Отражение жизни в Тебе

Где реальность? 4 часть

«Да как она могла… Как могла! Это же я, это она обо мне! Ну и что, что другой мир, сюжет.. Да какой там сюжет! Его зовут как меня, он выглядит как я. Чувство, будто меня украли, сделали жалкую копию. Но…. Как же она похожа. Этого не может быть, точно не может. Почему у меня ощущение, словно она знает меня лучше, чем я сам! Черт… И ей хватило двух встреч, чтобы написать все это? Смешно, это просто смешно, это непостижимо! И что, взяла и приписала приложение в виде себя? Да я бы никогда так не поступил! К чему мне такой бесполезный балласт, в виде девчонки, которая ничего не умеет. И почему меня все это так злит! Бред… Это какой-то бред.»

Элиан пнул подвернувшуюся банку, та звякнула о стену дома и укатилась. Листает, листает, листает страницы, в зачем-то купленной книге. В который раз переворачивает обложку, смотрит на фото, ругается, снова листает страницы. Будто разговаривает с автором, высказывая все, что думает.

Первый порыв подорваться и прибежать к дому этой наглой девчонки он успешно подавил. Мотивировав это тем, что дела еще есть, ни к чему срываться. Но поскольку внутри кипело и бурлило, мысли и слова нашли выход вот в таком монологе с напечатанным фото.

- Дрянь!

В который раз выругался он, чем привлек внимание прохожих, но сам на это внимания не обратил. Хотелось умчаться, ворваться, предъявить! Но что он предъявит? Использование имени? Да, конечно, не каждый второй носит это имя, но все-таки оно не лично запатентованное. Копирование характера? Смешно, очень смешно. Элиан прекрасно знает, что не один он такой на всем белом свете. Вот если бы они ни разу с этой Доминик не встречались, тогда он бы никогда и ни за что не обратил внимания на подобную литературу. Да и что говорить, на литературу в принципе.

Сделала их друзьями? Да, собственно, какая разница, какие бывают фантазии у людей далеких и недалеких. Но почему же внутри у нее сейчас такое стойкое ощущение, что его так нагло использовали, и будто выкинули, как не нужный мусор. Впитали, разобрали, открыли всему миру, и разрешения не спросили. И, главное, ничего с этим не сделаешь.

- Черт!!!

Спустя несколько дней мужчина все-таки немного успокоился, правда в эти дни к нему боялись обращаться даже кассиры. Он покупал сигареты, пачку за пачкой, мрачно смотрел в небо, проклинал себя и ту странную девчонку, злился, хмурился до спазмов мышц, и просто делал свою работу.

Чем больше он думал, тем отчетливее понимал, что не имеет права никого ни в чем винить, тем отвратительнее становилось настроение. Он привык к четкой логике. Есть действия, есть последствия. Здесь же выходило, что действие существует, а последствий никаких не будет. Странная выходила история, как ни посмотри. И он впервые в жизни не знал, что ему делать, или не делать вовсе.

Пойти и поговорить? И что это даст? Книга уже на полках, судя по всему, популярная книга, судя по всему, будет продолжение. Что даст этот разговор? Внутреннее удовлетворение, что он не пустил все на самотек? Да и не понятно, что именно на самотек. Опять-таки, мысли упирались в тот факт, что предъявить нечего. Тогда зачем разговаривать?

Но поговорить почему-то хотелось. Может быть для того, чтобы избавиться от чувства, что его использовали, хотя понимание этой сути клокочущей злости лежало где-то очень глубоко, тщательно закопанное.

В конечном итоге, сквозь уговоры и противоречия, сквозь беседы с самим собой и с фотографией, он решил, что лучше пусть они встретятся, и все это закончится, чем вот так сидеть в одиночку и переваривать внутреннюю кашу.

И вот, спустя всего несколько дней, он уже стоит у ее дома, не зная даже с чего начать разговор.

- Джо, я тебя прошу, я тебя умоляю, пожалуйста, ничего не трогай. Я тебе рассказала про заедающий диван не для того, чтобы ты его чинил, а просто поныть, понимаешь?

Девушка с парнем неторопливым шагом приближаются к дому. Она поправляет локоны, лезущие из-за ветра в глаза, вымученно улыбается, он тащит пакеты с продуктами.

- Но ты же знаешь, я могу! Тебе и так сейчас тяжело, я же вижу. А я могу помочь.

- Я знаю, как ты можешь помочь. После прошлого раза мне пришлось менять проводку на кухне. Я лучше позову мастера, все нормально.

- Ты устала. Так и не пишется?

- Нет, я написала. Я написала финал.

Вдруг девушка остановилась, застыла, и потерялась. Прямо здесь, прямо у ее подъезда, стоит человек, ее герой, ее обожание, ее слабость. Собственной персоной, таким, каким она его запомнила. Все в той же куртке, в тех же штанах, с тем же выражением лица. Правда, сейчас в выражении было что-то новое, пока не известное, но очень интересующее.

- И какой же ты написала финал? – Элиан нагло подошел вплотную, посмотрел сверху вниз, слегка наклонил голову на бок. – Я так понимаю, что это тот самый Джо? Не таким я себе представлял твоего парня.

- Он не парень, просто друг. Ты читал?

- Довелось.

- Эй, Доминик, подожди! Это что, это я в твоей книге?? – На его лице промелькнул восторг, радость, очарование, а потом нотки разочарования. Но на него сейчас было всем плевать.

- И как тебе книга?

- Отвратительно.

- Значит, тебе понравится финал. Больше я писать не буду.

- И почему же?

- Чтобы писать, мне нужен ты, а ты исчез. Я не могу больше это писать.

- Это и отвратительно. Ты даже не спросила можно ли писать обо мне книгу.

- А разве я пишу о тебе?

- А разве нет?

- Нет. Можешь считать себя музой, но не больше.

- Где ты таких муз видела?

- Вот сейчас вижу. И что?

- Ладно, допустим, я скажу, что можно про меня писать …