами. Булка заманчиво блестела сладким боком, призывая незамедлительно откусить от него.

 Стоило открыть рот, как в дом ввалилась возбуждённая компания – двое старших братьев и отец. Первые мигом ринулись к имениннице, поздравляя, таская ту за уши и норовя откусить кусок булки да побольше. А Тельза изо всех сил отбивалась, заливисто хохоча.

- Ну тише, уймитесь! – с улыбкой, спрятанной в русую с сединой бороду, пригрозил отец. Тут же напускная строгость пропала с испещрённого морщинками лица мужчины. – С днём рождения, дочь. Получи подарок от нас.

Он протянул девочке лук, плечи которого украшала резьба по дереву в виде символов оберега и удачной охоты.

- Парни старались, - похвалил отец сыновей. – Надеюсь, угодили?

- Гран! – возмутилась мать. – Ну какой лук? Она же девочка, да к тому же совсем маленькая. Ты ещё на охоту её с собой возьми!

- Аврона, - отец зыркнул на мать, но быстро перевёл взгляд на Тельзу. Глаза дочери лучились восторгом, братья ей уже вовсю помогали натянуть тетиву и показывали правильную накладку стрелы и стойку. Увлечённые процессом дети не обращали внимания на разговор родителей.

- Спасибо, папа, - с придыханием ответила Тельза, оторвавшись от подарка и поймав взгляд отца. – Мама, не ругайся, но я правда очень-очень хочу научиться стрелять. Если позволишь, я буду тебе помогать по вечерам с прялкой.

Аврона только хмыкнула, уж чем-чем, а усидчивостью её дочь не отличалась. Женщина махнула рукой и собиралась уже уйти, как вернулись сёстры Тельзы.

- Ого, какая большая булка! - закричала младшая сестра Каталина. - Я тоже хочу такую! Мама, почему Тельзе досталась большая, а нам нет! Это нечестно, нечестно! – заспорила она. И Тельза высунула язык, дразня девочку, отчего та сжала кулаки и затопала. Мильва и Омелия – старшие сёстры, замерли в проходе, молча наблюдая за сценой.

- Каталина, прекрати, - одёрнула Аврона младшую дочь. - У Тельзы сегодня день рождения. Я и на твой испеку. Лучше поздравь сестру и садись за стол.

Ката не спеша подошла к Тельзе, недобро поглядывая на ту.

- Подставляй ладошки! – сдерживая хитрую улыбку, приказала она.

Тельза отёрла ладони о ночную сорочку и выполнила просьбу сестры.

На раскрытые руки именинницы упал комок земли, в котором мерзко извивался дождевой червь.

- Смотри, какой жирный и противный! Вылитая ты! – засмеялась Ката. - Я всё утро искала! – крикнула она и радостно убежала прежде, чем родители успеют наказать её.

Тельзе стало очень обидно за выходку младшей сестры. Не заслужила она ничем такого к себе отношения. Настроение начало портиться, даже охотничий лук уже не вызывал былой радости. Девочка молча вышла из-за стола, направляясь прочь из дома. А оказавшись во дворе, выкинула комок земли, стряхивая налипшую грязь.

- Не обращай внимания, птенчик, - заботливо потрепала за плечо Тельзу Мильва, - Ката просто ещё маленькая.

Девочка вздохнула. Эта отговорка не раз оставляла младшую сестру безнаказанной.

- У нас с Омелией тоже для тебя есть подарок.

Двойняшка Мильвы, Омелия, вышла к ним на улицу неся в руках красивый кораблик с синим парусом, на котором красовался вышитый лоцерн – большерогий олень, символ их края. С трепетом Тельза приняла подарок сестер.

- Запустим на праздник Жизни, в конце пиреля как раз ручьи особенно бурные, - улыбаясь, заговорила Омелия.

Тельза сердечно поблагодарила за подарок. Шалость Каталины больше не царапала сердце, солнце ярко сияло, вокруг пели птицы, на столе её ждала сладкая булка, а в углу лук - настроение взлетело до небес, хотелось плясать и прыгать выше головы. В тот день Тельзе думалось, что это лучший день в её жизни. День, когда всё вокруг наполнено любовью, семейным теплом и улыбками родных.

Спустя четыре месяца к восточным берегам Ипсилона причалили корабли Патриама. Сокрушительное войско захватило восточный город Сокол и продолжило наступление. Началась война. Король призвал всех мужчин к оружию. Братья Тельзы отбыли в столицу, чтобы потом вместе с другими новобранцами последовать к восточному берегу острова дабы встретить врага и дать ему отпор. Отец тоже порывался пойти с сыновьями, но, незадолго до этого, он на охоте угодил в медвежий капкан. Раненую ногу пришлось ампутировать по колено. Вместе с частью ноги мужчина утратил и возможность защитить родину, доблестно сражаясь. Ему пришлось остаться в поселении и взвалить на себя все мужские обязанности там, ибо старики, что, как и он, уже не могли воевать, не справлялись, а женщины для некоторой работы не годились подавно.