Отражение

Глава 35

Павел собрался к Фросе. Девушка не отпускала его мысли — как назойливая, но сладкая мелодия, она овладела всем его сознанием. Он не замечал, как за ним по пятам, почти бесшумно, к самому крыльцу, проскользнула Татьяна. Та была твёрдо нацелена — во что бы то ни стало узнать, куда он направляется вновь. Её сердце сжималось от ревности, от страха потерять последнее, что ещё связывало её с графом.

Вдруг к воротам подъехала телега. На ней, в простой рубахе и с кнутом в руке, сидел крестьянин. Татьяна мгновенно узнала его — это был Фрол. Каждые два дня он привозил с ярмарки провизию в усадьбу - надёжный, молчаливый, незаметный.

Не раздумывая, она бросилась к нему. Сложив руки молитвенно, почти умоляюще, попросила:

— Следуй за коляской барина. Только не упусти. Обещаю — отдам тебе кольцо, что подарил мне граф.

Фрол вздохнул и посмотрел на неё с сомнением, но кольцо — золотое, с камнем — весомый аргумент, да и графовы дела давно будоражили деревню. Он кивнул, хлестнул лошадь кнутом — и двинулся следом, стараясь держаться на расстоянии, но не терять коляску из виду.

Ехали недолго. Всего лишь спустились с пригорка — и перед ними открылась картина: небольшая деревенская церковь с белёной колокольней, за ней — тихая улочка, а на окраине — маленький, но уютный домик с резными наличниками и цветущей сиренью у крыльца.

Павел остановил коляску и вышел. Некоторое время он стоял, оглядывая окрестности — будто проверял, всё ли так, как он задумал. Всё было в порядке. Дом — светлый, крепкий огород — разбит, дымок из трубы — значит, живут.

Из избы вышла Любава - спокойная, сдержанная, в платке - она улыбалась, приветствуя графа. Они переехали сюда недавно — так, как он и планировал, чтобы Фрося жила в безопасности.

— Милости просим, ваше сиятельство, — приветствовала она напряжённого графа.

— И тебе день добрый, — кивнул он. — Как Фрося? Говорила ли обо мне хоть слово?

— Ничегошеньки, — резко отрезала Любава. — Не хочет знать. Сказала — ушёл, и слава Богу.

— Вот бы переговорить с ней, — вздохнул Павел, сжимая перчатки в руке. — Хоть на миг, хоть на одно слово.

— А вы тут подождите, — заявила травница. — Я сейчас её к вам пришлю.

— Так ведь она… — не успел он договорить.

Но Любава уже исчезла за дверью, оставив графа одного посреди двора — растерянного, полного надежды и страха.

Павел был рад такому повороту. Надеялся: может, наконец, поймёт, отчего она отвергает его, отчего смотрит, как на врага, отчего бежит, будто он — не спаситель, а палач.

Ждать пришлось недолго: скоре за углом избы показалась Фрося. Укутанная в тёплую шаль, с корзиной в руках, будто только с рынка, но глаза — насторожённые, как у зверька, почуявшего опасность.

— Вы? — выдохнула она, останавливаясь. — Любава сказала — сосед ждёт…

— А тут я, — развёл он руками, пытаясь улыбнуться. — Просто хотел поговорить. Узнать, как живёшь. Не нужно ли чего.

- Как вы нас нашли? Мы же переехали, — спросила она, глядя на него с настороженностью. — Специально искали?

— Ехал, ехал — да и вас нашёл, — сказал он шутливо, с лёгкой улыбкой.

Но шутка вызвала не смех — злость.

— Вот уж время шутить, — отрезала она. — Полно меня преследовать, господин граф.

И, развернувшись, пошла прочь.

Павел поспешил за ней. Услышав шаги, Фрося подхватила юбку и побежала — быстро, по-птичьи, будто боялась, что в следующий миг её схватят. Корзина выскользнула из рук, покатилась по земле, рассыпая травы и коренья.

Он догнал ее быстро, схватил за руку — не грубо, но крепко. Она вздрогнула, в глазах застыл ужас, девушка дёрнула локоть, пытаясь вырваться, но тщетно.

— Ты потеряла, — тихо сказал он, поднимая корзину и ставя рядом. — Почему ты меня боишься? Я же помог тебе. Вырвал из лап Березина. Спас.

— Я так хочу, — вскинула она голову, голос ее дрожал, но в глазах холод. — Полно меня преследовать. Уходите.

— Хорошо, — сказал он, почти шёпотом. — Ежели ответишь на один вопрос — больше не появлюсь.

Он почти не верил в свои слова, но иного выбора не оставалось.

— Что нужно от меня? — спросила она, не отводя взгляда.

— Что ты делала в том доме? От кого бежала, когда попалась мне на пути?

Фрося заморгала, её згляд дрогнул, она безудержно искала выход, но не нашла.

— От барона Березина, — выдавила девушка. — Он гнался за мной, а я — убегала. И тут вы…

— Стало быть, не от князя Ушакова бежала? — вскинул он брови.

— Показалось вам, — кивнула она быстро. — А теперича ваша очередь забыть сюда дорогу, — добавила девушка, отступая.

— Ты знаешь князя Ушакова? Слышала о таком? — не унимался он, пытаясь докапаться до правды.

— Нет — резко бросила она. — Я не знаю его и знать не хочу. Если вы так заботитесь обо мне — то перестаньте появляться, ежели не оставите меня — уйду куда глаза глядят.

Павел стоял рядом, а Фрося была так близко, что казалось — он вмиг утонет в её голубых глазах. Он потянулся к ней рукой. К его удивлению, девушка не шелохнулась, лишь молча следила за его движениями. Его пальцы коснулись её руки, выглянувшей из-под шали, и долгое мгновение он наслаждался этой близостью.

Вдруг Фрося бросила на него взгляд и, не оглядываясь, побежала к дому. Павел проводил её глазами, а затем, подняв корзину, медленно двинулся к дому. За ними из-за кустов у дороги пристально следила Татьяна. Увлечённый девушкой, Павел ничего вокруг не замечал.

********************
Татьяна появилась в усадьбе к вечеру, когда солнце уже скрылось за лесом, оставив на небе лишь тусклый багрянец. Почти на входе в дом, она столкнулась с Мирославой, которая, остановившись в дверях, с удивлением посмотрела на служанку, потому что та, едва завидев её, резко вздрогнула, будто увидела не живого человека, а призрак. Широко раскрыв глаза, Татьяна замерла на месте, не в силах отвести взгляд от лица графини, в котором, как в зеркале, отражались черты той самой девушки, с которой Павел недавно говорил у избы за церковью. И в этот миг Татьяна почувствовала, как земля уходит из-под ног, потому что перед ней стояла не просто хозяйка, а живое подтверждение того, что она не сошла с ума, что та девушка, которую она видела, действительно существует, и они слишком похожи, чтобы это было простым совпадением.