Отражение солнца и луны

Глава 20

Просыпаться было легко. Я разлепила глаза и почувствовала: прошло совсем немного времени. Прежде всего стало спокойно. Белые мерцающие снежинки замельтишили прямо перед носом. Я поморщилась и улыбнулась. Одна легла прямо мне на ресницы, сгонять ее совсем не хотелось. Сознание, какое бы сейчас оно не было, было убрано далеко. А сердечный детский восторг никак не мог уступить место паники. 

Пришлось встать. И показалось мне, что я не на ноги встала, а сама снежинкой взмыла в небо. И вокруг меня тысячи таких же как я. Мы как будто в небесах или, нет, еще лучше - мы в большом снежном шаре, который на Земле у меня стоял на подоконнике. Никогда бы и не подумала, что это так радостно - умирать. 

— Напрасно ты беспокоишься, милая. Тебе еще рано умирать. 

Раз, и все снежинки камешками упали на промозглый пол. Все улетучилось. Только вот... Что за голос? 

Белесая пелена прозрачной панорамой окружила нас. А приглядеться внимательней... За этой панорамой сотни людей, и кто-то белыми снежинками или черной пылью осели на пол, а кто-то копошился и бегал туда- сюда. Стало ясно – бой закончился.
А что...? Вопрос: "А что же было?" отпал, когда тупая пульсирующая боль проникла в голову. Сознание вернулась разом, вместе с ней. Это же я... Солнце. От этих адовых жарких волн падали черные. А другие волны: темные влажные, спасительные и холодные, посылал другой человек. Но кто? 
Вторая болезненная пульсация, и на этот раз в солнечном сплетении. Деймон. 

Я заметалась, не желая терять времени. Мне нужно назад и срочно. Я побежала к людям, к лежавшим павшим, но лица их углядеть никак не могла. А вдруг среди них есть кто-то знакомый? Кто одержал победу и что после этого идет? 

Два, и мутный силуэт предстал передо мной. Лица опять не видно. 

— Лана, — позвал он меня, приближаясь. — Лана. 

Я окаменела не смотря на то, что в снежном царстве было не холодно. Родные, милые глаза любимые мною с детства. Нежные теплые руки, державшие меня так крепко, когда я училась ходить. Смешные длинные русые кудряшки, которые я оттягивала маленькими пальчиками и заливисто смеялась от того, как они пружинят. Мама, это все - моя мама. Я кинулась ей на шею.

— Мама! — слезинку за слезинкой смаковала я. — Мамочка, милая, я так скучала, прости меня... — Сил казалось на удивление мало. Поверить в такое нереально, но сейчас она здесь и со мной, а разве не это самое главное? — Мама... — Как же приятно снова произносить это слово.

Ее руки напряглись, отстранили. Я непонимающе посмотрела, но вскоре тряхнула головой. Любовь, жалость, вина, горечь, разлука - все за секунду вылилось на меня. Все, что я так долго прятала от окружающих теперь капало горькими слезами. Мама подошла, отерла мои вспухшие веки.

Я на силу улыбнулась. Какая разница что было, ведь сейчас - она снова со мной. Вот только.. Как же там Деймон, как Вельмарта? И ее новый король взамен мертвого... Как Деймон это вынесет? А вдруг он вовсе и не стал новым королем, может он не смог... Нет, Лана, не надо. Не сейчас. 

Мама все это время искала моего взгляда, уставленого в пол. Я тряхнула головой, улыбнулась. Нельзя портить радость встречи.

— О чем ты думаешь? — ласково спросила она. 

— Я просто так рада тебя видеть. — Она покачала головой, нет. Любовь в ее глазах щемила сердце и без того болезненно сжимавшееся. 

— Лана, какая ты у меня стала взрослая. Мы с папой так гордимся тобой. — Мне стало невыносимо. Гордятся мной. За что? Я ведь предала их, почти променяла на новый мир, новую любовь, на магию, на...

— Не надо, пожалуйста. Я ведь знаю, как плохо поступила.

— Ну что ты. Милая, о чем ты? 

— Я просто попала сюда и я хотела вернуться домой, чесно... Но, мне кажется, я слишком увлеклась. И теперь я умерла здесь. 

