Отражение жизни в Тебе

Кем мы станем 10 часть

Виктуар прибежал в зал запыхавшийся, раскрасневшийся, забежал, и как-то неловко вмиг остановился прямо по центру. Так, словно спешил сюда, боясь, что она исчезнет, а теперь не знает, что делать. Ан смотрела на него, на этого мальчишку, он выглядел как студент, который опоздал на пару к строгому преподавателю. Разгоряченный и виноватый, вот-вот скажет «извините, можно войти», и чуть кланяясь протиснется на задний ряд. Ей хотелось поцеловать этого мальчишку, жарко и пылко, и стать точно такой же студенткой. Хихикать за партами, прятаться за углом, чтобы найти желанные губы под едкие комментарии окружающих, отогревать горячими стаканчиками кофе замерзшие пальцы на морозе, и быть просто счастливой, и ни о чем не думать. Ей правда хотелось, но для нее все это было уже десять лет назад. И как бы сильно она ни желала сейчас подойти к этому мальчишке и упасть в его объятья, она не сделала этого, а только тяжело вздохнула.

- Привет. – После долгой паузы сказала она. – Ты на меня злишься?

- Нет, не злюсь.

- А почему молчал так долго?

- Потому, то ты молчала так долго.

- Не важно… Я думала все это время.

- Я тоже думал.

- И к чему пришел?

- К тебе пришел, как видишь.

- Вижу.

Ан уронила голову на руки, ее черные волосы волнистым водопадом касались стола. Она вздохнула, и прямо так, из-под завесы, как будто это было проще и легче, продолжила.

- Знаешь, я ведь правда влюбилась в тебя. Сильно влюбилась.

- Но?

- Прости. Прости…

Она подняла голову и Виктуар увидел слезы. Он хотел бы подойти, обнять, сказать, что все будет хорошо, чтобы она не плакала, чтобы… Но не смог. Он не имел такого права, или никогда, или теперь.

- За что ты извиняешься?

- За то, что я сейчас скажу. Давай больше не видеться никогда. Так… Так будет лучше, для всех.

- Ты уверена, что для всех?

- Да, со временем ты поймешь.

- Со временем… Вот как.

- Да.

- Хорошо. Как скажешь, моя королева.

Зачем он добавил это обращение, он сам не знал. Просто вырвалось, может из-за горечи, может из-за собственных ощущений, что так оно и было. После этих слов он только кивнул, и вышел из зала, точно так же, тихо закрыв за собой дверь, как месяц назад. Ан еще долго смотрела на эту чертову закрытую дверь, даже не пытаясь сдержать слез. Так будет лучше, точно будет лучше. С одной стороны ей было невероятно тошно от того, что она сама сделала, с другой стороны, ей было невероятно легко от того, что наконец-то приняла решение, может быть самое трудное решение в ее жизни.

Спустя еще неделю, уже в более-менее нормальном и привычном состоянии себя, Ан лежит на диване в кабинете подруги, и устало пялится в потолок. Диван большой кожаный, наверняка на нем многие клиенты пролили слез, которых хватит заполнить несколько морей. Впрочем, она сама не исключение, сколько раз сама лично рыдала здесь навзрыд. Здесь, в этом кабинете Ан нравилось все. И обстановка в теплых коричневых тонах, и полумрак, и письменный стол, на котором всегда лежали какие-то папки, но за которым никогда никто не сидел. И шкафы с книгами, и кресло, на котором Лита всегда разваливалась по-хозяйски, но все-таки профессионально. Да, здесь каждый метр был таким уютным и таким приятным, что хотелось остаться в той комнате навсегда.

- Так, значит, ты все-таки уезжаешь? – Лита повторила свой вопрос, вырывая Ан из размышлений.

- Да, уезжаю. Я решила, что так будет лучше. Меня уже давно зовут в эту компанию поработать в штате, а я все отказывала. Когда как не сейчас?

- И надолго?

- На два года.

- Не страшно? Все-таки другая страна, другая обстановка.

- Нет, это как раз то, что мне сейчас надо. Я так устала от этого города, от себя в этом городе, мне это нужно, понимаешь?

- Понимаю. Единственное, чего я понять не могу, так это за что ты так с Диком.

- Ты же знаешь, мы ни о чем с ним не договаривались.

- Да, знаю. И все-таки… Я сейчас тебе скажу кое-что не как психолог, а как подруга. Подруга вас обоих.

- Я вся внимание. – Ан повернулась, и села на диване, скрестив ноги.

- Я тебя за это не прощу. За него не прощу. То, что у вас было последние несколько месяцев, так не было никогда. Ты позволила ему почувствовать надежду, а потом грубо отправила в нокаут. И не говори мне, что вы там ни о чем не договаривались, и все вот это дерьмо. Нет, ты сама знаешь, что это не правда. Ты знала к чему все идет, и позволила всему этому произойти. А он сейчас чувствует себя не лучше выброшенных на помойку старых штанов. И это ты сделала. Нужно было либо не начинать всю эту кашу, либо остаться с ним. Ты дура, Ан.

Аннет смотрит. На то, как говорит подруга, на выражение ее лица, следит за интонациями в голосе, падает в ад. И только одна смутная мысль не дает ей покоя.

- Подожди, так ты все еще…

- Люблю его? Да.

- У тебя же муж, ребенок.

- И что? Мужа я тоже люблю, но как-то иначе.

- Все это время?

- Все это время… Знаешь из-за чего мы тогда расстались? Из-за тебя.

У Ан поднимаются брови, от удивления, от смущения, и непонятной злости. Она не знает почему так себя чувствует, и не знает как теперь с этим быть. Может, просто быть.

- Из-за меня? – Повторяет она тихим шепотом.

- Да. – Лита вздыхает, поправляет челку, протирает пальцами глаза и вздыхает еще раз. – Когда мы с тобой познакомились, мы с ним уже встречались. Уже сильно позже, почти перед расставанием, он признался, что безумно в тебя влюбился, и ничего не может с этим сделать. Ну а для тебя он всегда оставался неким соседский парнем, таким, что был просто под боком. Я решила во все это просто не лезть. Он так просил прощения тогда… Говорил, что не может больше врать, и быть со мной просто потому, что мы уже вместе. Ну мы и расстались.

- Вау… Почему мне не сказали?

- А это что-то бы изменило? Ты себя то помнишь в то время?

- Помню.

- Ну и чего спрашиваешь тогда. Даже сейчас, вот, знаешь, и что? Неужели побежишь к нему?