отравленная

глава 3

Ночная прогулка с Кириллом подарила Алисе слишком много положительных воспоминаний и эмоций. Ей казалось, что такой гармонии и понимания не могло быть между случайными знакомыми. Для начала им необходимо узнать друг друга до уровня, когда можно понять мысли другого лишь по взгляду. Но между ними двумя все было понятно без слов. Он знал, о чем думала Алиса, смотря на ночное небо. Она же догадывалась, какие мысли скрывались у него глубоко внутри, когда Зейгер вдруг прекращал рассказывать о себе.

Мельник хотела, чтобы все это не оказалось шуткой или сном Чтобы воспоминания о встречах с ним были настоящими. И тайными. Никому из своих подруг девушка не собиралась рассказывать о том, где провела половину прошлой ночи — даже Яне, несмотря на то, что они были довольно близки.

— Это была слишком сложная неделя для меня, — бормотала Вика, размешивая сахар в своей чашке. — Мой босс-пивное-пузико совсем с катушек слетел, постоянно что-то нужно поднести, распечатать, заполнить и так по кругу, — она схватилась за голову, рыжие пряди медленно сползли с ее плеч.

Данька обожала и ненавидела своего начальника — щупленького мужчину средних лет с кудряшками и большим, но милым пивным пузиком. Вика спала и видела, как внутри ее босса прячется лилипут с бутылками и банками пенного, с кружками и стаканами. Как-то во время планерки эти мысли так позабавили девушку, что она расхохоталась перед этим боссом-пивное-пузико. Он не мог понять, что стало поводом для смеха и внимательно осматривал свой внешний вид. Никаких изъянов не обнаружил — только один кругленький прямо под грудью, но мужчина давно к этому привык и тоже засмеялся. Громко и заливисто.

— Не нравится — смени работу, — монотонно пробормотала Алиса, смотря на свой ореховый пирог. Его не так давно приготовили, ведь, если присмотреться, то можно было увидеть легкие волны пара. — И найди ту, что тебе будет приносить удовольствие.

— Мы в каком веке живем, Алис? — вмешалась Мариана, отодвигая от себя пустую тарелочку с несколькими дольками сушеного апельсина. — В наше время нужно выбирать ту работу, которая приносит хорошие деньги, а не удовольствие. На удовольствие ты квартиру не снимешь и счета не оплатишь, — блондинка закатила глаза, но ресничка попала в глаз, и ей пришлось быстро моргать, чтобы адская боль прекратилась.

Они продолжали развивать эту тему все, кроме Алисы. Она полностью погрузилась в свои мысли, медленно возвращая себя в прошлое — к вечеру у озера. В какой-то момент ей показалось, что это было ее первое свидание, которое она готова вспоминать снова и снова. Оно было пропитано нежностью и романтикой. Из-за того, что Алиса слишком много романов читала, она постоянно хотела привнести в свою жизнь хоть каплю той романтики, о какой пишут в книгах. С Дмитрием этот номер не проходил — парень слишком реалист, чтобы заставить себя быть хоть немного романтиком. Помнилось, он даже не мог подарить Алисе букет цветов, утверждая, что это пустая трата денег. С Кириллом же все было иначе.

Но она не встречалась с ним.

Весь оставшийся день субботы Алиса посвятила уборке — ее родителей не было дома, поэтому убиралась она не спеша и аккуратно. Ее брат и сестры уехали к тетушке на все выходные, поэтому единственным помощником был Юра. Он и не отказывался от помощи. Вдвоем они умело разделили между собой обязанности и справились со всем к началу шестого часа.

— Я чертовски разозлился вчера на твою мать, — произнес парень, расставляя посуду на полке. — Знаю, что она не идеал — все матери далеко не идеалы, но вчера она будто была сама не своя.

— Все нормально. На нее порой что-то находит такое, — быстро ответила Алиса, выключая воду. — Мы с тобой молодцы. Еще почти светло за окном, а в доме чистота, — она вытерла руки, повесила полотенце на спинку стула.

— И часто на нее такое находит? — Юра поднял свои зеленые глаза на сестру, слегка сощурив глаза. — Такое не так-то просто выдержать.

— Обычно раз в неделю, но бывает и каждый день, — Алиса взъерошила свои волосы, а после собрала их в неопрятный пучок. — Сложно только первое время, потом привыкаешь. Так или иначе можно привыкнуть ко всему. Даже к самому ужасному.

— Нельзя привыкнуть к смерти, — шепотом добавил Юра, но Алиса его услышала. Она медленно подошла к брату и обняла его. Парень обнял ее в ответ, но не сразу. Ему потребовалось немного времени, чтобы сдержать подступающие слезы.

Юрий Мельник никогда не любил говорить об этом с кем-то, кроме своей сестры. Ему казалось, что только она могла понять и принять всю ту боль, что таилась внутри его. Юра понятия не имел, как именно пережил все эти годы, скрывая в себе скорбь по отцу, которого нет в живых вот уже несколько лет. Он умер случайно — на него упал собственный автомобиль, когда тот его ремонтировал. Парень увидел отца первым — вернулся домой после выпускного вечера в школе и нашел расплющенное тело отца в гараже. Юра еще никогда не понимал слова своей директрисы «а завтра, дорогие мои выпускники, у вас начнется новая жизнь» буквально. Новая жизнь у него действительно началась — похороны, постоянная забота о матери, ее лечение в клинике, учеба и работа, снова забота о единственном родителе. Юра до сих пор чувствовал на плече тяжесть пиджака; ощущал, как бабочка на его шее все сильнее затягивалась, как руки медленно начинали дрожать, перед глазами все плыло.

В воскресенье утром Алиса проснулась от легкого стука в дверь. Ее разбудил старший брат. Они были в доме вдвоем, младшие должны были приехать только вечером, а родители Алисы остались на ферме. Парень приготовил завтрак на двоих, делал все максимально тихо, чтобы не разбудить сестру, которую всю ночь мучила бессонница. Он слышал, как она больше десяти раз спускалась вниз, хлопала дверцей холодильника Утром он увидел, что апельсиновый сок и несколько глазированных сырков пропали. Слышал, как в гробовой тишине дома щелкал выключатель в ее комнате, и как снова и снова шуршали страницы книги.