Отвергнутая жена генерала драконов

Глава 8

Первые два дня пути были наполнены знакомыми пейзажами. Карета мерно покачивалась на укатанной дороге, а мир за окном менялся не спеша: мелькали залитые солнцем поля, мимо проплывали уютные деревеньки. Однако с каждым часом дорога становилась все хуже, и это был первый тревожный звонок. Мы направлялись в ту часть земель, где практически не живут люди. Бежать некуда. Да и как бежать с младенцем на руках? Я не хочу, чтобы нас растерзали дикие звери, которые водятся в этих краях.

На третий день привычные виды стали исчезать. Дорога превратилась в разбитую колею, а деревья по обе стороны казались все более дикими и непроходимыми. Мы въехали в земли, где природа взяла свое, и чувствовалось, что человеческая нога ступает сюда редко. За окном мелькали уродливые, скрюченные деревья, их ветви, как костлявые пальцы, тянулись к небу.

Четвёртый день принёс с собой полное запустение. Дорога теперь почти неразличима, а карета, скрипя, пробиралась через густые заросли. Воздух стал более холодным и влажным, а редкие лучи солнца едва пробивались сквозь плотные кроны деревьев. Вокруг развалины древних строений, полуразрушенные стены и большие камни.

Пятый день стал кульминацией нашего путешествия. Мы прибыли в заброшенные земли, и атмосфера вокруг изменилась. Тишина здесь такая густая, что кажется почти осязаемой. Карета со скрипом останавливается. Кони недовольно фыркают, бьют копытом по пыльной дороге. Коней что-то тревожит, они будто чуют опасность и хотят поскорее отсюда убраться. Возможно, они чувствуют, что рядом есть разлом. Говорят, от него веет смертью и темной силой. Молчаливый Генри помогает мне выйти из кареты.

Вокруг царит атмосфера запустения и упадка. Огромные, почерневшие деревья, как памятники давно погибшему лесу, стоят неподвижно. Повсюду валяются куски сгнившей древесины, а на земле лежат сухие, безжизненные листья, а еще кости тенегривов. Здесь шли жестокие и кровавые бои драконов и тенегривов. Все тут напоминает о сражениях. И сердце тревожно стучит в груди. Мои братья и отец запечатали разлом своей магией. Но иногда случается так, что земля трескается, образуется рядом новый разлом, откуда лезут опасные создания. Боевые драконы сражаются с этими трехметровыми саблезубыми, рогатыми тигроподобными существами. Тенегривы умеют летать, как и драконы. Если эти чудовища проникнут к мирным жителям, будет много пролито крови.

Я разминаю затекшие мышцы. Остановки мы делали редкие. На ночь останавливались то в заброшенных избах, то посреди леса. Спать в карете было неудобно. Все мышцы затекли и болят. Я за эти дни вымоталась и устала. А еще очень хочется искупаться и отдохнуть.

Здесь нет людей, зато водятся хищные звери. Рядом с Генри создается хоть какая-то иллюзия безопасности. Даже думать боюсь, что будет со мной, когда Генри уедет и оставит меня тут одну.

Передо мной предстает разрушенный замок, но даже в этом состоянии он прекрасен. Его стены, обветшалые и покрытые мхом, все еще хранят величие. Башни, часть которых обрушилась, тянутся к небу, как израненные пальцы. Но сквозь трещины и провалы проглядывается нечто удивительное - следы былой роскоши, которая не поддалась ни времени, ни забвению.

Этот замок когда-то принадлежал князю Грэю. Этот дракон погиб, защищая эти земли от тенегривов. Он и его верные воины стояли насмерть, чтобы дать возможность простым солдатам, женщинам и детям спастись бегством. С тех пор сюда никто не рискнул перебраться жить. Это место обходят стороной. Оно выглядит зловещим и пугающим. И теперь это мой новый дом.

- Когда найдем подходящее место для ночлега, я отдохну, а завтра уеду обратно. Простите, но с вами остаться не смогу. У меня семья, - виновато бурчит Генри.

- Хорошо, - киваю. – Я все понимаю.

А что я еще могу ответить в этой ситуации?

Вместе идем осматривать замок. Большая часть его разрушена, но дальнее крыло уцелело. Здесь пять спален, и они словно застыли во времени. Плотные портьеры на окнах всё ещё висят на своих местах. На кроватях всё ещё лежат мягкие покрывала и подушки, а на столиках стоят старые, давно забытые предметы. Кажется, что люди, которые жили здесь, просто ушли ненадолго и скоро вернутся.

Жители замка спасались бегством. Унесли с собой все самое ценное. А ненужное оставили. Здесь много пыли, но это поправимо. Главное, что мебель уцелела, и есть крыша над головой.

Я решаю занять спальню, где есть камин. Он спасет от холода и подарит уют. На стенах висят картины, их краски потускнели, но все ещё можно разглядеть портреты дракона Грэя и его семьи. Каждая деталь напоминает о прошлом, о давно ушедших временах. И я очень надеюсь, что Всевышний и духи не оставят меня.

Держа на руках спящего Дариана, иду дальше.

Внутри уцелевшей спальни есть еще одна дверь. Там находится ванная комната - последнее прибежище роскоши, которое ещё не успело поддаться полному забвению. Помещение большое, с высоким потолком, и сквозь мутное окно пробивается тусклый свет. Он падает на мраморный пол, где когда-то, наверное, лежали дорогие ковры, но теперь остались лишь пятна грязи и сырости.

В центре комнаты стоит ванна на литых ножках, выкованных в форме львиных когтей. Её эмаль потускнела, но сохранилась почти без трещин. Когда-то её наполняли горячей водой, чтобы принимать длительные ванны. Теперь же она покрыта толстым слоем пыли.

Возле стены стоит большой умывальник с медными кранами. Сам умывальник выполнен из мрамора, а его поверхность покрыта паутиной и грязью. Над умывальником висит большое зеркало, но его поверхность покрыта трещинами, а часть оторвалась.

В дальнем углу комнаты, за небольшой перегородкой, находится туалет. Все нечистоты стекают по жёлобу в замковый ров.

В ванной комнате пахнет сыростью и старой мебелью. Замечаю на полке старый артефакт в виде коричневого прямоугольника. Его создали драконы, чтобы наполнять ванную горячей водой. Прикасаюсь к артефакту, он едва заметно мерцает магией. Разряжен. Но, к счастью, в моей крови есть магия. Призываю к ней. Чувствую, как моя ладонь становится горячее, а артефакт начинает мерцать ярче. Мне удается зарядить водный артефакт, чему я очень радуюсь.