Отпетая засланка для конунга-завоевателя

Глава 14.

- Всё приедается, — спокойно говорит Бриана. — И Хильга ярлу надоест. Тогда он позовёт меня. А я со временем попрошу свободу.

Девушки продолжают строить свои «коварные» планы, а меня смех разбирает. Стараюсь не шуметь, конечно. Сдерживаюсь, но их диалог меня порядком веселит.

Так тут, оказывается, бедного ярла используют, а не он их пользует!

Впору Варггарда пожалеть, а не пленниц.

Кстати, а что мне его парни тогда лапшу вешали о том, что они рабов не держат? Вон же Бриана горемычная никак вольной стать не может.

Рыжая девушка явно из кельтов. Видимо, ее после очередного набега с Британских островов привезли.

Или ее, как чужачку, можно в трэллы? А «не берем» только к своим, северянам относилось?

Типа, викингам из других поселений честь оказывают, прямиком в Вальхаллу посылают с ножом в груди. А унизительное рабство только для иноземцев считается подходящим образом жизни?

«Неплохо бы потом разобраться с этими разграничениями», - зеваю и уже поворачиваюсь на бок, как слышу цепляющее продолжение беседы.

- Ты же вон осточертела ему, - уже с раздражением шипит Бриана на подругу. – И с Хильгой так же будет.

«Да, у него здесь гарем! – зло сжимаются пальцы на ногах, которые никак согреть не могу. – Еще и с Милой спал? Да он зажрался!»

Подаюсь вперед и снова смотрю в щелочку.

Мила качает головой.

- У меня иначе было. Я сама не хотела. Ярл понял и не стал. Сказал, нет ему радости в том, чтобы принуждать женщину.

Падаю головой на несуразное подобие подушки. Вот мне это надо было?! Он еще и благоро-о-одный, что б его!

Надо было заснуть на предположениях о гареме. С чистой ненавистью и отторжением. А теперь что?.. Эх.

- А Хильга вон бежит, хвостом виляя, — добавляет Мила. — Ей это в радость. Сможешь так же? Мм, воительница? – стебется над подругой. Но заметно, что беззлобно.

- Научусь, — упрямится Бриана. — Хильга опостылеет. А потом моя очередь.

- Ну-ну.

Кто-то из мужчин гаркает:

- Спать!

- Рыба утром сама себя не поймает, нам вставать рано, - ворчит второй.

Голоса стихают.

Слышно только далекое, пронизывающее до костей завывание волков.

Но шёпот всё равно ползёт сквозь дерево. Только теперь он низкий, басистый, мужской.

- Волки и вправду возвращаются, - говорит кто-то из подданных Варггарда.

- Думаешь? Может, другая стая меняет лес? – предполагает второй мужчина. – Через нас проходит. Пройдут и сгинут за горами.

А я опять на свою голову прислушиваюсь. Ну, просто интересно, какая разница викингам, которая это волчья стая? Им не все ли равно, какие волки их сожрать нацелились?..

- Может и так, - бубнит первый, но почему-то в его голосе больше уныния, чем радости.

- Видела? — шепчет Мила, воспользовавшись тем, что мужики сами нарушили молчание. — А ярл-то наш на новенькую смотрел. И ка-а-ак смотрел…

«Все-таки заметно было? – напрягаю я свои «локаторы». – Я не придумала, Варггард реально запал на меня».

- Она мне не помеха, - уверенно заявляет Бриана, а у меня сердце леденеет.

Не убить же меня рыжая удумала?

- Да ну? — хмыкает Мила.

- Ага, эта Ильва, как ты, Мила, - озадачивает Бриана своей характеристикой не только меня, но и блондинку, с которой схожесть нашла.

- Как я? – переспрашивает обескураженная Мила. – Из виндов, хочешь сказать? Да-а, возможно. Говор слегка похож на наш. Но что это меняет?

«Так Мила у нас славянка?» – приникаю к своей «смотровой пробоине».

Полька, наверное, из полян или лютичей. И при этом свободная девушка, не трэлла. Может, потому что все равно северянка, а не из кельтских племен «Туманного Альбиона», как Бриана.

Плохо, что она в моей речи акцент уловила.

Я и не знала, что он есть! Когда попала сюда, в прошлое, говорить начала на автомате. Смутно понимала, что язык другой, но мозг особо не концентрируется на этом. Я и понимаю отлично, и говорю, как на родном. То есть вообще не различаю уже, на каком языке. Для меня уже даже весь мыслительный процесс, как и то, что вслух произношу - воспринимается, как один и тот же язык.

Я потому и не знаю точно, стоит ли мне подбирать старинные аналоги современных терминов? Или и они тоже синхронно переводятся в нужный древнескандинавский вариант?..

А эта ушлая Мила что-то там различает в звучании. Попадос!

- Нет, я не про ваши берега Южного моря, - смеется Бриана. – Вы с Ильвой чем-то похожи по сущности своей. Я теперь поняла, что ты говорила про то, что ярл не тронул тебя. Вот этим вы с Ильвой и похожи. Сложно думаете.

- Как это? – задет Мила вопрос, который и у меня на языке крутится.

- Ярл Ильве сегодня про огонь говорил, - посмеивается рыжая, явно демонстрируя, что ей больше нашего известно. – Что пламя и обжечь может, и теплом приласкать. А эта ущербная возьми, да и ляпни, что Огонь для нее, словно Испытание! Не дошло до нее, что ярл себя имел в виду.

Теперь они обе хихикают. А я уже не об подушку, я о об стену лбом побиться хочу!

«Так это был подкат восьмидесятого левела??» – зажимаю рот, чтобы не выдать себя хрюканьем.

А я бракованная послала ярла лесом! Объявила его трудным испытанием. Которое, так уж и быть, перетерплю.

Сразу становится понятным, почему он так показушно Хильгу призвал. Видать, я знатно прошлась по самооценке этого пикапера с репутацией «ас»!

***

Дорогие читатели! Приглашаю в историю Алины Углицкой "ЖЕНЩИНА ЯРЛА" https://litnet.com/shrt/m5EZ

Из Крещенской купели я угодила в Гренландию, прямо в X век, и оказалась в рыбацких сетях местного ярла.

Эйрик Сёрдсон молод, амбициозен и чудовищно беден. Его поселение едва выживает, его люди видят во мне маргигр — морское чудовище. А сам он считает меня живым талисманом, посланницей бога Ньёрда.

Теперь я — его собственность. И чтобы выжить в этом жестоком мире, мне придется использовать все свои знания.