Отмеченная Смертью

Глава 4

Выбрав для пути вечернее время, и проведя всю ночь в дороге на нанятой повозке, впряжённой в парочку бодрых толстоногих лошадок, Лысый Лоб со своими поверенными и Тельзой, въехали в ворота города-рыбаков с третьими петухами следующим днём. Стража проводила их ничем не выражающим взглядом, ибо выглядели Лоб и Тельза как путешествующая парочка с охраной. 

Колеся по улочкам знакомого городка, девушка поглядывала на спешащих по своим делам людей, которые и не подозревали, кто едет мимо них и что вскоре в их городе произойдёт. 

Повозка притормозила поблизости доков и многочисленных бараков. Среди одинаковых темноглазых домов из посеревшего от времени бревна скрывалось пристанище контрабандистов и тех, кто желает продать, либо купить краденное и незаконное. 

— Этот? — коротко мотнула головой Тельза в сторону дома по правую руку от неё. 

— Да, окна заколотили, уроды, — скривился Лоб, косясь.

— Ночью там больше всего народу бывает, — встрял Мышелов, — вся шваль как раз трется неподалёку или внутри. 

— Верно, — поддакнул Волк. — Днем стараются в такие места не соваться, не светиться. 

— Лоб, был у тебя тайных ход из этой развалюхи? 

— Имелся, но меня в нем и поймали, так что он не тайный вовсе, — скривился мужчина от вопроса Тельзы, не желая вспоминать унизительное изгнание из его же владений. 

— Ясно. Делаем так. Вы, уважаемые, — посмотрела Тельза на троих подельников Лба, — к вечеру должны организовать нам такой же домик, где мы сможем устроиться и проворачивать все то, что делали раньше в этом. Если встретите прошлых клиентов или тех, кого подобное может заинтересовать, говорите, что снова в деле. Сообщите им, что у Лба есть интересная вещица, которая может их заинтересовать и координаты наши давайте. А мы к алхимикам заглянем, — обратилась девушка ко Лбу и, спрыгнув с телеги, зашагала в сторону торговой части города. 

— Что ты задумала? — нагнал её безбровый мужчина. 

— Твои шестерки справятся с моим поручением?

— Место организуют, но кто к нам не пойдёт? Мы - никто. 

— Есть ещё другие точки сбыта в городе?

— Есть парочка, но так, одна далеко от порта, больше на карманников и домушников заточена, а вторая, последнее время, говорят, на контроле властей, туда стараются не ходить лишний раз. 

— Вот и славно. У меня есть пара идей...

На закате Волк и Ржавый, найдя Тельзу и Лба в дешёвом кабаке, отчитались о том, что задание выполнено. И чуть позже все четверо подошли к неприметному дому, где на завалинке, вальяжно сидя, их дожидался Мышелов.

Девушка и мужчины зашли в старый барак, пропахший сыростью. Мелкий мусор, смешанный с пылью, очерчивал следы ног вошедших, хрустел под подошвами грубых сапог. В сколотые слюдяные окна с тихим, но настойчивым, завыванием прорывался ночной ветерок. Самым ценным в этой ветхой постройке был погреб. Длинный, наполненный запахом земли и свалявшейся паутины, он примыкал к широким ливневым каналам, ведущим к порту. Оставалось только пробить стену и наладить подмостки, по которым можно будет пройти, не извалявшись в грязи до ушей. Всю ночь, закончившуюся слишком быстро, пятерка людей таскала и колотила доски, ссыпала камни, делала обвязку. Но к утру ход мог встретить новых гостей теневого мира, а чуланы погреба схоронить любой ворованный и контрабандный товар. В самом же здании, поделённом с помощью наспех сооружённых перегородок, появились зоны для отдыха и переговоров, а сердцем стала «точка». Место, где за небольшим прилавком восседал Ржавый, исполняющий роль приёмщика, сбытчика товара и сборщика сплетен. В дальнем углу дома организовали кабинет Лба, чтобы он имел возможность обсудить дела с особенными клиентами. Первая часть дня ушла на отсып, а вторая вновь посвятилась обустройству нового места сбыта. Завезли пару бочонков вина и гречишного пива, поставили за стойку недовольного Волка, убедив, что это временная мера и как дела пойдут в гору, они наймут другого подавальщика. Навесили охранных амулетов и очертили защитными чарами склады, хранилища, да сейф. И к огромному облегчению Тельзы к тому моменту, когда дверь дома легко скрипнула и мигнул охранный амулет, у них все было готово. Высокий щуплый субъект воровато осмотрелся, сверкая глазами из-под капюшона плаща, и направился к стоящему Ржавому. 

— Где Лоб? — визгливо и нервно спросил он, продолжая вертеть головой, хотя обзор у него открывался совсем небольшой, и будь у Тельзы или прочих не самые благие намерения, те бы запросто их уже привели в действие. 

— В кабинете своём, слишком много дел по возвращению, — размеренно ответил Ржавый.

— Если Спрут узнает о том, что вы тут мутите, вам всем крышка. Я тоже рискую, придя сюда. Пусть показывает что хотел или я сваливаю, — задёргался щуплый ещё больше. 

Лысый Лоб вышел из-за угла. Лицо его приняло знакомое Тельзе выражение надменности и превосходства. Она отлично видела происходящее, сидя за стойкой и попивая вино. 

— Идём, Эд, — узнал мужчина пришедшего, — покажу в кабинете, это не для посторонних глаз, — снисходительно махнул он рукой и не дожидаясь реакции визитера, направился в нужную сторону. 

На самом деле у Лба нечего было предложить никому, и созывая воровскую братию, обещая показать что-то уникально и особенное, помощники его просто врали. Тельза выждала немного времени и последовала за ушедшими мужчинами, нахожу обнажая меч. Она увидела пробившуюся полоску света, проникающую из приоткрытой двери кабинета, а подойдя ближе расслышала голоса. 

— Я предлагаю заключить договор, ты больше не ходишь к Спруту, работаешь только со мной, приводишь дружков своих, взамен я сокращаю свой процент, за сбыт буду брать двадцать, а не сорок, как раньше. Как тебе мое предложение?

— Херота полная, Лоб. Да если узнают, что ты тут под носом творишь, прирежут и вас, и меня заодно. Мне моя шкура дорога. Я пас. И вам советую валить. 

— Эд, Эд. Боюсь тебе придётся согласится. Ты сам сказал, что тебе дорога твоя потрёпанная шкура. Соглашайся. Иначе...