Отвергнутая жена, или Гостевой дом "Драконья нора"

Глава 17

Гостиница была довольно большой, а потому найти здесь кого-то, особенно, если он хорошо прятался или вообще улетел куда-то, было делом тяжёлым.

Выбираюсь из кухни, отправляясь налево. Застываю перед некогда белоснежными дверьми с витиеватыми золотыми узорами. Трогаю массивные ручки, тяну обе двери на себя, оказываясь в просторном светлом зале со множеством столов и стульев. Под потолком те же хрустальные люстры.

Столовая.

Кое-где мебель перевёрнута, и, кажется, гости покидали помещение в большой спешке. Что же здесь всё-таки случилось?

На мой зов Эльмо снова не выходит, а потому отправляюсь исследовать комнаты далее. По другую сторону от кухонной зоны и ресторанной обнаруживается зона отдыха. Увядшие растения в кадках являют собой жалкое зрелище. Небольшие диванчики, маленькие столики, мягкие ковры, которые следует почистить. Войдя в соседний зал, онемеваю, потому что передо мной вытягивается бассейн. Чего уж я не ожидала здесь увидеть, так это выложенное мелкой плиткой, водяное чудо. Ничего себе моя тётя устроилась!

Правее от бассейна размещается небольшой коридор, в котором я обнаруживаю несколько кабинетов, принадлежащих, по всей видимости, администрации гостиницы. Признаться, я бывала в подобных заведениях лишь однажды, когда мы с мамой ездили в столицу, а потому не знала, что тут и как устроено. Принцип всех кабинетов похож, только отчего-то один из них не открывается, будто заперт изнутри. Дёргаю ручку, намереваясь попасть внутрь. Тщетно. Потратив силы, возвращаюсь в свою комнату, чувствуя, что следует отдохнуть.

Терла приносит несколько жареных яиц, хлеб, сыр и чай. И, позавтракав, проваливаюсь в дрёму.

Очнувшись после обеда, продолжаю осваиваться в новом месте, только Эльмо на глаза так и не попадается, будто его и вовсе нет. Альдрик всё же уехал, потому что дорожил местом. И я благодарна, что первый день он провёл здесь со мной.

Второй и третий этажи отведены под комнаты, и я сбилась со счёта, сколько же их тут всего. Удивительным было и то, что тётка никогда не имела детей. Иначе, к чему ей завещать всё племяннице? Пока что у меня было больше вопросов, нежели ответов, и любопытство следовало удовлетворить.

Дождавшись ночи, прислушиваюсь к каждому шороху, надеясь, что старик снова навестит меня. Когда уже отчаиваюсь, в окно что-то стучит, и я бросаюсь открывать створки.

- Где ты был и почему…, - накидываюсь с вопросами на ворона, только он перебивает.

- Прежде мы избавимся от этого.

Смотрю на свою руку, ту, где разместился браслет, и киваю. Мне и самой он успел порядком надоесть.

Садимся на кровати, лицом к лицу, и берёмся за руки. Его маленькие ладошки прохладные, будто за окном зима, а не первый летний месяц, и я обхватываю их своими, намереваясь согреть.

- Закрой глаза, - звучит голос: такой добрый и родной, что мне кажется, будто я уже слышала его прежде.

Подчинившись, жду дальнейших указаний, когда ощущаю, как по венам разливается какое-то тепло. Оно идёт от ладоней, сосредотачиваясь на металле, который, накалившись, принимается жечь запястье. Сцепляю зубы и терплю, потому что понимаю: просто не будет. И, когда уже молчать нет сил, хочу разомкнуть наше кольцо, только Эльмо делает это первым.

Распахиваю глаза, видя, как бледен старичок, а лоб его покрылся испариной. Бросаю взгляд на руку: ничего не изменилось, и браслет так и остался здесь.

- Ты просто забыла, кто ты, - смотрит он в мои глаза, а я не понимаю, о чём говорит ворон. – Тебе следует вспомнить, и тогда сила разомкнёт оковы.

- О чём ты? - пожимаю плечами.

- Эльмо, - прикладывает он руку к своей груди. – Ну же, малышка, вспомни!

Просит меня о чём-то непостижимом, и мне так хочется выполнить его просьбу, только не знаю как. Мои воспоминания связаны с другим миром, который я всегда считала своим. Только первостепенно Анхель, а теперь уже и Эльмо уверяют, что я могу что-то вспомнить.

- Иди за мной, - он неспешно сползает с кровати, хотя до этого забрался на неё достаточно споро, и я понимаю, что наши упражнения влияют на него. Будто он забирает мою усталость, даруя заряд бодрости. Но как это ему удаётся? Наверное, даже спустя годы я не перестану удивляться тому, как устроен этот мир.

Мы пробираемся мимо комнаты Терлы, из которой доносится тихий храп. Больше беспокоить здесь некого, в огромном здании нас лишь трое. Эльмо достаёт что-то из кармана, используя, как фонарик, и я вытягиваю шею, чтобы разглядеть получше небольшую палочку с набалдашником на конце, который отчего-то светится. Батарейки?

Будто читая мои мысли, Эльмо поясняет, что это световой артефакт, а я всё равно до конца не понимаю, что это.

- В нашем мире все делятся на драконов, магов и пустых, - начинает пояснять. – У пустых нет магии – но они могут использовать артефакты.