Отвергнутая невеста. Целительница на краю империи.

Глава 1-1

Как только за ними закрылась дверь, в гостиной стало невероятно шумно. Из соседней комнаты прибежали мои двоюродные сёстры. К тётушке, звеня флакончиками нюхательных солей, поспешила горничная. Дядя измерял шагами просторную гостиную, иногда подёргивая себя за волосы и ругаясь сквозь зубы.

Так получилось, что я стояла в стороне от них, одна.

Как будто разрыв помолвки не имел ко мне никакого отношения.

Или же словно я была прокажённой.

— Какой позор на наши головы, какой позор... — вздыхала тётушка, оседая на руки горничной и дочерей.

Проводив матушку к низкой софе, они уселись по бокам, сжимая её ладони.

— Завтра, нет, уже сегодня новости облетят всю столицу... люди будут шептаться, показывать пальцем, оскорблять за спиной... — причитания лились нескончаемой рекой, и больше всего мне хотелось зажать уши и выбежать прочь.

— Тебе стоило промолчать, Лиа, — дядя вдруг повернулся ко мне. — Тебе не стоило пререкаться с лордом Роувеном.

— Я не пререкалась... — начала я и прикусила язык, осознав, что теперь уже спорю с ним.

Пришлось сделать глубокий вдох, чтобы успокоиться.

— Я сказала правду. Кассиан уговорил меня починить отцовский артефакт. Я сомневалась, не хотела браться...

— И не следовало! — тонким голосом перебила меня тётушка.

По её бледным щекам текли слёзы.

— Лиа, ты будущая жена и мать. Должна была отказать жениху, быть мудрее!

Я взглянула на дядю: он кивал в такт каждому слову жену.

— Но это Кассиан! — выдохнула я, потрясённая. — Это он виноват…

— А за день до свадьбы бросили тебя, — жестоко произнесла тётушка. — И ославили на всю столицу. Да ещё шрам этот... — она махнула рукой.

Губы задрожали, и я поспешно прикусила нижнюю, чтобы сдержаться. Всё внутри кричало о несправедливости, от злости сводило скулы.

Словно отзываясь на вихрь эмоций, что бушевал в груди, больно запульсировал шрам на щеке.

— Они поступили бесчестно! — воскликнула я. — Лорд Роувен и Кассиан...

— Тише ты, дерзкая девчонка, — зашипела тётушка и жестом прогнала горничную. — Твоему дяде стоило огромных усилий выхлопотать эту помолвку, и посмотри, как ты его отблагодарила. Теперь твой позор ляжет и на наших девочек…

Мои двоюродные сёстры — семнадцатилетняя Селеста и шестнадцатилетняя Амалия — слаженно вздохнули и понурили головы.

Не в силах больше этого выносить, я молча развернулась и вышла из комнаты.

— Лиа! — окликнул меня дядя, но я не остановилась.

Поднялась к себе на второй этаж и заперла спальню на ключ, не став вытаскивать его из замочной скважины. Прислонившись спиной к двери, я поднесла прохладную ладонь к одной щеке, чтобы немного остудить жар, пока на второй раскалённой отметиной пульсировал шрам.

Горло сдавливало от обиды и злости, но глаза оставались совершенно сухими. В голове билась идиотская мысль: как он мог? Как Кассиан мог так поступить?..

Мы познакомились ещё в академии, пять лет назад. Я как раз начала обучение артефакторике, а Кассиану оставался последний год до окончания. Оказалось, у меня есть не просто способности — они выдающиеся. Безошибочно я угадывала, как переплести магические нити, чтобы получить необыкновенный результат.

Артефакты, которые я делала, даже самые простенькие, сотворённые на коленке, не ломались и служили долго и исправно. И выдавали потрясающий результат. Академию я закончила раньше срока, управившись за три года вместо пяти лет. А мои умения стали лучшим приданым невесты. Многие знатные и могущественные семьи хотели заполучить для себя талантливого артефактора.

Дядя сиял, как начищенный чайник. Была снята негласная опала, нас стали приглашать на приёмы, на званые ужины «для своих», на чаепития в тесном семейном кругу...

Дядя считал, что помолвка с Кассианом — его заслуга, но правда заключалась в том, что на одном из балов тогда ещё будущий жених пригласил меня сразу на два танца.

Именно тогда всё и началось... Именно Кассиан убедил своего отца дать разрешение на наш брак. И тот дал. Скрепя сердце.

С трудом отлепившись от стены, я подошла к зеркалу и решительно сдёрнула ткань. Я избегала своего отражения последние недели, но пора заглянуть правде в глаза.

И хорошенько изучить шрам, который я получила, выполняя страстную просьбу своего уже бывшего жениха.

Шрам, который разрушил мою жизнь.