Отставной гренадер армии Его Императорского Величества

глава 3

Васка лежал в утренней полудреме не разлипивши глаз. В голове стоял еще дух сновиденья который так сладко было не отпускать и додумывать по-своему. Чудилась ему девка с красной лентой в косе , чудилось как вытягал он ленту и коса разлетелась пышным ворохом волос, окутав  обоих  до пят. И видел он , будто уж не девка вовсе , а русалка смотрит на него , улыбается и густо пышет жаром. Васке и впрямь стало нестерпимо жарко, он выпростался и тут уж его нагнали житейские  звуки и запахи .

Открыв глаза он увидел Графену , колдовавшую мукой и ситом . Бездумно вперился в ее широкий зад, покачивающийся вслед движениям хозяйки , почувствовал мужскую тяжесть , прикрылся.

Графена поняла, что гость проснулся, обернулась:

-Уж трещщит сёдни и носу не высунешь, - сказала она, продолжая работать .

Васка прислушался, но только трещали  дрова в огне печи - Вот какая русалка обдала его во сне жаром .Дождавшись когда баба отвернется, он сел на лавке и принялся одеваться.

Графена украдкой глянула ,как солдат сидя в исподнем, справляется с одежей, подивилась крепости его тела . Таких мужиков она не видала.

На двор взаправду носа казать не стоило.Великая стужа стояла в ту пору на всей прикамской земле.Застыли убеленные деревья, пруды сделались хрустальные, падали на земь замертво птицы , всякое зверье жалась ближе к человечьему жилью . По ночам совсем рядом выли волки .Люди заводили скотину в дом.

Графена топила жарко , дров не жалели. Васка вызвался подсобить с порубкой как спадет мороз.

Гость прижился. Четыри дни кряду выуживал он из бездонного ранца гостинцы . Варили и пекли  овес , с салом томили перловку .Ели от пуза и были довольны. Антипьим малолеткам досталось подслащенных орехов, те сроду не едали такого лакомства и берегли его, прятали каждый в свое потаенное место. Мать понемногу сыпала им прибранное в первый день толокно, и дети блаженно щурясь держали его за щекой , пока совсем не размякнет. Потом долго жевали, показывая друг другу полные рты.

Седьмица текла уютно, Графена с девками занимались рукоделием , не пели, слушали мужской разговор. Мужчины плотничали  , чинили старые Антипкины снасти,беседовали.

Осьмилетний Ванька присаживался поближе к солдату , глядел как споро тот управляется одной рукой с работой, и выспрашивал про войну.

Василий понемногу разговорился, вспомнил поражение под Нарвой и Полтавскую победу. Про себя рассказал , что роду он военного, некогда именитого ,вышедшего из казанских татар, крестившихся при Иване Четвертом. Прапрадед его служил царю в опричине. Отца своего он не помнил,тот состоял в Казанском стрелецком войске, за что был без вины гоним и предан казни после московского бунта, о котором не ведал. Мать с двумя малолетышами долго скиталась по бедной уральской родне , да через десяток лет померла в чужом доме. Отроков тут же отрядили в солдаты , Васку за рост и силу записали в гренадёры,выучили, обрядили и служил он верой и правдой долгих двадцать лет . А как закопал руку в чужой земле , да подлатался, так и решил податься на соляной камский завод , куда, слышал, нужны работники трехпудовые мешки таскать.

Антипка дивился невиданной судьбе солдата, а в ответ баял сказки, да сплетничал про деревенских , чо да как у кого быват в жизни. Шутил и врал по своему обыкновению.

Наконец в один день стужа отступила.

Сутра Василий вышел на двор, втянул носом потеплевший воздух , расправился.

Зачинался февраль, небо стало светлеть , ночь убывала .

Помня про давнейший уговор, Василий нашел Антипкин топор , зажал между ног топорище и быстрыми четкими движениями принялся точить лезвие извёстным камнем. От носка до пятки лезвие заблестело , зазвенело , запросило работы. Солдат выкатил из-за поленницы несколько крепких чурбаков , уставил первый на колоду, ухнул топором .

Чурбак разлетелся вровень, вывернув нутро двух гладких половин. Васка уставил половины и снова ухнул . Дошел до четвертин и до осьмушек. Работал споро , разделываясь с чурбаками одной рукой. Ванятко крутился рядом, подбирал ровные тонкие полешки , укладывал стопочкой.

От работы мужчина разгорячился, скинул надевку и остался в простой домотканной рубахе. Выпрямился ,отер пот рукавом.

-Поди-ка, снеси квасу,-обратился он к своему помощнику.

Вдруг протяжно заскрипела дверь. Василь поглядел на Черновский двор , заметил Настасью. Он видал ее, когда в морозы она заскакивала ко Графене по своим бабьим делам . Высокая , румяная ,окутанная большим цветастым платком , похожая на куклу-  Масленицу. Настасья и сейчас в том самом платке стояла посередь двора , и глядела на солдата с интересом .

-Здоров, Василь Русланович,- звонко крикнула она и заулыбалась , показав крупные, с прощелью зубы , -Моего кваску отведай душистого, чай устал нюнинским угощаться.