Отвергнутая, или ( Не)желанный трофей Дракона

Глава 18

Плита опускалась, давление было уже ощутимо, и треск механизма усилился. Всё происходило будто в замедленной съёмке, и при этом я знала, что промедление — это верная смерть. Ноги я уже спустила, и они висели в воздухе, но вот грудь и бёдра еле протискивались. Пришлось убрать руку от живота и начать ею отталкиваться, чтобы ускориться.

Дождь забарабанил крупными каплями по камням, ветер разошёлся и сшиб палку, которую я ранее поставила, как опору, для нашего импровизированно навеса. Вода, собравшаяся в ткани навеса, хлынула мне в лицо, я сделал последний рывок, содрала кожу с подсохших ран на спине и в последний момент рухнула в пустоту. В кратковременном полёте успела перевернуться и упасть не лицом или на спину, а приложиться правой одной стороной, и рассмотреть узкий просвет меж каменных плит. И, прежде чем плита дверь совсем опустилась и просвет схлопнулся, я заметила над собой знакомое металлическое кольцо, оно поблёскивало и медленно утопало в каменной плите. Тут же в моей голове промелькнула картинка, что вот сейчас оно снова поднимется и снова окажется на поверхности.

- Кольцо! – крикнула я и попыталась подняться, чтобы ухватиться за него, но поскользнулась на мокром каменном полу, и второй раз упала на спину.

Новая волна боли лишила меня чувств.

Но ненадолго.

Боль же и вернула меня в сознание.

Кромешная тьма сначала испугала. Но тихое дыхание рядом дало понять, что я всё же не умерла. Раны на спине снова вскрылись и кровоточили. Я не двигалась, но сразу почувствовала, что лежу на пропитанной кровью тряпке, бывшей когда-то чистым покрывалом.

Почему-то в этот момент вспомнились шёлковые простыни и покрывала в спальне графа и графини Дорстен. Дракон был доволен тем, что на белой простыне была кровь, подтвердившая невинность его невесты-графини. Потом белые простыни сменили на красные, почти алые, цвет рода огненных драконов Роверроса. Теперь-то я поняла, что это цвет крови.

Уже тогда это был знак, но я его не поняла, за что и поплатилась.

Вспоминать, до какой степени я ошиблась, доверившись дракону, было и больно, и глупо. Я лежала не пойми где, в луже собственной крови и жалела себя, вспоминая свои ошибки, а где-то рядом в темноте сидела маленькая девочка и ждала, когда же я вспомню о ней и её братике.

И снова мне стало стыдно перед ней.

Порой мне казалась, что она ведёт себя совсем никак ребёнок.

Это заставило взять себя в руки.

Оттого что я буду лежать тут, раны не затянуться сами, да и не стоит задерживаться у двери. Нужно осмотреться и поискать второй выход.

Стараясь не обращать внимания на боль, я поднялась. Сначала села, а потом уже попыталась встать на ноги. Девчушка, видать, уже привыкла к темноте или по звукам поняла, что я встаю. Она ухватила меня за руку и потянула вниз, но я в который раз не прислушалась к ней, за что и поплатилась новой шишкой на голове.

- Ай-чч! – зашипела я, потирая затылок.

Оказалось, что высота потолка тут была не такой, как я предположила. Но это и объясняло, почему мы не убились обе, прыгая сюда.

Но и в этот раз мне не дали время на жалость к самой себе. Сестра уже пихала мне в руки свечу и огниво. Пока я была без сознания, она достала их из нашего тюка. О том, что запасливая ведьма положила нам свечи, я знала. Ведь недавно сама перебирала всё содержимое тюка. Добыть свет получилось не сразу. Но недолго промучившись, я всё же это сделала.

Пламя свечи осветило каменный мешок, и я даже испугалась, решив, что мы застряли в каменной могиле. Но это были преждевременные и ошибочные выводы. Из «прихожей» был узкий проход в другое, более просторное помещение, он был сбоку в одной из четырёх стен. Но от пламени свечи на стены ложились наши же тени, и с первого взгляда проход можно было не заметить. Но что я увидела сразу, так это кольцо на каменном потолке. Оно всё же свисало с этой стороны. За это нужно было благодарить не меня. В кольце торчал детский сапожок. Дочка Веррисы не только задержала его, но и застопорила, пожертвовав своей обувкой.

- Мы что-нибудь придумаем и вернём тебе твой сапожок, ну или достанем тебе новые. – кивнула я сестре. – Ты молодец!

Брата девчушка уложила на наш тюк. Держать его на одной руке и что-то делать второй ей было сложно. Младенец хоть и был некрупным, но и она сама была ещё ребёнком.

Сориентировавшись в пространстве и определив направление, я начала действовать. На время вручила девчушке свечу, взяла мальчика на руки, поудобнее расположила его на одной руке, а потом забрала свечу и двинулась к проходу в стене.

- Пошли осмотримся. – попыталась улыбнуться я и тут же добавила, решив предостеречь и сестру, и себя. – Смотри под ноги, могут быть ступеньки, и не отставай.

Девчушка кивнула, а я, пригнувшись, приподняла руку со свечой вверх, чтобы видеть дальше, и протиснулась в каменный проход.

Тут же услышала за спиной шуршание, резко остановилась, не сразу поняла, что это. Пришлось чуть посмотреть назад. Девочка тянула за собой тюк.

- Оставь его. Сначала осмотримся, а потом я вернусь за ним. – предложила я.

Но девочка не согласилась со мной, и в этот раз я всё же не стала с ней спорить. Как оказалось, уста младенца и вправду глаголят истину, хотя как раз её уста снова молчали. Но либо она всё же знала о том, о чём не знала я, либо у неё был очень сильно развит дар предвиденья или банальное чувство самосохранение.

Поэтому я кивнула и сказала.

- Если идти придётся далеко, то поменяемся, ты возьмёшь братика, а я потащу тюк.

Но идти далеко не пришлось. И ступенек не было. Хотя потолок и стал выше, но за счёт того, что мы спускались по наклонной. Несколько раз я чуть не упала, поскользнувшись на чём-то. Только падать было некуда. Потолок поднимался, а где-то на середине пути стены будто начали сдвигаться, и проход сужался. Последние несколько метром шли уже боком.

И вот мы вышли из каменного прохода и оказались в круглой комнате.