Отражение жизни в Тебе

Кем мы станем 7 часть

С того самого сообщения Виктуар стал, кажется, немного смелее. Во всяком случае, он уже трижды с того раза сам предложил встретиться, и дважды пришел без приглашения ссылаясь на то, что просто проходил мимо. Ан была не против сидеть с ним в одном помещении, какое-то неуловимое чувство спокойствия исходило от этого парня.

Вот и сегодня, он неожиданно пришел, принес с собой любимый горький шоколад Ан, уселся на тот самый диван, и сидел там молча. Они поглядывали друг на друга, но как-то иначе, чем в первый раз. Сейчас эти взгляды говорили что-то вроде «я знаю, что ты здесь, и хочу посмотреть с каким выражением лица ты сидишь прямо сейчас». Оба что-то писали, иногда увлеченно, а иногда сильно задумываясь. Вдруг Виктуар отложил блокнот, откинулся на спинку и стал просто смотреть, с загадочной улыбкой. Ан увидела это, но ничего не сказала, продолжая заниматься тем, ради чего она сейчас здесь. Дома ей не так хорошо работалось, как в этом зале. Дома она никак не могла собраться, ходила из угла в угол, пила кофе, листала ленту, и не могла заставить себя сделать то, что нужно. Ей нужно прийти сюда, сосредоточиться, попасть в другую атмосферу, чтобы быстро и хорошо закончить работу. Она не собирается отвлекаться на тех, кто просто пришел посидеть вместе.

- Она сидела среди звезд, чужая и своя одновременно.

Я обратился к ней, она не повернула головы.

Скажи, ответь, любовь бывает временной?

Ведь если да, мы не останемся в живых.

Ан застыла, замерла, словно очнулась и провалилась одновременно. Она подняла голову, посмотрела. Виктуар сидел все так же, и смотрел на нее своими небесными глазами, прожигая ими словно огнем. Он чуть помолчал и продолжил.

- Ее волосы струились в бесконечность.

Ее глаза смотрели томно вдаль.

Я не искал и не хотел с ней встречи,

Но встретив, готов ей все отдать.

Она мне улыбнулась мимолетно,

Как будто я лишь миг ее души.

И испарилась благородно.

А я остался, желая согрешить.

Аннет впервые посмотрела на него как-то иначе. То, как он читал эти строчки, его голос, медленный, размеренный с весомыми паузами, его взгляд… Весь его вид и настроение тронуло что-то внутри слишком сильно и слишком неожиданно. Они еще долго смотрели друг на друга, пока Ан не очнулась.

- Чьи это стихи?

- Мои.

Виктуар продолжал проваливать ее в какой-то свои мир, до этого неведомый, незнакомый. И ей впервые искренне захотелось в него провалиться.

- Когда написал?

Он медленно встал, подошел, почти что нагло, но очень расслабленно и как-то даже мягко сел на край стола. Коснулся ее щеки, провел рукой по выбивающемуся локону.

- Я не писал их. Я просто рассказал их тебе. Прямо сейчас. Я уже не смогу их записать, и строки и рифмы уже улетели из моей головы наполовину. Эти стихи предназначались только тебе, только сейчас, только в этот момент. Больше их никто никогда не услышит.

Ан впервые была поражена этим парнем. И ощутила неведомое до сих пор очарование, магнетически притягательное. То, как он говорил, то, как он касался, хотелось продолжать слушать, продолжать чувствовать. Она вдруг стала ненасытной, и удивилась самой себе. А он все так же вальяжно сидел на краю стола, вертел в руках ее ручку, несмело улыбался. Поправил свою солнечную волнистую прядь, упавшую на глаза. Его юношеское лицо в этот момент казалось таким светлым, и таким печальным одновременно.

- Я прямо здесь, перед тобой, сраженный.

Я прямо здесь, открытый, обнаженный.

Но глядя на меня ты видишь пустоту.

Я невидимка на своем посту.

Он грустно улыбнулся, наклонился через стол, его губы оказались слишком близко. Так, что она чувствовала их дыхание на своей коже, и не могла пошевелиться. Он коснулся пальцами щеки, коснулся этого же места своей щекой. Его кожа была гладкая, мягкая, бархатная. Он поцеловал кончик уха и едва слышно прошептал.

- В твоих глазах я вижу звезды и планеты.

В твоих глазах я вижу млечный путь.

Позволь узнать тебя, и где ты.

Или оставь меня, и навсегда забудь.

Ан не дышит, не смотрит, не существует. Она не знала, что самые обычные слова, самые простые слова могут ее погрузить в сказочный мир. Выбираться оттуда не хотелось. Не открывая глаз, она вдохнула его запах у шеи, коснулась губами, и так и осталась, не желая отстраняться или как-либо еще двигаться. Ей нужно было прийти в себя, и почему так трудно, и почему она вообще все это чувствует. Удивление, глубину, вину, томность, мягкость и притяжение. Виктуар провел рукой по ее плечу, шее, волосам, мягко поцеловал щеку, веко, нос, губы. Слишком медленно, слишком осторожно и уверенно одновременно. Потом отстранился, встал, какое-то время помолчал, наблюдая все краски смятения, смущения и сумасшествия на лице Ан, и сказал.

- Мне пора идти. Я еще напишу.

Вернулся к дивану, забрал свои вещи и сумку, последний раз глянул на нее и вышел. А Аннет осталась. Раскрасневшаяся, непонимающая сама себя, выдернутая из привычного мира. Что такого произошло, что она так себя чувствует? Впервые она увидела его, настоящего его. Ни маску, не воспоминания, не ее представления, а настоящего человека с тем глубоким миром, что он ей показал. С теми глубокими чувствами, что он ей показал, а она увидела.

Так что же она творит в конце концов? Что творит… Она не хочет чувствовать то, что чувствует сейчас. Не хочет стыдиться, винить себя. Желать тоже не хочет. Она всегда мечтала о том, что однажды встретит человека, который будет сводить ее с ума, будет для нее поддержкой, утешением, будет недостижимой звездой и сокровищем в руке одновременно. Она мечтала, чтобы он понимал ее, все ее слабости и всю ее силу, и был рядом несмотря ни на что. Так почему! Так почему…

Эти двое. Сейчас она поняла это, только сейчас. Как несправедливо, что они два разных человека. Ведь если помечтать, тот идеал, о котором она всегда мечтала, это сочетание этих двоих. Это нечестно, что придется выбирать. Часть себя, часть желаний, одного. Это не честно!