Отвергнутая целительница для Дракона

Глава 9

Гисс… Гиссарское королевство. Наши соседи и торговые партнёры. Там находится самая известная в мире академия целителей! И у меня будет возможность на неё взглянуть. Жаль, что остров закрыт для посещений.

И если мы отправляемся в Гисс, то… Я увижу море!

Настроение пусть и ненамного, но улучшилось.

До портового города, где нам нужно было пересесть на корабль, нам предстоял долгий путь. Мы останавливались в небольших придорожных городках, чтобы дать отдых лошадям и немного размять ноги. В одном из таких городков — Миртвилле — мы заночевали в уютной таверне "Рыжий кот". Хозяйка, полная женщина с добрыми глазами, накормила нас сытным ужином и постелила чистое бельё. Впервые за несколько дней пути я смогла как следует выспаться.

Дорога петляла между холмами, то ныряя в тенистые рощи, то выбегая на открытые пространства, где колосились бескрайние поля пшеницы. Чем ближе мы подъезжали к морю, тем более солёным становился воздух. В другом городке — Солнечном — мы задержались на пару часов. Тётя Ванда пошла на местную почту, чтобы отправить письмо своей подруге, а заодно нужно было узнать о расписании кораблей. Я же бродила по местному рынку, разглядывая диковинные товары, привезённые из дальних стран.

Наконец, на пятый день пути я увидела его — бескрайнее море, сливающееся с горизонтом. Оно переливалось всеми оттенками синего под ярким полуденным солнцем. Карета начала спускаться по извилистой дороге к берегу живописной бухты.

Портовый город встретил нас шумом и суетой. Всюду сновали матросы, грузчики, торговцы. В воздухе смешивались запахи соли, рыбы, пряностей и смолы. Огромные корабли покачивались у причалов, их мачты уходили высоко в небо. Чайки с криками кружили над пирсами, выхватывая остатки улова у зазевавшихся рыбаков.

Карета остановилась недалеко от морского вокзала, к которому вела широкая подъездная дорога. Прибыли как раз вовремя. Корабль отплывал всего через час, так что нам уже разрешили сдать багаж и взойти на борт.

Это был огромный трёхмачтовый барк, судя по снующим туда-сюда грузчикам с мешками и ящиками — это был торговый корабль.

Нас с тётей расположили в отдельной каюте, пусть не очень большой, но вполне комфортабельной.

Когда корабль снялся с якоря, меня немного укачало, но я довольно скоро привыкла, чего не скажешь о тёте Ванде. Она весь первый день пролежала в каюте, отказываясь от еды и воды. Я приносила ей влажные полотенца и, пыталась с помощью магии, унять недомогание. Но тётя лишь стонала и отворачивалась к стене, бормоча что-то о том, какая это была ужасная идея — отправиться в Гисс. На третий день, к вечеру тётя Ванда немного оправилась и даже смогла выйти на короткую прогулку. Её бледное лицо понемногу начало обретать краски, хотя качка всё ещё вызывала у неё приступы дурноты.

За время плавания мы с ней ни разу не поругались. Даже спорили, и то редко.

После пяти дней плавания, ранним утром, на горизонте показались очертания Гисса. Город, раскинувшийся на семи холмах, встречал нас величественным видом белокаменных башен и золотых куполов храмов, сверкающих в лучах восходящего солнца.

Портовая часть города представляла собой невероятное зрелище: сотни кораблей разных размеров и национальностей теснились у причалов, их мачты образовывали настоящий лес. Воздух был наполнен криками чаек, командами капитанов и звоном корабельных колоколов. Пряные ароматы восточных специй смешивались с солёным морским воздухом.

Наш корабль медленно маневрировал между судами, направляясь к своему причалу. Тётя Ванда, несмотря на всё ещё присутствующую бледность, стояла рядом со мной у борта, с интересом разглядывая открывающийся вид. Над портовыми складами возвышались знаменитые Гиссарские террасы — многоуровневые сады, поднимающиеся по склонам холмов. Их изумрудная зелень контрастировала с белым камнем городских построек.

Когда мы пришвартовались, на палубу поднялись таможенники в строгих синих мундирах с серебряными пуговицами. Проверка документов прошла быстро и без затруднений.

Спускаясь по трапу, я почувствовала, как земля слегка покачивается под ногами. Я предупредительно взяла тётю Ванду под локоть. В отличие от меня, она могла упасть.

— Боги, — выдохнула тетя, когда мы оказались на твёрдой земле. — Неужели этот кошмар закончился…

Я улыбнулась. Когда портовые грузчики передали наш багаж в руки носильщиков, мы неторопливо направились в сторону площади, где несли своё дежурство наёмные экипажи.

— На улицу Трюдо! — продолжая держаться за мою руку, крикнула тётя Ванда, после чего к нам подъехала карета, запряжённая двойкой гнедых лошадей.

Пока экипаж неспешно продвигался по оживлённым улицам столицы Гиссарского королевства, и я с любопытством рассматривала город через окно кареты. Несмотря на позднюю осень, деревья здесь стояли ещё жёлтыми.

Мы миновали центральную площадь с фонтаном, где бронзовые дельфины выпускали в воздух хрустальные струи воды. Вокруг площади возвышались правительственные здания с колоннадами и куполами, отражающими солнечные лучи. Тётя Ванда указала на величественное здание Оперного театра, чей фасад украшали статуи муз.

По мере удаления от порта улицы становились тише и респектабельнее. Здесь располагались особняки аристократии, утопающие в ухоженных садах. Живые изгороди и кованые решётки ограждали их от посторонних глаз. Время от времени можно было заметить элегантных дам, прогуливающихся по тенистым аллеям в сопровождении горничных.

Карета свернула, и мы оказались на улице, где массивные деревья с обеих сторон образовывали над мостовой зелёный свод.

— Приехали, — произнесла тётя Ванда, когда экипаж остановился перед трёхэтажным особняком.

Широкая мраморная лестница вела к парадному входу, украшенному колоннами. По обе стороны от неё росли аккуратно подстриженные кусты роз. Над входом красовался родовой герб — серебряный сокол на лазурном поле.

Швейцар в ливрее поспешил открыть дверцу кареты и опустить подножку. Я помогла тёте Ванде выйти, тогда как носильщики достали наш багаж с крыши экипажа.