Отражение жизни в Тебе

Что будет потом? Когда я скажу тебе «Да». 8 часть

Спустя 7 лет.

Лучи утреннего солнца заглянули в квартиру через щелку в плотных шторах. Хотели сбежать по-быстрому, но решили еще немного поиграться, и поползли исследовать темные уголки.

Вот письменный стол, на котором аккуратными стопками разложены папки с бумагами. Вот стена с фотографиями, на которых то веселятся, то гуляют, то обнимаются два человека. Вот спортивная форма, сложенная хамоватой кучкой в углу, так и не добравшаяся до стиральной машинки. Наверняка, хозяйка этой квартиры будет тихо ворчать по этому поводу, как только проснется, но все равно привычными жестами соберет одежду в охапку и отнесет по должному адресу.

Вот картина, висящая на одном гвозде. Слегка покосившаяся, но сколько ее не поправляй, все равно через какое-то время возвращающаяся в свое привычное состояние. Она появилась здесь лет пять назад, с гордостью и радостью отобранная у уличного художника в одной из редких совместных поездок. Ничем не примечательная, но почему-то полюбившаяся.

Вот книжные полки. На которых стоят частично документы, частично философские книги, частично детективы, которые обычно покупают чтобы скрасить пару дней в поезде. Так, собственно, они и появились. Еще на полках стоят несколько сувениров, пылятся две ракушки и присел в уголке странный зеленый медвежонок, когда-то на спор выигранный в тире. Он уже давно выцвел, посерел, обычная дешевая игрушка, но для обитателей квартиры у него была не обычная история.

Вот шкаф с одеждой. За дверцами, с краю, висят две отутюженные формы, наверное, по ночам они рассказывают друг другу, что сделали за день их хозяева, но днем почему-то молчат. А следом за формами нагромождение пухлых, ломящихся вешалок. Под висящей в шкафу одеждой спрятался пылесос, который подарили еще на свадьбу, но доставался он редко. Отчасти потому, что некогда было им воспользоваться, отчасти потому, что когда это время было, про пылесос в большинстве случаев никто не вспоминал.

Вот боксерская груша притаилась в углу. Слегка потрепанная, и побитая жизнью и ногами. В этой квартире редко повышали голос, но если такое случалось, то тот, у которой кипело не так сильно, ставил другого в этот угол, и кидался перчатками. Когда же клокот эмоций стихал под гулкими ударами, иногда по очереди, они шли на кухню, заваривали чай и разговаривали до утра.

Это правило появилось после нескольких громких ссор, вызванных непримиримой точкой зрения и упрямыми характерами. После первого и последнего поиска друг друга по барам и очередной покупки новых тарелок, было принято решение прикупить еще и грушу.

А вот и кровать, два сбившихся одеяла, две помятые подушки и два человека, мирно посапывающие еще десять минут до первого будильника. Первая завернулась в одеяло практически с головой, высунула только нос, и занимала самую малую часть кровати, почти падая с края. А второй, позой звезды раскинул руки и ноги, едва прикрытый. Даже его светлые волосы распластались по подушке, как только смогли.

Прозвенел будильник. Громко оповещая спящих, что пора вставать. Делайн выпуталась из складок и села с закрытыми глазами, свесив ноги. И, не открывая глаз, похлопала по плечу Лиама.

- Давай, просыпайся.

- Угу.

Ответил тот недовольно, но тоже сел. Слегка потеребил волосы, медленно встал, обошел кровать, шаркая тапочками, и поцеловал жену в лоб.

- Доброе утро.

- Доброе.

После привычного обмена утренними любезностями, они разошлись. Мужчина отправился в ванную, а женщина на кухню. Один сонно чистит зубы в то время, как вторая сонно заваривает кофе. Потом они поменялись. После всех процедур и готовых чашек на столе, молчаливое перелистывание новостей на экранах телефонов под глотки обжигающего горького напитка.

- Сегодня я помою. – Лиам забрал посуду и отправился к раковине.

- Хорошо.

Одинаковое количество пуговиц на форме, одно и то же время, чтобы застегнуть кобуру. Одна и та же шнуровка, одни и те же фуражки. Только погоны разные.

- Идем?

Женщина прихватила пару папок со стола, положила их в портфель.

- Да.

Привычная улица, привычные здания, все та же дорога. Лиам как-то считал, они идут одно и то же количество шагов до поворота.

Остановились в том же месте, легкий поцелуй.

- Хорошего дня.

- И тебе, шеф.

Улыбнулись, и вместе завернули за угол. Уже давно вместе, в какой-то момент стало бессмысленно все скрывать.

День, наполненный отчетами, бумагами, собраниями, чашками кофе, сытным обедом, людьми, заходящими в кабинет. Важными цифрами и неважными вопросами.

День, наполненный пугающими фотографиями, смеющимися коллегами, обедом впопыхах, встречей с людьми, важными вопросами и неважными ответами.

Эта работа выматывает, но дает ощущение, что делаешь правильно дело.

В конце дня у Ли завибрировал телефон. Он привык, что он вибрирует примерно в это время, и привык читать то, что высвечивает экран.

- (Я приду поздно. Не жди меня, ложись спать.)

- (Хорошо. Оставлю тебе ужин.)

Так отвечать он тоже привык. Не сказать, чтобы он был в состоянии приготовить еду после тяжелого дня, но заказать из ближайшего ресторанчика был способен. Вот и сегодня, по пути домой, зашел в этот ресторанчик и вышел со свертком.

- Вам как обычно?

- Да, спасибо.

И это «как обычно», каждый раз отдавало ноющей грустью. Эта фраза повторялась не пару недель и не пару месяцев. Счет шел на пару лет. Иногда ему хотелось сделать что-нибудь не как обычно, хотелось увидеть взгляд, который он видел уже так давно. Хотелось забыться, сорваться и увести свою жену куда-нибудь. Или на крайний случай погулять и развеяться. Но даже в редкие выходные, глядя на нее уставшую и вымотавшуюся, он просто укрывал ее пледом, садился рядом на диван и смотрел очередной фильм. Да он и сам устал.

Мужчина пришел домой, поел, поставил вторую тарелку с едой в микроволновку. Глянул на висящую грушу в углу с желанием пару раз по ней хорошенько ударить, но не стал. Переоделся и сел перечитывать один из детективов с полки. Еще пара часов и придет жена. Подождать или нет?