✧ Отвергнутая невеста инквизитора дракона

Глава 17. Показательное выступление

Дни тянулись бесконечно и сменяли друг друга со скоростью улитки. С болью в груди и тяжестью на сердце я, так или иначе, продолжала жить. И делала все возможное, чтобы не оставаться наедине со своими мыслями.

Удивительно, но в самый неподходящий момент свободного времени находилось катастрофически много. И его приходилось чем-то занимать.

Я усердно училась, как и прежде, хотя другие адепты уже расслабились, предвкушая выпускной. А преподаватели даже не задавали домашних заданий, будто понимали, что делать его все равно уже никто не будет.

По вечерам я продолжала тренироваться с Тайланом несмотря на то, что изначально мы планировали устраивать тренировки только по выходным. Он был только за, что было мне на руку. А в оставшееся до отбоя время я болтала с Наллой, прогуливаясь с ней по территории Академии или отсиживаясь в комнате.

Когда подруга оставляла меня, а сон еще не валил с ног, я садилась за свой проект. Не тот, что я готовила для диплома – с ним уже давно было покончено. Я работала над тем, что могло бы избавить Альтерис от неизмененной Тьмы хотя бы отчасти.

Разумеется, я не питала иллюзий насчет своей гениальности. Долгие годы ученые работали над методами борьбы с Тьмой. И даже лучшие умы империи не справились с этой задачей.

Я не думала, что способнее их, но все же делала то, что могла. Если бы все опускали руки лишь потому, что кто-то умнее и гениальнее, то вообще никакого прогресса бы не было.

В нашем мире был лишь один блестящий ученый, архимаг, которому удалось сотворить чудо – тот самый артефакт, что вбирал в себя Тьму и сейчас был заполнен ею до предела. Но архимаг погиб и не оставил после себя ни единой заметки, способной хоть как-то помочь. Единственным его наследием, дошедшим до нас лишь через десятки лет, было лекарство от Тьмы. Но, увы, от изначальной Тьмы, а не той, что перерождала людей.

Бороться с перерожденными я даже и не собиралась. Для этого были другие люди. И одним из них был тот, чье имя теперь я старалась лишний раз не произносить даже мысленно. Так мне было чуточку легче. Моей целью была лишь неизмененная Тьма, очаги которой вспыхивали то тут, то там. Та самая, для которой Морвейл был родным домом.

Полностью избавиться от Тьмы невозможно – я была почти уверена в этом. Она сидела глубоко под землей и хаотично просачивалась наружу. Но даже частичное избавление от нее могло сделать жизнь лучше.

Это как сор в жилище. Сколько бы ты его ни выметал, он будет появляться вновь и вновь. Но если ничего не делать, то можно обрасти грязью до самых ушей.

С учебой, тренировками, встречами с подругой и работой над артефактом учебная неделя подходила к концу – самая длинная неделя в моей жизни. И сегодня у нас вновь было занятие по обороне, на котором мы снова выступали против боевиков.

– Я буду в паре с Раниганом, – обратилась к профессору, делающему отметки в своем листе.

Тайлан, стоящий рядом, довольно ухмыльнулся. Разумеется, ведь сегодня он мог показать результаты своих преподавательских трудов. А вот профессор Кейлс напряженно дернулся и медленно повернул голову, одарив меня недоуменным взглядом.

– Вы? С Раниганом? – у него дернулся глаз, затем губы и ноздри, словно по лицу пробежала судорога. – Вам прошлого раза было недостаточно? Нет-нет…

– Расслабьтесь, профессор Кейлс, – отозвался Раниган, весьма бесцеремонно и по-свойски похлопав профессора по плечу. – Мы тренировались. У нас с Эмберт все под контролем.

У нас с Эмберт…

Эта фраза прозвучала так странно, что стало не по себе. Будто мы с Тайланом стали приятелями или даже друзьями.

Но ведь это было не так.

Да, мы стали чуть меньше цеплять друг друга, пару раз даже посмели вместе над чем-то посмеяться. И это ничего не значило. Или все же значило, но не для меня, а для него?

Впрочем, сейчас это не имело никакого значения. Улыбнувшись Налле, я двинулась на другой конец поля, когда Раниган внезапно подхватил меня под руку и без особой осторожности дернул в сторону.

– Твоя невнимательность когда-нибудь дорого тебе обойдется, – произнес Тайлан под мое недовольное шипение.

– О чем это ты? – я хотела выдернуть руку, но не стала, решив, что это было не просто так.

– Сбить тебя с ног могут не только шнурки, – оскалился он в ядовитой ухмылке. – Если не можешь дать кому-то отпор, то почаще оглядывайся по сторонам. Так обычно делает добыча, чтобы пожить чуть подольше.

Намного яснее не стало, но я начала догадываться, о чем речь. Обернулась и увидела Кристу, которая не сводила с меня ненавидящего взгляда.

Она снова собиралась сбить меня с ног, как сделала это неделю назад. Хоть и невольно, но своим глупым поведением она столкнула нас с Раниганом лбами, и это вылилось в весьма странный союз.

Но если Кристу что-то не устраивало, то злиться она должна была лишь на себя. Если бы она так отчаянно не желала хоть кому-то навредить, то и не лицезрела бы сейчас, как я иду с Раниганом под ручку.

– Должна сказать спасибо за то, что избавил меня от неловкой ситуации, – обратилась я к Ранигану. – Но я не добыча, как ты сказал. Просто стараюсь избегать конфликтов, от которых не будет ни пользы, ни результата.

– Пока ты ведешь себя как добыча, ты и являешься добычей. Даже если по своей природе ты хищник, – заявил он. – С врагами не нужно быть мягким и снисходительным, Прил. В такой манере они точно ничего не поймут и сочтут лишь более уязвимой. Им нужно хотя бы показывать свои когти, если уж не можешь перегрызть глотку.

Кровожадные метафоры Раниган преподносил как непоколебимую истину, с которой я готова была поспорить, но решила не развивать тему, чтобы не слушать новые доводы, почему я веду себя не так, как должна.

На середине поля Тайлан отпустил мою руку, и дальше я пошла сама, чтобы занять исходную позицию. На этот раз мы стояли у самого края поля, чтобы между нами и другими адептами было как можно больше пространства.