Отвергнутая невеста. Хозяйка заброшенного дома

Глава 5. Семь раз отмерь, один раз отрежь

Ивонна видела нашу с Юджином перепалку и теперь торжествовала.

— Так ему и надо! — клекотала она, потирая руки. — Получил, получил! Ох, мало… Я бы его с лестницы спустила, чтоб катился до самых дверей и шею чтоб себе сломал!

— Нельзя такое говорить, Ивонна, — одернула ее я.

Ивонна всплеснула руками.

— Нельзя! — изумленно выдохнула она. — Это о хитрожопом-то подлеце нельзя?! О грязном насильнике нельзя?! Да я б ему своими руками голову отломила! Нос бы ему откусила и выплюнула! Еще хватило совести явиться сюда… Он хоть извинился?

— Извинился? — я усмехнулась. — Напротив. Он обвинил меня в возникших у него проблемах.

— Каков негодяй! — схватившись за сердце, воскликнула Ивонна. — Проблемы! Это у него проблемы?!

— Он сказал, что законник с него требует исполнения обязанностей перед ребенком, — нехотя призналась я. Ивонна разразилась злорадным клекотом.

— О-о-о, законник — это чистый дьявол, когда дело касается должников! — сообщила она мне. — И уж если он вскарабкается кому на шею, если крепко прихватит свою жертву, то устроит ад на земле! Никогда не думала, что я скажу это, но сейчас я рада, что он таков!

— Интересно, отчего он так мной заинтересовался, — задумчиво произнесла я.

— Видно, слышал о скандале в вашем доме, — пожав плечами, ответила Ивонна.

— Может, он с моим отцом дружил? И отец как-то пытался уладить наше дело? Или присмотреть за мной?

— Да что гадать-то, — ответила Ивонна. — Вам надо самой к нему сходить, госпожа Эрика. Конечно, ласковых речей от него не жди. Это злобный старый хрыч. Жирный плешивый клыкастый морж! Он выбранит самыми последними словами. Но закон он блюдет свято. И то, что вам причитается, он зубами у похотливого козла выгрызет.

Я тяжко вздохнула.

— Что ж, — произнесла я. — Видно, придется получить свою порцию тумаков и от этого господина.

Тут Ивонна взгрустнула.

— Эх, — с тоской протянула она, — добрая, чистая душа вы! Вот за что? За что вам все это? И заступиться некому… и доброго слова произнести некому…

— Мне достаточно и твоих добрых слов, Ивонна, — ответила я. — Ничего. Переживу как-нибудь.

— Завтра надо вам сходить к законнику! — заговорщически прошептала Ивонна. — Чего тянуть? Денег-то младенцу надо! Он и пищи требует, и пеленок, и одежды. Сколько ж еще можно будет стирать эти две пеленки? Они скоро изотрутся, износятся, порвутся. А голышом он спать не станет. Замерзнет и будет кричать. Да и дров бы прикупить. Чем топить-то иначе?

— Я с вами пойду, госпожа Эрика! — тотчас сунулась Рози. — Бабушка пусть с малышом остается, не тащить же его с собой?

— Это еще зачем? — строго произнесла я.

— Как зачем? — изумилась Рози, широко раскрыв глаза. — Вы же благородная барышня! А благородной барышне неприлично появляться на людях без служанки! Кто вам поможет, кто прислужит, если что?

— Ох. Чувствую, если ты увяжешься за мной, помогать и прислуживать буду я! Как ты пойдешь с больной ногой? До города далеко. Я же не велела тебе ножку тревожить.

— Ну я же не могу всю жизнь просидеть на одном месте, — рассудительно ответила Рози. — Госпожа Зина всегда говорила, что вредно сидеть неподвижно, от этого начинают болеть. А идти я смогу! Я вот что нашла.

И она продемонстрировала мне деревяшку, крепкую рогатку на длинной ножке. Как раз ей до подмышки. Как костылик.

— Где ты взяла это? — удивилась я. Будь я ортопедом, я б поклялась, что этот самодельный костыль идеально подогнан под рост Рози.

— Да там, в куче дров, — наивно соврала Рози, тараща на меня честные-пречестные глаза.

И ни слова про дом, который помогает, ага. Словно кто велел ей помалкивать.

Хотя до этого болтала о покровительстве духов без умолку.

А я могла поклясться, что когда отрывала доски, которыми были заколочены дверные проемы, этой рогатки там не было.

Да и отверстий от гвоздей на этой рогатке не было.

Та-ак… тут поневоле поверишь в их байки о призраках!

— Ладно, — вздохнула я. — Что ж… пойдем со мной. Если удастся хорошо продать серьги, может, к доктору тебя свожу? Или найду умельца, который смастерит тебе кресло на колесиках?

— Что толку от этих умельцев, — заворчала Ивонна. —Только деньги берут! Кресло на колесиках! Оно, небось, дорогое. А сидеть спокойно на одном месте — бесплатно! Вот и пусть сидит, если хочет здоровой быть!

— Не ругайся, — рассмеялась я. — В самом деле, месяц просидеть на одном месте — это тяжело.

***

Дорога до города была длинна, но Рози на удивление легко с ней справилась.

Ее костылик-рогатку я обмотала длинными лентами ткани, чтоб она не натерла себе подмышку.

И Рози скакала на нем впереди меня.

Признаться, в город я вошла с опаской.

Боялась, что на меня все пальцами будут показывать.

Я чуть ли не по стеночке кралась, опасливо озираясь по сторонам.

Но то и мне повезло, то ли не такое уж жуткое я была чудовище. Но толпа забивать меня камнями не прибежала.

Да и на улицах было пустынно.

Все были заняты весенними хлопотами. Им было совсем не до какой-то там блудницы.

В городской ратуше я отыскала законника. И он повел себя так, словно сам ожидал моего визита.

— Эрика Эванс, я полагаю? — сурово произнес он, грозно сдвинув седые лохматые брови.

И прокуренные белые усы встопорщил.

В самом деле, на моржа похож. Забавно.

— Да, господин законник, — смирно ответила я.

Законник перевел взгляд на Рози, скачущую, как воробей, вокруг меня.

Для этого ему пришлось повернуть бритую налысо, блестящую голову.

Жестко накрахмаленный воротничок впился в его жирный подбородок. И законник стал похож на моржа еще больше.

— Это еще что такое, — сурово рявкнул он.

Как будто ожидал, что я признаюсь, что и это мой ребенок.

Внебрачный.

— Моя служанка, сэр, — терпеливо пояснила я. — Госпожа Зина, моя мачеха, выделила мне девочку и ее пожилую родственницу, чтоб они сопровождали меня. Она полагает, что мне неприлично появляться на людях без прислуги.