Отражения Одиночества

Глава 16

– Плохо? – сочувственно осведомляется Серафим.

Саша вздрагивает, хотя и слышала приближающиеся шаги, и только выше натягивает плед.

– Муторно, – честно признается она.

А еще больше всего я хочу забиться в угол и рыдать. И именно поэтому я пошла прочь из комнаты, – чтобы никто меня не видел.

Короткий сон принес мало облегчения, и Саша, пролежав в кровати почти час в надежде, что сможет вновь заснуть, с этой надеждой рассталось и отправилась сюда, в беседку, прихватив чай и вновь пожалев об отсутствии кофе. В четыре утра.

Наставник тоже пришел сюда в эту рань. Хотя он наверное и не ложился вовсе.

– Если ты хочешь – я уйду. Но некоторые вещи становиться легче пережить, если рассказать о них.

Саша неопределённо пожимает плечами, плотнее заворачиваясь в плед. Она не хотела рыдать при ком-то. Но с появлением наставника пришло тепло. И плед, кажется, стал греть в разы больше.

– Мне точно лучше, чем ему, – невесело усмехается она. Уточнять, о ком идет речь, не нужно.

Серафим, восприняв это как согласие на разговор, садится рядом. И протягивает ей чашку с ароматным кофе. И откуда?..

– Держи. Тот, кто был скиа, продолжил свой путь. Думаю, таков естественный порядок вещей – мы все когда-нибудь умираем. Обычно тени уходят в бою, развоплощенные Кругами или Конклавами. Но, как теперь ясно – есть и иной вариант. Более естественный, как мне кажется. То, что нам остается – оплакать мертвых и заботиться о живущих.

– Со мной все в порядке. Просто… Муторно. Словно гигантской мясорубкой пожевало. Знаю, что ему хуже пришлось, – чашка согревает руки.

– Это не имеет значения – кому хуже, а кому лучше. Нет смысла сравнивать себя с кем-то, все эти голодающие в Африке – только попытка обесценить собственные чувства, а делать это нет никакого смысла. Чувства-то от этого не исчезнут.

– Наверное, – Саша рискует глотнуть кофе. Теплый и вкусный, не приторный и даже не горький. – Прости.

– За что?

– Мне нужно было позвонить тебе. Или написать. Или связь использовать как-нибудь. Когда поняла, что Вася повинен в исчезновениях людей. Найти Катю или Колю, взять телефон. Известить тебя, а не бросаться вперед.

– Нужно было, – соглашается Серафим. – Но что сделано, то сделано.

– Ты не… сердишься? – выходит по детски, честно говоря. Саша и сама понимает. Но все равно хочет знать ответ. Почему-то сейчас это важно.

Наверное, она просто на деле все-таки не хочет быть одна. Сейчас. Слишком устала.

– Нет. Конечно, я хотел бы, чтобы ты обратилась ко мне. Но так же и понимаю, почему ты этого не сделала. Так что нет, не сержусь. Но надеюсь, что в следующий раз ты вспомнишь про меня. Вроде как на меня Вуаль Времени не набрасывали, – чуть шутливо заканчивает маг. – Хотя больше надеюсь, что «следующего раза» не будет. Но вероятности говорили, что и здесь не было для тебя опасности. И это оказалось совершенно не так.

– Я не думаю. На деле, несмотря ни на что – Вася не причинил бы мне вреда. Он был странным, имел большие сил, но оставался просто ребенком, тщетно надеявшимся, что кто-то сможет разделить его жизнь и его боль от начала и до конца. И только.

Именно поэтому она и не боялась. С самого начала – никаких дурных предчувствий.

– Мне бы твою уверенность.

Саша чуть пожимает плечами. Спорить нет желания.

– В любом случае - ты был где-то далеко и занимался важными делами.

– Был. И через неделю уеду опять, к сожалению. Меня и остальных вызвали для обучения нескольких групп магов. Ближе специалистов не было, а у нас соглашения. И, увы, отказаться нет возможности. Так что еще два месяца ты сможешь продолжать сеять хаос в городе к моему и Мишиному неудовольствию.

– Не буду. Мы вообще все зря сделали тогда. Катя с Колей если хотят пуская развлекаются, мне хватило. Это была длинная смена, и урок усвоен.

О том, что она вообще хоть раз в жизни еще раз напьется, Саша даже и не думала.

– Не стоит так сразу ставить на себе крест, еще успеешь, – усмехается маг. – Хотя, я надеюсь, остальное пройдет в рамках Закона. Но для начала тебе нужно отдохнуть. На деле ты отдала в этой истории сил куда больше, чем думаешь, и сейчас все кажется мрачным.

Саша фыркает.

– Все и есть. Просто… мы заигрались.

– Немного, – Серафим кивает. – Но это случается. Вы, по крайней мере, нос Сфинксу не отбивали.

– Что? Это…

– Нет, не я – усмехается наставник– но – да, молодые маги повеселились. Знатный скандал был, между прочим. Международный.

Саша фыркает. Она точно не будет делать ничего такого. Даже близко похожего.

– Расслабься, – Серафим треплет ее по плечу. – Все закончилось. Не требуй с себя ничего. Отдохни – и вновь развлекаться. Только аккуратнее.

Саша чуть улыбается. Грустно, на самом деле.

– Попробуй хотя бы. Никто не рассчитывает, что сегодня все будет как раньше, и ты будешь бодра, весела и готова к новым свершениям. И что вернувшись в город ты не завалишься на недельку на диван бездельничать.

– Вряд ли.

Она глаза закрывает и видит взрослого не по годам Василия. Чувствует его страх и его голод.

– Воспоминания не отпускают?

Саша чуть поджимает губы, не отвечая. Но ответ и не требуется.

– Я могу помочь. Это не больно.

– Я сама.

– Зачем?

– Что?

– Зачем – сама? Я верю, что ты можешь справиться. Но ради чего мучиться? Мне не сложно помочь, и определённо я буду более спокоен, зная после всего случившегося кошмары будут меньше тебя беспокоить.

Маг говорил так… естественно. Саша чуть повернулась. Серафим в своей неизменной черной одежде смотрел на нее с большой мягкостью.

– Нормально быть не в порядке, Саш. Никто не ждет, что все будет иначе.

– Прости. Я… знаешь, я хотела помочь ему. Но не могла. Нечем. Даже умирать как-то меньше страшно, как знать что нечем помочь.

– Со смертью нашей жизнь оканчивается, и боль вместе с ней. А вот со смертью других боль приходит к нам и не уходит боле. Не мои слова, но я с ними согласен.