— Нет, ты не умерла. Это вздор, моя девочка.

— Но почему же я так просто могу с тобой разговаривать? Мой портал, я думаю, он уже не сможет перенести меня. Я никогда не окажусь больше дома. Мама, прости меня. Это все из-за меня. Из-за меня вы разводитесь с отцом, да? 

— Мы не разводимся, и все, что с нами случилось лишь по нашей вине и произошло. Ты, наоборот, то, что нас скрепила. Только любовь к тебе не давала слепнуть в своих обидах. 

— Правда?— Изумилась я. 

— Ну конечно. И я люблю твоего отца. Да, бывали и плохие времена, но никогда, никогда мы бы с ним не смогли расстаться. Нас судьба с ним свела и это самое правильное, что могло со мной произойти. Я невероятно счастлива, что ты смела и отважна для того, что бы тоже идти по этой судьбе. 

— Но я не знаю мама! — взвыла я, — Я не знаю, в чем моя судьба!— Она изогнула бровь:

— А разве ты не чувствуешь? Тут, — она положила руку на солнечное сплетение, — тут, прислушайся. — Она замолчала, я перестала дышать. Конечно, я знаю, что пульсирует и жжется в этом месте. Я знаю, это имя уже давно, оно вырублено на моей покалеченной душе уже безвозвратно. Я с эти смирилась, но верить ы правильность такой любви... Слишком сильной, слишком резкой и слишком нежной. Слишком.

— Да, но...

— Но это и есть твоя жизнь. Перестань по нам плакать, перестань убивать себя. Мы обе знаем, что должно быть. И нельзя этому сопротивляться. Живи, дочка, живи для нас и для него. — мама подмигнула. — Я всегда желала тебе самого лучшего и я всегда знала, что ты особенная. Тут тебе удастся со всем разобраться, потому что ты моя дочь и этим все сказано. — Я заплакала. Мама отпустила меня, потому что любит. Да, я останусь, но какой ценой... А разве не будет больше цена потери, если я уйду? 

Я прижалась к маме. 

— Прощай, я люблю тебя. — прошептала мне она в последний раз.

— Я так тебя люблю, мама... — секунда, другая и волшебное тепло растворилось. Облегчение залегло в душе. Я свободна, я спокойна. Я жива. Вот только... Жив ли Деймон? Как он там, как бы сейчас...

Я и предложения договорить не смогла, как белесая пелена тяжёлой занавеской спала и растворилась, как и мама. Тут было намного темнее и... Опаснее наверное. Везде трупы, люди на людях и уже не важно, свои они или чужие. Исход один - почти все мертвы. Кровь вином разлилась по полу, и мы оказались испачканы в ней, как в празник виноделия в Италии. Смешно. Сейчас это праздник крови. Последствия такого празднества судьбаносные, ужасные, омерзительные. Чего хотели эти люди? Зачем напали на невинных? Или, возможно, и не невинных, но в любом случае, этот Левебарт убил короля. Даже не поговорив, взял и убил. Я развернулась, решила осмотреться и понять, что делать дальше. Возле чаши стояло несколько магов, кто-то просто сидел, устало облокотившись на стену. Над ними копошилась Эксалита, но она постоянно медицинские принадлежности роняла из рук, когда оборачивалась. Все эти люди были измученный и раздавлены, но главное было другое. Эксалита смотрела за спину, и я тоже посмотрела.

Деймон и Левебарт стоят посередине зала. Обстановка нагнетает, я почти не лажу со своим разумом. Снова проносится непрошеная мысль про Самарию, когда я смотрю, как кровь магическим образом освещает фрезка солнца и луны. Самария смотрит, как режут ее народ. А вот я смотреть не буду.

Деймон и Левебарт стоят посередине зала в боевой стойке. Кинуться к ним нельзя, можно навредить всем вокруг и самой себе. Отвлечь Левебарта - вот лучшее решение. 

— Я доверял тебе. — Неожиданно прорычал принц. В ответ получил мерзкий смех.

— Деймон, мы никогда не были друзьями. А эти сказки своему Камлету рассказывай. — Я краем глаза заметила, что Эксалиту передернуло. Что с этим герцогом случилось? Дэвид же вполне способен за себя постоять. Или он тоже..?

