Отпуск в Петербурге

Глава 10

Лада проснулась в гостиной. Она спала на диване, заботливо укрытая пледом. Первая мысль была о Вадиме: она не дождалась его с работы, уснула перед телевизором. Он не стал будить, оставив ее здесь. Она улыбнулась, но улыбка тотчас сошла с ее лица: какой кошмар она видела этой ночью! Лада поднялась на второй этаж, но в спальне обнаружила только нетронутую постель и собранный чемодан. Взяв в руки телефон, убедилась, что сообщений от Вадима тоже не было.

– Это неправда! Этого не может быть, – убеждала она себя, глядя в зеркало в ванной, отказываясь принимать суровую правду.

Умылась ледяной водой. Не помогло. Память услужливо подбрасывала события вчерашнего вечера, заставляя поверить, что Вадима больше нет. Еще сутки назад он был жив, а теперь его нет. Проклятье! Почему он не остался? Почему она не удержала его?

Девушка спустилась, на кухне нашла Влада. Мужчина молча протянул ей чашку кофе, черного, горького. Ни один из них не спешил начинать разговор. Казалось, не спроси она о Вадиме, что-то изменится.

– Отпевание будет сегодня после полудня, – произнес Влад, не глядя на девушку. – Нет смысла ждать несколько дней.

Он вновь был собран и спокоен. Ничто не напоминало о вчерашней растерянности, только руки так сильно сжимали чашку, что побелели костяшки пальцев. Это видимое спокойствие давалось ему с огромным трудом. Лада чувствовала опустошение: будто все, что было в душе, сгорело, а пустоту нечем заполнить.

– Я уезжаю сегодня, – чуть слышно произнесла девушка.

– Хорошо, – ответил Влад. – Родители о тебе не знают, и Варьке будет спокойнее.

– Кто это?

Лада не слышала раньше этого имени. Возможно, у них была младшая сестра. Как мало, оказывается, она знала о Вадиме, а теперь все это ни к чему.

– Варя – жена брата. Последние полтора года они не живут вместе, но она не дает ему развод. Может быть, любит его сильнее, чем хочет показать, и надеется, что он вернется, а может, из-за сына.

Влад говорил еще что-то, но Лада уже не слышала его. Казалось, что больнее быть не может, но она ошибалась. Обычно немногословный мужчина будто специально рассказывал ей о семье брата. Неужели он не понимал, что ей тоже больно? Или ему настолько все равно, что она чувствовала? Вспомнился недавний разговор с ним. Конечно, он ничего не сказал о брате, но дал понять, что не все так гладко в их отношениях. Как она была наивна, даже глупа! Как могла довериться малознакомому человеку? Она действительно ничего не знала о Вадиме, а он так мало рассказывал о себе, своей семье, окружении. Ей стали понятны заминки, когда он касался тем, о которых не хотел говорить. Влад прав: она ничего не понимала в жизни.

– Будет лучше, если я уеду прямо сейчас. Здесь меня больше ничего не держит.

Лада ушла. Влад не стал ее останавливать. Только когда она через час спустилась с чемоданом, предложил отвезти на вокзал. Девушка отказывалась, мужчина настаивал. Ни сил, ни желания спорить с ним не осталось. Она молча села в машину.

Казалось, гнетущую атмосферу ощущала только она. Влад полностью сосредоточился на дороге, девушка отвернулась к окну. Рассказ о жене и сыне Вадима стал последней каплей, переполнившей чашу терпения. Что еще он скрывал? Собирался ли когда-нибудь рассказать об этом или она была не более чем увлечением для него? Не стоило ему доверять! Никому нельзя доверять, так проще, так спокойнее. Столько лиц у каждого человека? Как понять, какое из них настоящее?

Мысленно Лада вернулась к событиям вчерашнего вечера. Вновь ощутила то чувство нарастающей тревоги, когда ждала возвращение Вадима, а услышала о его гибели. Вспомнила, как смотрела в глаза Влада, в которых разглядела тоску и боль, успешно скрываемые за маской отстраненности, безразличия. Казалось, она впервые увидела его настоящего. Конечно, сейчас не время думать об этом, но девушка ничего не могла с собой поделать. После они долго разговаривали. Влад рассказывал о Вадиме, об их детстве, делился самыми сокровенными воспоминаниями. Положив голову ей на колени, он просто говорил, а она слушала, осторожно гладя его по волосам. Монотонные движения, тихий голос мужчины немного успокоили ее.

Бывают такие минуты, когда один человек просто нуждается в присутствии другого. Глядя на Влада, девушка с отчаянием утопающего понимала, что вчерашний разговор был слабостью, которую он позволил себе, но сегодня не нуждался в утешении. У него была семья, которая поддержит его, тогда как она просто случайная знакомая.

Почему-то вспомнилась бабушка. Рано потеряв мужа, она больше не вышла замуж, хотя, по рассказам мамы, многие сватались к ней. Отказывая снова и снова, она повторяла одно и то же: «Сердцу не прикажешь». Ее внучка оказалась совсем в иной ситуации, тем не менее всякий раз, когда она ловила себя на мыслях о Владе, именно эти слова всплывали в памяти. Это невозможно! Мужчина четко дал понять, как относится к ней. А она? Надеялась ли на что-то? Надо быть чудовищем, чтобы думать о брате своего парня в такой ситуации. Именно чудовищем она себя и ощущала.

Голос Влада отвлек ее от размышлений:

– Заедем по дороге в Троице-Измайловский собор. Это ненадолго.

Лада кивнула. Вскоре они подъехали к монументальному зданию, в котором, видимо, должна была состояться церемония прощания с Вадимом. Рядом уже собрались люди, одетые в черное. Они все пришли почтить память молодого человека, а ей было отказано даже в такой малости. Можно было бы, конечно, присоединиться к ним, никто не посмел бы заставить ее уйти, но совесть настойчиво шептала: «Кто ты ему, чтобы быть там? Любила ли ты его? Достойна ли проводить его в последний путь?» Она осталась сидеть в машине, наблюдая, как к Владу подошла молодая женщина, возможно, чуть старше самой Лады. Мужчина припарковался достаточно близко, чтобы она могла рассмотреть ее – высокую, стройную блондинку. Таких снимают в кино, о таких грезят мужчины. К ней то и дело подходили люди, выражая соболезнования. Она держала дистанцию со всеми, только Владу позволив обнять себя за плечи. Сомнений быть не могло – это жена Вадима.