✵ Отвергнутая драконом или Хозяйка таверны с причудами

Глава 9

Кажется, я только успела заснуть, как вдруг металлический звон бьет по ушам и заставляет меня вскочить с постели. Голова чугунная и не соображает, сонные глаза не разлипаются. А тут еще и этот мерзкий звук непонятно откуда!

Шум затихает, но даже выдохнуть не успеваю и окончательно продрать глаза, как следом звучит чей-то приглушенный и протяжный голос:

─ Хозяйка-а-а! Я прише-е-ел!

И снова этот проклятый звон, будто по тазику молотят ложкой. Да что же это такое?!

Растираю лицо ладонями, чтобы прийти в чувства, спускаю ноги на пол, открываю глаза и… Нет, лучше бы не открывала.

За ночь чуда не случилось, и я по-прежнему в этом ужасном месте под названием «Таверна с п…»

Что за «п» такое, интересно? Пиво? Плюшки? Парная? Или, может, постели?

Нет, скорее, помои. Это наиболее верное определение этому месту.

Так и запишем: «Таверна с помоями».

─ Хозяйка! ─ кричат уже настойчивее, и я беру себя в руки.

Это ж, наверное, посыльные от лекаря пришли за Фэрансом. Ой, а я тут рассиживаю и думы думаю!

Бегло расправив складки на юбке, я влетаю ногами в башмаки и мчусь вниз, чтобы поскорее прекратить этот жуткий звон.

Я почти не ошиблась. Щуплый, но высокий мужичок стоит посреди таверны и лупит кочергой по ведру.

─ О-о-о, а вот и вы! ─ радостно восклицает он. ─ Доброго утречка!

─ Да уж доброе, ─ хмыкаю я, недовольно глядя на предметы моего пробуждения.

Слишком уж мужчина веселый для того, который занимается похоронами. Хотя… Для него это наверняка уже что-то такое же естественное, как сварить кашу на завтрак.

Мужичок неловко улыбается и откладывает кочергу с ведром в сторону.

─ Прошу меня извинить, иначе вас было не дозваться.

─ Да нормально все, ─ отмахиваюсь я и спускаюсь к нему по скрипучим ступеням.

За окнами уже светло, так что глупо злиться на мужчину. Он, можно сказать, одолжение мне сделал, потому что после вчерашнего дня с обильной нервотрепкой я и до обеда могла проспать без задних ног. А дел у меня, между прочим, о-го-го и еще маленькая тележка!

─ Вы ведь насчет похорон пришли, верно? ─ уточняю я.

А то мало ли, вдруг посетитель какой наведался.

─ Ага, ─ он снова улыбается, а затем переводит взгляд на тело старика, прикрытое простыней. ─ Это ж наш клиент? Или еще кто-то завалялся?

Смеется в голос от собственной шутки, а я удивленно таращу глаза. Мне бы столько оптимизма, как у него.

─ Верно, это Фэранс, ─ с тяжелым вздохом киваю я и добавляю: ─ Он просил организовать для него достойные похороны, пышные, так сказать. Так что вы уж постарайтесь.

Мужик тут же перестает лыбиться, становится серьезным.

─ Это когда он успел попросить? Прямо на последнем издыхании, что ли?

Упс… Вот это я ляпнула, конечно. И ведь не скажешь, что говорила с его призраком. Глядишь, еще за сумасшедшую примут, или, того хуже, за ведьму, а потом сожгут.

─ Перед смертью, перед смертью, ─ бормочу я и киваю, как болванчик.

─ Любой каприз за ваши монетки, хозяюшка! ─ разводит мужик руками, и улыбка вновь озаряет его лицо. ─ Вас, кстати, как звать?

─ Мария, ─ бездумно отвечаю, но тут е исправляюсь: ─ В смысле, я Мари. А вы?

─ А я Марфус, но можно просто Марф. Как вам будет угодно!

Его глаза хитро прищуриваются и незатейливо бегают по моей фигуре.

Здрасти, пожалуйста! Я вдова, между прочим, а ты тут уже свои глазенки распускаешь!

Здесь все такие озабоченные?!

─ Кхм, кхм…Перейдем к делу, ─ строго произношу я и скрещиваю руки на груди, чтобы закрыть наглецу обзор. ─ Как скоро вы похороните Фэранса? И сколько я буду должна?

─ Так сегодня и похороним, ─ пожимает плечами. А стоить это будет…

Он вскидывает голову к потолку и с задумчивым видом шевелит губами, будто, и правда, что-то подсчитывает. Но наверняка он цифру и так знает, не впервые ж хоронит. Просто думает, на сколько меня можно надурить.

─ Обычно похороны обходятся в семь серебряных, ─ наконец, произносит он, и я уже жду скидку, как Марф добавляет: ─ Но раз Фэранс пожелал перед смертью чего-то особенного, то вам это обойдется в десять серебряных.

─ Десять? ─ изумленно протягиваю я и округляю глаза. ─ Целых десять?!

Понятия не имею, сколько это по местным меркам, но разыграть драму будет нелишним. Если это много, то мое удивление смутит Марфа, и он скинет цену.

─ Ну а вы как хотели, ─ хмыкает он и качает головой. ─ Либо как у всех, либо придется доплатить.

─ Но вы ведь с Фэрансом наверняка дружили, или хотя бы приятельствовали, ─ не унимаюсь я. ─ Уж по старой-то памяти можно цену не ломить? Хоть скидку сделайте какую.

─ Ладно, ─ вздыхает тяжко. ─ Так и быть, только из доброй памяти к Фэрансу возьму с вас восемь серебряных и пятьдесят медяков.

─ Восемь серебряных, ─ все еще пытаюсь торговаться. ─ Мне ведь и поминки нужно еще организовать.

─ Эх, черт с тобой! ─ всплескивает руками. ─ Давай восемь.

─ Отлично, ─ выдыхаю я и надеюсь, что сторговалась достаточно.

─ Я тогда его забираю, ─ снова бросает беглый взгляд на тело, ─ и жду вас на улице с деньгами.

Киваю и торопливо ухожу в комнату, где ночевала. Спросонья я-то и не подумала ее запереть, а вот сейчас понимаю, что стоило, когда сталкиваюсь с толстяком. Надеюсь, он не успел уже пошарить в моей комнате.

─ Доброго утречка, ─ басит он, зевая, и в нос ударяет зловонный запах перегара.

─ Доброго, ─ хмыкаю я и едва успеваю отшатнуться назад, когда толстяк начинает потягиваться, едва не зарядив мне локтем в нос.

─ Можно идти завтракать? Уже все готово?

─ Какой завтрак? ─ возмущаюсь я. ─ Фэранса надо хоронить, не завтраков сейчас!

─ Ой, точно! ─ спохватывается он, будто это какой-то пустяк, случайно вылетевший из головы. ─ А я-то думаю, что это мне с утра так плохо. Вот, знаешь, ─ берется за сердце и качает головой, ─ на душе прямо не по себе.

Ага, знаю я твой недуг. Похмелье называется!