Отпуск. Развлечения в комплекте

Глава 6

Вечером, когда я уже улеглась в кроватку, расправив одеялко, как хорошая фея, в номер ввалился Генри. Нет, он может, и вошел, но по ощущениям – ввалился. И на меня упал тяжеленный веник из роз.

– Привет. Ты, говорят, тут не скучала, – он плюхнулся на свою кровать.

Я аккуратно вытащила одну руку из-под одеяла и потрогала бутоны пальцем. Хорошо, что шипы меня не пробили насквозь. А то у нудиста-врача сегодня был бы культурный шок: сначала пациентка с мошкой бодается, потом с розами дерется.

– Это мне? – все еще не веря, уточнила я. А то мало ли – Няшке на закуску принес.

На вечерней трапезе крокодила мне посчастливилось побывать впервые. И, честно, больше не хочется. Все же сложно с умилением наблюдать, как мощные челюсти перемалывают мясо.

– Тебе, – с довольной улыбкой подтвердил наг.

– Серьезно? – переспросила дрогнувшим голосом. Дождалась кивка и соскочила с кровати. – Ура!!! Свобода!!!

– Эм… – несколько удивился моим танцам Охвайс. – Тебе цветы никогда не дарили?

Я замерла, прижимая к груди царапающийся веник:

– Естественно. Все знают, что я ненавижу бегонии. Кстати, когда освободишь номер?

– И какая тут связь? – нахмурился наг.

Я нежно побаюкала букет и фыркнула:

– Фея я. Что не понятного?

– Так, погоди минутку, – Охвайс решительно поднялся и вышел из номера.

Чтобы через полминуты влететь обратно.

– Отдай! – он вцепился в розы и дернул на себя.

Но я так просто со свободой расставаться не желала.

– Нет уж! Подарил, значит, подарил!

– Да я не в курсе был ваших цветочных заморочек! – возмутился Охвайс, активно пытаясь растащить меня и букет. А мне все равно! Ведь впереди забрезжила перспектива нормально отдохнуть. – Откуда я мог знать, что фее дарят только созвучные с именем цветы, а все остальное считается отказом от каких-либо отношений?!

– Неважно! – пропыхтела я, дергая уже порядком общипанные розы на себя. – Как говорил последний проверяющий нас инспектор по противопожарной безопасности: «Незнание не спасет от огня».

Мне удалось вырвать розы и пробежать под рукой Охвайса. Вечером в отеле постояльцы имели возможность наблюдать новое шоу: забег по коридорам феи в коротенькой пижаме в обнимку с лысым букетом. За ней хорошим галопом несся известный миллиардер и два его телохранителя. Итог был весьма неожиданным. Когда девушку скрутили… у нее отобрали букет со словами: «Не дождешься!».

– Не пыхти, – весело бросил Охвайс, когда мы вернулись в номер. – Я на завтра для нас заказал парасейлинг.

Ну да, злиться я перестала сразу. Недоверчиво посмотрела на Генри и тихим голосом спросила:

– Это когда на парашюте людей за веревку над морем на водолете катают? Нас? – я ткнула в себя, потом перевела палец на нага. – Точно? На фиг знает какой высоте? Над морем?

– Ты все правильно поняла, – с довольным лицом подтвердил богатый самоубийца.

– Да ни за какие плюшки я туда не полезу! – я скрестила руки на груди.

– Да что может случиться? – беспечно отозвался Охвайс.

– Тебе набросать варианты? – я уселась на кровать и обняла подушку. Если что, ей же и врежу. – Заглохнет водолет. Оборвется веревка. Мы упадем в воду. Нас съест акула. Мне продолжать?

Наг не прекратил источать непонятное веселье, а еще и подмигнул:

– Ты чего такая пессимистичная?

– Да есть причины, – недовольно проворчала я, в душе понимая, что соглашусь. Это же полет! Ну а акулы… что ж, приятного им аппетита, наги все-таки ядовиты, хотя альбинос и бракованный.

А ночью случилось страшное. Сквозь чуткий сон я услышала, как приоткрылась дверь в ванную. Шлеп-шлеп. Шурх-шурх. Глаза я распахнула одновременно со ртом, сидя верхом на Охвайсе и голося.

– Странно, – наг приоткрыл один глаз и сжал мои бедра, чуть сдвигая со своего живота, – обычно соблазняют как-то иначе. – Над краем кровати появилась морда крокодила. – А-а, Няшка. – Рывок, и я уже лежу на спине, а Охвайс нависает сверху. – Ты чего выбрался, негодник? Завтра тебя заберут на виллу. Твой вольер привели в порядок. А теперь топай обратно.

И он пошел. Действительно пошел. Я шокированным взглядом проводила переваливающуюся тушку.

– Просто он очень умный, – пояснил Генри мне куда-то в ключицу. – Давай спать.

– Какой спать?! Няшка может быть и гений, но до замка на двери не дотянется. Иди, запирай его. Проснуться от того, что меня жует крокодил, в планы на утро не входит.

– Жестокая, – пробубнил Охвайс. – Я ее, можно сказать, телом закрываю, а благодарности никакой.

– Ладно, – сдалась я. – Завтра полетим на этом твоем парашюте.

– Добровольно? – подозрительность нага была сдобрена широким зевком. – Даже привязывать тебя ко мне не придется?

Я пихнула расслабившегося Генри:

– Слушай, ты будто не хочешь, чтобы я соглашалась.