Отвергнутая жена Генерала Драконов. Печать драконьего рода⌘

= 18 =

Анхела бросила взгляд на метку на руке. Теперь она хоть немного понимала её значение.

- А мой истинный будет счастлив со своей женой?

- Счастлив? - Марта покачала головой, - это слишком простое слово. Рядом с ней он никогда не будет на своём месте. Он не обретет ни покой, ни мощь. С тоской будет смотреть на луну по истинной. Будет беречь в тайном уголке сердца образ истинной. Законы души не отменяют законов сердца. Они просто сильнее их.

Старуха наклонилась вперёд, и её глаза, мудрые и печальные, смотрели прямо в душу Анхелы.

- Но слушай меня, дитя. Ни одна другая женщина не может быть соперницей истинной. Истинность - просто факт, как гравитация. А жена твоего истинного… Жаль её. Она полюбила падающую звезду. Но та не сможет упасть к ней в руки. Её путь предопределен. Твоя же сила, - Марта положила руку на ещё плоский живот Анхелы, - в том, чтобы любить этого ребёнка. Выбрать жизнь, которая сейчас растёт в тебе. Твоя душа свободна. И твоя любовь к малышу - твой собственный, не навязанный никем дар. Возможно, это куда более редкая и страшная магия, чем любая печать господина. Если судьбе будет угодно, то и господин будет у твоих ног.

Анхела закрыла глаза, чувствуя под ладонью Марты тихое, пока ещё неосязаемое присутствие новой жизни. Мир рушился, обнажая свои жестокие, незыблемые законы. Но в его руинах, посреди пепла от несбывшихся надежд, уже пробивался крошечный, упрямый росток новой жизни.

Истинная пара - это факт. Но её любовь к ребёнку - это судьба.

- Меня ищут, Марта. Хочу, чтобы вы это знали. Я не имею права подвергать вас риску.

- Здесь тебя не найдут. А меня так особенно. Кому я нужна? А деревня наша тихая, чужие тут не появляются. Если спросят, скажем, что ты моя дальняя родственница, муж на рудниках работает. Отдыхать приехала, - она прищурилась, - ты от мужа бежишь, да?

Горечь комом встала в горле у Анхелы.
- Нет. Он... он просто не знает. И не должен знать. Я же уже вам говорила. И я не солгала. Отец желает выдать меня замуж.

Марта кивнула, не выражая удивления.
- Ясное дело. Мужчины они такие. То, что не видят, того для них и не существует. Ну, ничего. Один ребенок - это не обуза, а радость. Выжили мы с дочкой, и ты выживешь.

- Спасибо вам.

- Я могу задать тебе ещё вопрос?

- Какой? - насторожилась Анхела.

- Как твой истинный мог тебя прогнать? Это невозможно.

- Я н-не знаю, - пролепетала, начиная догадываться, что это юное тело Анхелы и правда не предназначалось для генерала Аркона. Что-то изменилось, когда её телом завладела Ангелина. Но говорить о таком побоялась. Не хватало ещё, чтобы Марта приняла её за сумасшедшую.

- Ладно, - пожилая женщина поняла, что девушка не намерена обсуждать подобное, - хорошо. Иди располагайся в доме.

.

Анхела с радостью пошла.

И потом и не заметила, как прошла неделя.

Жизнь вдали от дворцовых интриг, от страха и унижений казалась какой-то сказочной. Дни текли медленно и однообразно, подчиняясь ритму деревни.

Анхела помогала Марте по хозяйству: доила козу, подметала пол, ходила за водой к колодцу, помогала готовить. Работа была физически непростой, но честной.

По вечерам Марта учила её травничеству: показывала, какие растения от чего помогают, как готовить мази и настои.

Через месяц страх постепенно отступил, он сменился настороженным спокойствием. Живот Анхелы понемногу округлился, и она с изумлением прислушивалась к новым ощущениям в животе: лёгким, едва заметным шевелениям, похожим на трепет крыльев бабочки. Это было чудо. Настоящее, живое чудо.

Анхела быстро стала своей в деревне. Местные, немногословные и трудолюбивые люди, приняли её как Ангелину, родственницу Марты. Здесь никто не знал о позорном прошлом Анхелы, никто не смотрел на неё с осуждением или страхом. Она была просто молодой женщиной в положении, ждущей ребёнка.

Иногда, глядя на заснеженные холмы, Анхела вспоминала замок. Вспоминала Аркона. Думала о своей прошлой жизни. Но эти воспоминания уже не причиняли такой острой боли. Они были похожи на сон о другой жизни.

Здесь, в тишине и простоте “Солнечного Ручья”, она обрела то, чего у неё не было ни в мире Ангелины, ни в мире Анхелы: чувство настоящего дома. И пусть этот дом был крошечным и стоял в глуши, он был наполнен теплом, покоем и тихой, мудрой добротой тёти Марты.

Однажды вечером, сидя у камина и чистя коренья для ужина, Анхела вдруг осознала, что улыбается. Просто так. Без причины. Она чувствовала себя в безопасности.

Анхела была счастлива. И это простое, немудреное счастье было дороже всех драконьих сокровищ и дворцовых богатств. Она уже не хотела возвращаться в свой мир. Там у неё нет никого и ничего. А здесь появился новый смысл.

Она положила руку на свой округлившийся живот, чувствуя лёгкий толчок изнутри.
- Всё будет хорошо, малыш, - тихо прошептала она, - теперь у нас есть дом. И нас отсюда не прогонят. Марта не посмеет. Ведь относится к ней как к родной. И это искренне.

- Милая, вот ты где! - Марта поставила на пол ведро, - ужин уже готов?