— Зачем ты все это устроил? Смысл, — Деймон обвёл глазами комнату, но при этом умудряясь не упускать Левебарта из виду. — Твои друзья почти все мёртвы. А-а-а-а-а, конечно, забыл. — он рассмеялся, — Кроме тех, что сами испугались и убежали. Видимо, вы совсем не ожидали, что вам дадут отпор. Вот только это мое королевство и предано оно мне.

— О, милый мой друг, ты так в этом уверен? Помнишь, ведь мы все когда-то были добрыми друзьями. А оказались в такой ситуации, что дружба немного подкоретировалась моими условиями. Да, они мертвы. Но зерно сомнения уже поселилась в чудесных головешках дам, которые убежали из дворца. Это зерно уже взросло в народе и окрепло там, где бедные люди годами горбатились на великую Вельмарту— иронизировал он. 

— В кого ты играешь, Левер? Ты думаешь, я не понимаю, зачем тебе это нужно? Власть, элементарная власть и деньги. Тебя ставили все выше и выше, вот только тебе было мало. И даже сейчас, когда ты фактически проиграл, ты никак не можешь признать свою никчемность. Сын простого бедолаги, все рвался из своей нищеты, не желая быть такой же бездарностью как и отец. Пытаешься выдвигать свои условия, но даже не осознаешь как ты жалок и глуп. Ты, — Деймон приблизился к нему, — никчёмен. — И это стало последней каплей. Сердце совершила кульбит, я смотрела за происходящим не отрываясь. Левебарт бросился на Деймона в такой бешеной ярости описать которую было бы сложно. Невероятно обиженный человек сейчас пытался убить обидчика. Вот только кто здесь жерва? Левебарт просился чуть ли не с кулаками, но, вовремя опомнилася и отдался магии. Деймон ждал вспышки этой его слепой ярости. Не холодный расчет, а свирепство, руководившее им было его худшим противником и лучшим союзником. 

Темно-зеленая магия с силой света обрушилась на Деймона, но тот очень ловко увернулся, и, не давая сопернику опомниться, пустил свою тьму в него. Не подействовало, Левебарт как раз в этот момент подал вторую вспышку. Сражение наполовину из расчета и опыта, на половину из мести и обид происходило ужасающе, но зрелищно. Две мощные темные силы, победит тот, кто должен по судьбе. А, возможно, судьба вершиться прямо на глазах, а не по определению. И какая бы она не была, я не могу позволить, чтобы с Деймоном что-то случилось. Иначе все это было бы бессмысленно. Вся эта боль - безосновательна. Битва длилась уже долго. Наступал то один, то второй, и если у Деймона был больший магический потенциал, но он его потратил на первое сражение, в то время, как Левебарт не участвовал в драках, он берег себя для этого боя. Причин драться хватало у обоих. Но они начали уставать. Сейчас одно неловкое движение и проиграет ослабший. Я не позволю. Нет. 

В голове лихорадочно образовывался план. Только хватит ли сил, смогу ли я? Не навредить бы и помочь. Такие волны пустить снова не получится, я слишком боюсь за Деймона, что бы ненавидеть Левебарта и дать своей магии подписаться гневом. А такие волны только ненавистью и питаются. Преимущество, - Левебарт меня не видит. Недостаток, - меня увидит Деймон и попытается защитить. Я постепенно подхожу все ближе. Золотые язычки пламени пощекотали кончики пальцев. Нет, подожди-ка еще немного, пока не время...

Во время жесткой атаки Деймон пригнулся и заглянул за спину противника, увидел меня, и на секунду, всего на секунду отвлекся. Зашипел что-то, и снова ринулся в бой. Но эта секунда не прошла даром. Левебарт схватил Деймона за руку магическим щупальцем и дико сжал. Деймон молчал, терпел и его собственная тьма обхватила его до плеча, освобождая от тисков. Снова атака и на этот раз черное и темно-зеленое сходятся одним потоком. Нельзя терять концентрации, ведь если потеряешь всего на секунду - ты труп. Идет битва силы моральной, физической и магической, тонкая струйка пота стекает со лба лорда. И я понимаю, что это идеальный момент. 

