Отражение жизни в Тебе

Это любовь

Он просыпается утром рано. Потягивается и прижимает к себе ещё ближе любимую девушку. Он знает, что скоро той вставать, а потому, специально проснулся раньше, чтобы посмотреть на такое прекрасное спящее лицо. Он убирает несколько прядей ей за ухо и целует в лоб.

Обнимает крепче и чувствует, что в его руках будто хрусталь, нежный и неповторимый. Он все сделает, чтобы его не разбить. Чтобы её не разбить.

Это любовь.

Она одевается утром рано, на цыпочках. Чтобы не разбудить того, кто ещё спит так сладко. Она специально надевает носки, чтобы не шаркать тапочками и не шлёпать босыми ногами. У неё даже есть специальный ящичек с такими носками, удобными именно для такого случая, чтобы открывать и брать какие под руку попадутся, не рассматривая. Ее парень удивляется, зачем ей два разных носочных ящика? А она только улыбается и не рассказывает, у всех есть свои секреты.

Это любовь.

Он ждёт свою девушку у входа в компанию, ждёт уже минут тридцать. Он знает, что та работает и, бывает, не замечает времени, он улыбается. Снова и снова шагает, отмеряет давно знакомое количество тротуарных плиток, вдоль и поперек давно уже все пересчитаны. Сегодня он их считает на полботинка. Из дверей вылетает раскрасневшаяся девушка, кидает взгляд на часы и виновато улыбается.

-Давно ждёшь?

-Нет. Ты очаровательна ещё больше, когда приходится тебя немного ждать.

Это любовь.

Она спускается завтракать. Её волосы растрепаны, её помада размазана, ей скоро выходить. Успеет ли проглотить пару бутербродов и выпить кофе? На кухне кто-то шумит. Она заходит и видит его в фартуке и с тостами в руках. На столе уже стоит горячий кофе, а также зеркальце, расческа и помада.

Это любовь.

Он обнимает со спины свою девушку, что тихонько плачет, целует ее в макушку. Он был осторожным, но все равно поранился, а теперь сидит в больничной палате с перевязанной рукой и пластырем на лбу. Он шепчет, что все хорошо и скоро поправится. Она никогда не привыкнет видеть его таким, и никогда не хочет видеть его таким, ей больно. Но она разворачивается, улыбается и смотрит гордо в глаза взглядом, который говорит: "мой герой".

Это любовь.

Она смотрит на бардак в комнате. На не заправленную кровать, на вещи, что который день висят на стуле. На не разобранные письма на столе. Вздыхает, садится за стол, берет пачку маленьких стикеров и пишет на них что-то. Потом ходит по комнате и расклеивает бумажки с надписями:

"Я буду счастлива, если ты будешь меня заправлять"

"Мы будем рады, если ты будешь нас вовремя разбирать"

"Может, сер соизволит повесить нас в шкаф?"

Она улыбается и идёт в душ.

Это любовь.

Он сидит на подоконнике и скучающе смотрит вдаль, хочет обнять человека, что так не хватает, но ее не будет ещё несколько дней. Деловые поездки были, есть и будут. Он вздыхает, облокачивается о стену и постепенно засыпает. Сквозь сон чувствует знакомый запах, такие нужные объятья. Открывает глаза и видит перед собой ее, вопросительно смотрит.

-Я приехала раньше к тебе, не смогла больше там оставаться.

Это любовь.

Она приходит поздно вечером, устала и уже очень хочет спать. Заходит в комнату, он спит, подложив руку под щеку. Она улыбается, сбрасывает каблуки и направляется в ванную, только бы доплестись потом до кровати. Заходит и замирает. Горячий пар в комнате, наполненная ванная, в которую течет тоненькая струйка горячей воды. Рядом стоит маленький столик с десертом, чашкой и чайником ароматного чая.

Это любовь.

Он бегает за ней по лужайке в парке, ловит ее и кружит, они смеются. И не важно, что скоро осень. У них нет осени, и зимы не будет, никогда не будет. Потому, что они сами так решили. И пусть все вокруг говорят, что это пройдет. Пусть. Они хотят продолжать смотреть друг на друга так, как сейчас, и ни за что не покрываться корочкой льда.

Но какая разница, что будет потом, если сейчас есть парк, улыбки, они друг у друга и клятвы, что так будет всегда.

Это любовь.

Она смотрит на кольцо на пальце. Теребит его, крутит, то хмурится, то улыбается. Она слушает почему он не любит читать книги, почему философствовать это глупо, почему все в мире давно фальшь. Она в который раз открывает рот и говорит, говорит о том, что все не просто так, что у всего есть смысл, что солнце светит и одно это может подарить улыбку. Она говорит о том, что не бывает везения, но бывает вера и упорство. А он отвечает, что все просто, кому-то везет, а кому-то нет. Они хмурятся оба, но потом все равно обнимаются. Эти разговоры никогда ни к чему не приводили.

Это любовь.

Они гуляют в парке потому, что знакомые тропинки. Потому, что красивый вид, а еще нужно же где-то гулять. Они держатся за руки и хотели бы так держаться еще долго. Холодно, осенний морозец выдает изо рта облачка пара. Скоро зима. И они будут сидеть дома и слушать завывания снежного ветра за окном, и не хотеть никуда выходить. А пока, еще можно прогуляться даже если холодно, даже если он терпеть не может холод, просто ей нравится.

Это любовь.

Она приходит поздно вечером и не ждет ни цветов, ни ванны. Потому, что он тоже пришел поздно вечером и тоже устал. Она переобувается в домашние тапочки, вешает на крючок пальто, переодевается, открывает ящик с носками и думает о том, что давно пора переложить их в одно место. Но сегодня, как и всегда, делать этого не хочется. Закрывает, пусть так там и останутся. Он зовет ее ужинать в микроволновке разогретым супом, и это становится даже романтично.

Это любовь.

Она просыпается утром рано, она знает, что им скоро вставать. Хотелось поспать подольше, но не вышло, не случилось. Почему-то тело само проснулось раньше будильника. Может быть это и к лучшему. Хотелось подумать о чем-то своем, спокойно подумать и даже может быть прийти к какому-то решению. А решение было трудным настолько, что и думать о нем не хотелось.

Как давно они не говорили о важном, о нужном, о том, что внутри и на чем все держится. На чем держится ее мир. Сколько бы ни говорили, так ни к чему и не приходили. Она чувствовала себя левой рядом с правым, холодом рядом с огнем, жарой рядом со снегом, океаном рядом с пустыней. Все, что их связывало – это было одно единственное слово «рядом», ну, пожалуй, еще слово «люблю». Но этих двух слов не хватало, чтобы удержаться вместе. Ведь кроме этих слов между ними больше не было ничего.