Отпусти свою волчицу

9. Ром

В этот раз волк, Руд, вел себя очень сдержанно. Когда Кристина только возникла на пороге, заметил удовлетворенно: «Самку удалось заманить в логово. Хорошо. Уговори ее остаться». И больше не вмешивался, только принюхивался, наслаждаясь ее запахом, как Ромуальд наслаждался всем остальным: точеной фигуркой, которую не мог скрыть надетый девушкой белый халат. Приятным голосом. Осторожными прикосновениями умелых рук, снимавших повязки с его ран.

Не сразу, но Ромуальду удалось разговорить девушку, добиться, чтобы она начала рассказывать о себе. И первое же ее признание – о том, что ее боятся кошки и собаки – тут же еще раз подтвердило то, что Ром знал и так: малышка – полукровка, и зверь у нее есть, но непробужденный. Что ж, Ром знал, кто способен помочь девчонке разбудить спящую внутри нее волчицу. Вот только как уговорить Кристину отправиться вместе с ним за Урал, в таежную глушь?

...Бертран явился не вовремя. Кристина, чуть смягчившись, смотрела Рому в глаза уже без былой враждебности и недоверия. Казалось, еще чуть-чуть – и улыбнется. И, быть может, подойдет, присядет рядом, обозначая новую степень близости. Но шум в прихожей заставил девушку встрепенуться, очнуться, смутиться собственной откровенности и вновь закрыться.

– Пойду, посмотрю, что там принес ваш друг, – произнесла она скороговоркой и направилась к дверям.

– Твой друг, Кристина. Обращайтесь ко мне на «ты».

Малышка застыла на пороге. Оглянулась. Подумала пару мгновений, потом все же согласилась:

– Хорошо. Тогда и вы… ты… тоже.

С этими словами она вышла из комнаты, чтобы вернуться минут через десять уже во всеоружии и приступить к обработке ожогов.

– Сначала промоем все это перекисью. Она выделяет активный кислород, который не дает завестись на поврежденной поверхности всяким опасным микробам. Потом я удалю самые крупные лоскуты и нанесу на раны спрей Пантенол. Он способствует быстрому заживлению.

– Я весь твой, Кристина. Командуй, что мне делать, – проникновенным голосом произнес Ром, невольно вкладывая в свои слова второй смысл – тот, о котором он не мог не думать.

К счастью или к сожалению, девушка намека не уловила.

– Вам надо закинуть ноги — вот сюда, на валик, – она кивнула на подлокотник дивана, который застелила одноразовой пеленкой. – Важно, чтобы ступни не соприкасались с поверхностью дивана.

Она делала свою работу ловко, уверенно. Ее прохладные пальчики бережно прикасались к коже, принося облегчение и заставляя волноваться обычно сдержанного волка, который уже заждался свою Единственную.

Руд, как и Ром, в глубине души надеялся, что спящая волчица Кристины даже во сне почует близость своей пары, своего альфы, и, возможно, начнет просыпаться. Но надежды эти были напрасны. Девушка вела себя как самый обычный человек, а ее зверь продолжал пребывать в каком-то коматозном состоянии. Это наводило на мысль, что на вторую ипостась Кристины когда-то воздействовали с целью подавить ее, ослабить или даже уничтожить.

«Кто же так поступил с тобой, малышка?» – спрашивал мысленно Ром. Он обязательно найдет ответ на этот вопрос и накажет виновных!

Убить внутреннего зверя оборотня – это тоже самое, что лишить обычного человека зрения, слуха, или ног – обеих сразу. Трое помощников Ромуальда продолжали искать следы, способные навести оборотней на кого-то, кто знал бы о прошлом Кристины. Ром рассчитывал, что за те несколько дней, пока он заживляет свои ожоги, они сумеют что-нибудь раскопать.

А пока оставалось надеяться, что волчица Кристины все же сумеет проснуться, и тогда сама девушка сможет стать не просто женой Ромуальда, но полноценной Луной стаи, которую мужчина возглавит после своего отца.

Отец уже давно передал бы дела Ромуальду, проиграв наследнику в ритуальном бою. Пожилому оборотню становилось все сложнее справляться с делами, и в любой момент мог появиться чужак-альфа, который встретил бы свою истинную и осмелился бы бросить вызов старому вожаку. Это стало бы трагедией для всей стаи.

Протяжно вздохнув, Ром отвлекся от тяжких раздумий. Кристина как раз закончила обрабатывать спреем его ноги и поливала свои руки, затянутые латексом медицинских перчаток, салициловым спиртом.

– Все хорошо? Не очень больно было?

– Вообще не заметил боли, – искренне признал Ром.

– Просто вид у тебя был… страдальческий. – Крис продолжала смотреть вопросительно. – Ты не молчи, если что. Мне важно знать, что тебя беспокоит.

Ох! Лучше бы она не произносила таких слов! Лучше б не смотрела с такой заботой. В груди заныло от невозможности обнять девчонку, прижать ее к своему телу, уткнуться носом в ключицу, вдохнуть полной грудью ее волшебный запах.

Руд снова встрепенулся. Ему хотелось близости, ласки, игры в догонялки и… Ромуальд резко одернул – себя и своего волка: «Стоп! это еще нескоро! А пока сиди тихо – наша пара пока не понимает, что она тоже волчица».

Ощущать присутствие Кристины, ее близость, прикосновения ее рук – это было сродни сладкой пытке. Ромуальд одновременно наслаждался и умирал от невозможности получить еще больше. Хватит ли у него сил продержаться так целую неделю?