Жидкое золото концентрировалась в руках, почти опаляя их приятным теплом. Магия, очень сильная эта магия, почти вся моя магия сейчас в моих руках. Она растет и как бейсбольный мяч становится упругой и прочной. Золото перетекает сгустками, в эпицентре делаясь почти белым. И становится ясно, еще чуть-чуть, и сила просто убъет всех вокруг, а не только Левебарта. И тогда я подняла руки и с криком выпустила ее. 

Миниатюрное солнце взорвалось гранатой прямо у головы Левебарта. Ударная волна прошла по всем нам и мы разлетелись по сторонам. Не сильно это сказалось на мне, несильно на остальных людях, но Деймон и Левебарт тяжело пошатнулись и их понесло. Левебарт был жив, но и Деймон тоже. Но первый был слабее. Вот этот шанс, ну же, давай! И Деймон хлынул лучем тьмы на противника. Абсолютной тьмой. Наконец, Левебарт закрыл глаза и упал. Я выдохнула. Закончилось. Но прежде, чем самой осеть на пол, поняла, что Деймон тоже лежит и не шевелится. 

Какую радость я тебе доставлю!
Смотри: сразившею тебя рукой
Сейчас сражу я твоего убийцу.*

Сердце мое глухо пропульсировало и пропустило удар. Шок и страх. Пересилив всю боль и не обращая внимание, на то, что я в чужой крови, я поползла к милому. Это любимое лицо, как же я по нему соскучилась. Тысячи мыслей и ни одной в миг. Сложно дышать, сложно кричать и сложно плакать. Я подмяла себя под него и поцеловала лоб. Рука поплыла по жестким волнам черных волос. Я не смогу без него больше. Только не сейчас, прошу. И я, неверящая в Бога, молилась ему в этот момент. Готова была помолиться даже этой Самарии, лишь бы Деймон был жив. Лишь бы только поймать эту до дрожи любимую усмешку снова, лишь бы опять раствориться в темных магических омутах родных глаз. Пожалуйста, прошу, пожалуйста. Фоном рядом копошилась Эксалита, ее потряхивало, но она ощупывала пульс. Не могла сосредоточиться, я тоже. Деймон пожалуйста, услышь меня. Деймон. Наклонилась я к его уху, прошептала:

— Смерть - это легко. Жить намного сложнее. Для меня, пожалуйста, Деймон, живи. Я умоляю тебя, милый.

Раз. Секунда. Два. Секунда. Три. Секунда. Тихо. Он не живет. Я не слышу, как Эксалита ударяется об пол, а кто-то поднимает меня за руку, я не чувствую. Меня волочат куда-то а перед глазами все смылось. Не могу осознать, не могу понять. Дей-мон, Дей-мон, бьется мое средце, Дей-мон, Дей-мон, глухо вторит. 

Сквозь пелену слез не видно ничего. Я бессмысленно пытаюсь разглядеть того, кто меня куда-то волочит. Смахиваю слезы и умираю снова: это Мирлин.

— Как же ты мне все попортила, дура. Единственная настолько тупая здесь, и столько хлопот из-за такой идиотки. Одна мелочь стоит на пути у великого и все перед ней пляшут. — В горле пересохло, я не могла и слово смолвить. А даже если бы и могла, не знала бы, что. Ноги стали ходить, шок отрезвил меня и заставил притупить чувства. Про что она говорит? Что "великое"? — Маленькая принцесса наивно считает, что добром может рассчитывать на свое "долго и счастливо"? Что любовь спасёт этот мир? Бедный Астар, провозился столько времени с такой бездарностью. Но ничего, скоро ты увидишь свою горячо любимую мамочку и проживёшь долгую жизнь. Это я тебе обещаю.

Мы все спускались вниз. Я передвигала ногами и ели успевала за Мирлин. Дать отпор невозможно, кажется магии осталось только что бы образовать маленький ветерок в ладошке. Мысли скакали рвано, бились о черепную коробку и так по кругу. Я огляделась. Ведет меня по направлению к подземелью. Не уж то... Ведет меня к порталу?